Роман Куликов - Дело чести

Пловец наморщился, словно от боли, закусил нижнюю губу, вздохнул и сказал:

– Гораций, взять…

Волк прыгнул вперед. Рябь появилась около самой стены. Пираты начали стрелять раньше, чем существо успело ударить животное. Когда лучи пронзили прозрачное марево, из него в сторону стрелявших вылетели едва заметные щупальца. При этом само существо стало тоньше, а его конечности длиннее, словно оно перераспределило свою массу. Только Рудольф успел кувырком уйти в сторону, у остальных оно щупальцами выхватило оружие и втянуло в себя, снова став полуметрового диаметра. Внутри прозрачного марева заискрило, пистолеты развалились на части, словно их кто-то разгрыз, и эти куски посыпались на пол, выпадая из тела чужака. Гораций вцепился в существо, и казалось, что его зубы кусают пустоту или бесцветное желе.

Вместо того чтобы отшвырнуть волка, чужак выпустил одно толстое щупальце и направил его Пловцу в голову. Нейроштурман не видел нападения и не мог уклониться. От мощного удара его голова откинулась и врезалась в стойку позади. Он мешком свалился на пол.

– Вот тварь! – заорал Петер, схватил стул и швырнул в существо, но это не нанесло тому вреда.

Рудольф, стоя на колене, снова начал стрелять.

– Кос, оно тебя не достанет! Стреляй по нему оттуда! – крикнул он, уклоняясь от метнувшегося к нему прозрачного отростка. – Алонсо, бегом в оружейную и тащи бластеры! Остальным разойтись по сторонам!

Казалось, что лазерные лучи не наносят чужаку видимых повреждений, но постепенно движения существа становились все более вялыми. Рудольф совершил ошибку и подошел слишком близко. В тот же миг щупальце обвило его ногу и, резко дернув, потянуло к чужаку. Андреас, Болтун и Петер схватили штурмовика за руки и стали тащить на себя.

– Темные… звезды! – выдавил из себя помощник капитана. Они втроем еле справлялись, Лад присоединился к ним, и только тогда они смогли перетянуть Феникса к себе. Константин стрелял не переставая, только менял обойму и снова открывал огонь. Существо вытянуло тонкое длинное щупальце в его сторону, но, пока прозрачная конечность не дотянулась до него, тот продолжал всаживать в чужака луч за лучом. Существо стало вздрагивать от каждого попадания, у Константина закончился заряд, ко тут подоспел Алонсо с бластерами. Константин отбросил пистолет, схватил винтовку и высадил в существо длинную очередь бледно-голубых лучей.

Задрожав, чужак втянул в себя все щупальца, отпустив Рудольфа, начал пошатываться из стороны в сторону, а потом плавно свалился на пол.

Гораций продолжал яростно грызть прозрачную плоть.

Лад подошел к Пловцу, Рудольф подсел к Аниес, остальные стояли возле поверженного существа.

– Может, его огнеметом, на всякий случай? – спросил Константин, а Алонсо услужливо протянул ему требуемое оружие.

– Не надо, – бросил Лад. – Пловец, Пловец, очнись…

Удар просто оглушил нейроштурмана, не причинив серьезных повреждений.

Капитан достал из аптечки колбу с резко пахнущим составом и дал ему вдохнуть.

Пловец дернул головой и застонал.

– М-м-м… капитан, я в порядке, – он начал подниматься.

– Пловец, отзови собачку, – сказал Петер.

– Гораций, – позвал тот. – Иди ко мне.

Волк, услышав голос хозяина, сразу расцепил челюсти, еще немного порычал на убитую тварь, но Пловец снова его позвал, и Гораций, постоянно оглядываясь и скаля зубы, пошел к хозяину.

– Кто-нибудь расскажет мне, что это за штука и какого хрена она делает на нашем корабле?! – устало произнес помощник капитана.

– Я не знаю, – сказал Пловец, вставая на ноги. – Когда мы вошли в рубку, пульт связи работал, а Гораций сразу набросился на… на это. Кстати, как оно выглядит?

– Мерзко, – Петер скорчил брезгливую мину.

– Случайно не такое прозрачное, слегка похоже на желе?

– Точно, – удивился Петер. – Как ты узнал?!

Не только помощник капитана, но все находившиеся в рубке с интересом посмотрели на нейроштурмана.

– Мы называем их «призраками».

– Кто это «мы»?

– Мы – нейроштурманы, ныряльщики, называй как хочешь. Потому что только у нас есть возможность… как бы поточнее сказать… быть вне корабля во время скольжения.

В рубке наступила тишина. Нарушил ее Лад.

– Ты хочешь сказать, что в гиперпространстве есть жизнь?! – спросил он, едва справляясь с потрясением от услышанного.

– По всей видимости – да. Мы потому и называем их «призраками», что их крайне сложно заметить. Даже не все ныряльщики их видели, только некоторые, у которых максимальная степень погружения, как у меня. Последнее время это стал своего рода ритуал, когда находишься в гипере – выследить призрака. Ведь во время скольжения практически нечего делать, а так хоть какое-то развлечение. Раньше их никто не видел, они стали появляться только сравнительно недавно – первые слухи появились, наверное, лет пятьдесят-шестьдесят назад. К тому же они быстрее нас… в тысячи раз быстрее, а может быть, и больше. Они как видения – мимолетны, нереальны… призрачны.

– Это видение, сожрало наши пистолеты, – проговорил Андреас, а Болтун указал на Феникса:

– Точно! Еще и Рудольфа собиралось…

– Темные звезды, – покачан головой Петер, – в гипере есть жизнь!..

– Ты не прав, – сказал Ладимир.

– Как это? – не понял тот.

– В гипере есть… разумная жизнь!

Существо оказалось невероятно тяжелым, чтобы вытащить его из рубки, а потом из корабля, пришлось пригнать из ремонтного ангара портативный погрузчик и приложить немало усилий. Капитан решил, что оставлять чужака на корабле – опасно, ведь они даже не могли с уверенностью сказать, умерло оно или нет. Поэтому решили отвезти его в промышленный холодильник, где проводились испытания сегментов оболочки кораблей.

Вскоре на связь вышел Георгий из гостиницы, и Ладимир велел им возвращаться на корабль. Аниес пришла в себя, и Рудольф проводил ее в каюту.

Уже наступила ночь, дождь то просто моросил, становясь похожим на водяную пыль, то принимался лить как из ведра. Накрытого черной пленкой пришельца из гипера Константин вез на погрузчике, а его брат и Болтун сопровождали, с бластерами в руках. Несмотря на наступившую ночь, работы в ангарах не прекращались, но испытания велись только днем, поэтому холодильник был не занят.

Ладимир по коммуникатору вызвал начальника ремонтного ангара и под страхом смерти запретил входить в холодильник, после того как его опечатают, пообещав компенсировать простой в испытаниях.

Потом позвонил губернатору и без объяснения причин попросил выслать военизированную охрану в ремонтный отсек. Тот, поняв, что дело серьезное, предложил организовать периметр и вокруг «пилигрима», Каменев не стал отказываться.