Пария - Данил Коган

Главарь распрямился., но не до конца. Понял с кем имеет дело.

— Храмовые, это круто. Выжигатель? Надо бы доплатить, гсподин. Без обид, дело опасное рисуется. Вы конечно очень убедительны, но Воин — это те, не мера изюму.

— Очевидно, выжигатели будут выданы только на время операции, — Протей едва удержался от зевка. — Сумму увеличиваю вдвое. Ещё одно условие. Никакой стрельбы без необходимости. Никаких трупов и случайных свидетелей. Никаких разговоров после. Чем меньше людей вообще поймёт, что эти двое исчезли, тем лучше. Место вы сможете осмотреть заранее. Уже сегодня.

— Вдвое⁈ — главарь облизнул губы.

Атлеты на полу зашевелились. Главарь поднял ладонь, не оборачиваясь. Движение прекратилось. Неплохо он выдрессировал свою шваль.

— Тоисть искать их нам не придётся. Они сами придут в нужное место?

— Все так. Они сами придут туда, куда я скажу.

— Эт было бы отменно, — сказал главарь. — А если не придут? Мы не виноваты же будем?

— Тогда нам придётся брать их на Свалке. Но они придут. У них есть одно, скажем так, слабое звено.

— Так, может, сразу там?

— Нет. На Свалке мальчишка чувствует себя как дома. Местность неудобная, свидетелей полно, а у каждого второго мусорщика есть привычка лезть туда, куда не просили. Мне не нужно локальное событие которое в Эпосе окрестят «Битвой мусорных куч».

Главарь снова посмотрел на выключенный планшет.

— Мальчишка тоже опасен? Или так себе?

— Достаточно, чтобы не относиться к нему как к ребёнку. Атлет, психик, скорее всего ученик.

— Психик? Ученик. Ну ниче серьезного. Знач, если идет не вашему, мы их берем, доставляем куды надо, разбегаемся. Ну теперь ясн. Мы для вас типа носильщиков и свиты. Это работенка по нам, гспдин.

Протей позволил себе еще одну усмешку.

— Именно так. И я рад, что мы договорились.

— Договорились, гспдин. Мне все пнятно.

Нет, ничего ему не было понятно. И это Протея полностью устраивало.

Он устал от разговора. Уже минут десять находился среди людей, которых не хотел бы видеть даже на препараторском столе.

— Я пришлю сообщение когда пойму что площадка готова, незадолго до операции. У тебя будет целый цикл Светочей, чтобы собрать людей и занять позиции. Оборудование будет уже на месте. Деньги предоплатой.

— Ну, — главарь плюнул на руку и протянул ее «гсподину».

Протей посмотрел сначала на грязную руку, потом в глаза главаря.

Тот суетливо убрал ладонь.

Протей улыбнулся и вышел на свежий воздух. Бандиты… Надо подстраховаться.

Я внимательно осмотрелся с «Бочки». Никого. Постоял ещё немного, проверяя проходы между кучами мусора.

Стер ждал внизу и, когда я наконец спустился, молча кивнул.

Я достал баллон, обработал одежду репеллентом, потом прошёлся вокруг нашего следа. Запах мерзкий, зато лучше так, чем однажды встретиться с Зоей возле самого катера. Впрочем, есть куча способов обнаружить следы и без химеры. Понтовый визор на каске ей не для красоты в храме выдали.

Психованная охотница начинала меня раздражать всё сильнее. С ней вообще не стоило иметь никаких дел. Слишком легко заводится, слишком любит решать за других и слишком много суёт нос не в своё дело. Причём не по долгу службы, а из любопытства. А вот Мел — другое дело. Он показался мне надёжным и умным мужиком. К тому же он главный в расследовании. Именно храм Охотницы сейчас занимался киберами, а у меня появились материалы, которые могли их сильно заинтересовать. Значит, разговаривать надо с ним.

Только для начала неплохо бы обзавестись нормальной связью. Каждый раз бегать к чужому терминалу или просить Лика я точно не собирался.

С этой мыслью я открыл люк катера. Внутри кто-то возился. Стер вёл себя расслабленно, поэтому я крикнул:

— Здорово, старый Хтон!

Через пару вздохов из технического отсека донёсся знакомый голос:

— Чего стоите там, как две химеры у кормушки. Закрывайте, а то мне и так спину ломит.

Я усмехнулся и нажал клавишу закрытия.

Дед сидел возле вскрытой панели, разложив вокруг себя инструменты и мотки проводки. Одна механическая рука исчезала почти по локоть в нутре катера, вторая держала диагностический щуп.

— Ты чего здесь делаешь, старый? За деньгами пришёл? Чего в проводку полез?

Дед даже не повернулся.

— Исправляю последствия многолетнего насилия над техникой. Такое чувство, что проводку здесь собирали те, кто ненавидел будущих владельцев и специально тянули кабели так, чтобы те потом мучились. И ты ещё потом лез. Как ты здесь всё не спалил за эти годы, одни Мойры знают.

— Фортуна добра ко мне, старик. Иногда.

— Именно поэтому народ и говорит, что Фортуна благосклонна к идиотам и малым детям. Ты у нас и то, и другое. Сейчас закончу, и вы хотя бы сможете перестать опасаться пожара каждый раз, когда вы включаете половину систем одновременно. И да, это бесплатно. Приятно было вспомнить молодость, возясь с твоим реактором.

Я не повёлся на подначку, вытащил контейнер с кристаллами и положил рядом с ним. Когда Дед наконец закончил работу, он открыл контейнер и некоторое время молча рассматривал содержимое.

— Забирай, сколько нужно, Дед. Это за Лика и остальное, — сказал я. — Я обещал рассчитаться, когда станет понятно, сколько уйдёт на храм.

Он взвесил контейнер в руке.

— Три хороших кристалла, как договаривались. Я рад, что с мелким действительно всё обошлось лёгким испугом. Он хороший пацан, не такой, как остальная свалочная гниль.

— Ну да, нервную систему восстанавливают, остальное сказали добрать отдыхом. Так что не надейся, избавиться от него не получилось.

Дед хмыкнул и убрал кристаллы в поясную сумку.

— Ты вообще знаешь, кто он такой? И как на Свалке оказался?

— Нет. Зачем мне? Я знаю, что он хороший криптор. И… как ты говоришь, «хороший пацан», — передразнил я Деда. — Мне достаточно.

— А, ну раз так. — Дед поднялся.

— Ладно, расскажи, старик. Его я точно спрашивать не буду.

Дед усмехнулся, но в нашу обычную пикировку не полез.

— Его отец занимал хорошую должность. Гражданин с очень высоким статусом. Сам начальник порта ему покровительствовал, читай — генос Гелидов. А потом стал автоандроидом. Система сожрала его мозги.

Автоандроид. Человек-автомат. Редкая дрянь, когда у кого-то мозги слишком сильно срастаются с Системой и в какой-то момент она становится для него важнее всего остального. Такие могли сутками выполнять задания, разговаривать с ней, спорить, советоваться, некоторые вообще начинали относиться к Системе как