Андрей - Сердце Агрессора

— О! — только и смог выговорить Хокки, увидев вдруг ожившего старого знакомого.

— Кроме этого, мы там кое что нашли в степи… — громко сказал подошедшей страже здоровенный детина управляющий другой машиной. — Нужно бы сообщить об этом кому следует.

Хокки, с сияющей ярче рассветного солнца рожей, встал на порожек машины и с нескрываемым восторгом скомандовал:

— Пропустить! Я еду с ними. Следует сопровождать эту ценную находку!

Ворота открылись, и отряд взревел двигателями.

— Так что же вы там нашли? — крикнул, пытаясь перекричать работающие моторы один из стражников.

— Тебе не понять… — буркнул один из пассажиров весь с ног до головы испачканный машинным маслом.

— Что? — не унимался любопытный охранник.

— Ты не поймешь, — крикнул в ответ здоровенный детина. И добавил одновременно весело и зло:

— Но начальству твоему это вряд ли понравится!

И нехорошее предчувствие охватило сердце отпрянувшего от проносящихся мимо машин стражника. И ему вдруг очень захотелось влезть, как офицер, на порожек и поехать с ними…

Провожая взглядом въезжающие в город машины, стражники не сразу заметили появившуюся из–за холма армию. Последний экипаж уже выруливал к воротам, когда один из патрульных обнаружил нечто невиданное прежде на этой планете.

— А это, что? С вами? — крикнул он нахально улыбающемуся негру — водителю.

— Ага, — согласился тот. — Это с нами, но для вас…

Ворота закрылись за последней машиной, отрезав ревущие моторы от поста стражи, но тише от этого не стало. Все новые и новые отряды показывались из–за холма. И когда любопытный охранник увидел лихо катящийся среди приближавшихся экипажей танк, он все понял. Взвыл, точно от боли, и стал торопливо расстегивать непокорные застежки форменной одежды…

Спайк решительно нахлобучил на голову перепачканную мазутом меховую шапку, поправил съехавшую на сторону винтовку, сплюнул на тротуар и зловеще проговорил:

— Ну, вы как знаете, а нам с ребятами пора навестить тут одного… Так сказать — ответный визит!

— Уж не Второго ли? — заботливо поинтересовался хмельной Пахан.

— А кого ж еще. У меня здесь, кроме него, ни к кому долгов нет!

— Спайк, — воскликнула Ларри. — Он такой же сильный как Реутов! В одиночку с ним нам не справиться! Нужно найти Иля.

— Клянусь Дикой степью…

— Поехали, — неожиданно для самого себя воскликнул я. — Я тебе помогу. О Стальной планете я знаю побольше вашего… Может у нас, что и получится.

Все почти целую минуту пялились на меня, как на чудо природы. Я был не против, лишь бы они согласились. Мне было очень важно доказать себе, им и Мичи, что тоже кое–что могу…

— Он прав! — сказала, наконец, Ларри.

Как не странно, но именно она приняла решение, а остальные с ней согласились. Мне вдруг подумалось, что эти люди постепенно сделают из Реутова бога, а подруга бога — это почти бог… Теперь им оставалось только придумать красивую легенду и написать библию…

Нас провожали, как мертвецов. Вряд ли кто–нибудь из них верил, что нам удастся победить. Даже во мне перестала биться уверенность, но отступить я уже не мог, а баггмены и не хотели.

Наша группа с трудом пробиралась по заваленным чем попало улицам города. Всюду валялись трупы стражников, кого–то выбрасывали из окна, за кем–то гнались, бомбили магазины и рестораны, отовсюду доносились выстрелы, ругательства или предсмертные крики. Город сильно изменился.

У комплекса зданий ДНК суматоха была больше, чем где бы то ни было. Кто–то принялся строить баррикады, кто–то расстреливал окна, кто–то из этих окон отвечал. Нам пришлось бросить багги и пройти оставшиеся метры до складов ДНК пешком. Хотя в нас ни кто не стрелял, мы все же долго плутали по запруженным брошенным транспортом, примыкающим улицам. Больше всего мешали оставленные там и сям, как попало, автобусы.

Нам пришлось взорвать стену, чтобы попасть в запертые изнутри склады. Бетонная преграда с облегченным вздохом рухнула, и мы, с оружием на перевес, ворвались в совершенно пустой ангар. Очень странно, но, попав в склады, мы стали осторожно, вдоль стен, красться к виднеющимся на другом конце зала дверям. И все же, как бы ни были мы настороженны, для нас полной неожиданностью было, когда вдруг растворилась совершенно ровная целая стена, и оттуда совершенно спокойно вышел человек одетый в броню, которую все, кто ее хоть раз видел, больше не с чем не спутают. Итак это не мы нашли Второго, это Второй нашел нас.

Секунду он смотрел на нас, а мы на него. И по его лицу я бы не сказал, что он очень рад встрече. На лица своих спутников я не успел посмотреть — Второй вышел на середину зала и поднял руки в стороны. Его голос загремел у нас в мозгах.

— Бросьте оружие, людишки! Оно вам теперь не поможет! Вы умрете!

— У меня даже коленки затряслись, — бодро ответил я ему тоже мысленно.

Он немедленно повернул голову ко мне.

— Ты, животное, умрешь первым! — заявил он мне. — Умри!

— Ах, я умер, — иронично простонал я, оставаясь стоять, где стоял. — А я попаду в рай или в ад?

Второй непонимающе тряхнул головой и попробовал снова напасть на меня. Слов для осмеяния новой атаки у меня не нашлось, так что мне оставалось только хмыкнуть.

Враг что–то пробурчал себе под нос, сделал шаг назад, как бы отступив, потом резко отвернулся от меня и приказал умереть одному из баггменов. Несчастный шофер покорно упал на пол.

— Еще один подобный фокус и я не знаю, что с тобой сделаю! — разозлился я.

Второй не рискнул повторить опыт. Вместо этого он поспешил скрыться в помещении, из которого вышел. Вслед ему раздалось несколько выстрелов, но панцирь легко отразил заряды.

— Черт возьми, этих гадов. Ничего его не берет! — воскликнул Спайк, подбегая к начавшей закрываться стене.

— А если вот так?

Макфлай, понимая, что пришло мое время, и не пытался больше нападать на инопланетянина. Но зато он мог напасть на движущуюся дверь. Одним выстрелом он перебил механизмы, и стена замерла на полпути.

В зале, куда мы попали, кормой к нам стоял звездолет. Второго ни где не было.

— Спрятался, гад! — буркнул Спайк.

— Это ничего, — уверенно заявил я. — Сейчас мы его вытащим.

— Давай, — скомандовал капитан.

— Эй, корабль, — позвал я мысленно.

— Да, чужак, — ответил, чем несказанно меня удивил, звездолет.

— Уничтожь сам себя! — уже более твердо сказал я.

— Слово? — глупо попросила лодка.

— Твою мать… — вырвалось у меня вслух.

— Не получается? — тревожно спросил кто–то из баггменов.