Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина
Спустившись по стальным скобам, имитирующим лестницу, и встав на ноги, Иван почувствовал себя в безопасности и облегчённо выдохнул.
Битва за Багдад далека от завершения, и она даже не достигла середины, поэтому воевать тут придётся очень долго. Возможно, даже до конца войны, так как сдавать столицу никто не планирует и президент Хусейн собирается драться за этот город до самого конца, каким бы он ни был.
— Включить маячки! — приказал Иван.
Это нужно, чтобы не попасть под дружественный огонь.
Каждый узел, в который впадают тоннели, контролируются военной полицией Иракской армии, оснащённой стационарными тепловизорами, поэтому у духов очень мало шансов даже подойти к часовому.
Когда взвод добрался до основного тоннеля, полностью облепленного округлыми бетонными плитами, Варенцов остановился в жёлтом круге на полу.
Этот круг — оптимальное положение мишени, благодаря чему можно наиболее эффективно расстрелять её и тех, кто идёт за ней.
Часовой сличил частоту мигания ИК-маячка с актуальным эталоном, а затем нажал на кнопку и бронированная дверь отворилась.
До их ППД пришлось идти в течение полутора часов, потому что путь неблизкий…
— Константиныч — сгружай поклажу со всех и тащи к интенданту, — дал Иван распоряжение, когда они добрались до своего логова. — Проследи за всем.
В воздухе слабо пахнет куревом, что свидетельствует о повреждении выходных шахт вентиляции, а в самом центре «островка» стоит состав из семи вагонов, на которые грузятся новенькие ящики с оружием и боеприпасами.
— Понял тебя, Сергеич, — ответил тот. — Сделаем.
— Остальные — занимайтесь бытовухой, — приказал Иван. — Сегодня точно отдыхаем, а завтра — снова в бой…
Он проследовал к офицерской части тоннеля, где оборудованы комнатушки, в которых может остановиться любой офицер, если свободно.
Свободных комнатушек оказалось ровно две, причём в одной из них точно кто-то умирал не так давно.
Расстелив новое постельное, Варенцов снял экипировку и форму, а затем пошёл в общий душ, но там обнаружилась очередь из гражданских.
«Гражданские портят тут всё», — подумал Иван с неодобрением. — «Надо было вывозить их, пока не началось…»
Он посидел и покурил на ближайшей свободной лавке, в течение получаса, а затем достоял очередь до душа и смыл с себя пыль и грязь.
На груди у него синяк, оставшийся на недолгую память об осколке. Иван уже и не вспомнит, сколько раз его било осколками и пулями…
Вернувшись в офицерскую комнатку, он вскрыл сухой паёк, разогрел консервные банки на таганке и приступил к трапезе.
Сегодня у него говядина с фасолью, баклажанная икра, восстановленный апельсиновый сок, пять галет и яблочно-грушевое повидло.
На настенной полке стоит видеодвойка с маленьким экраном, а рядом с ней лежат видеокассеты.
Чтобы было интереснее есть, Варенцов включил телевизор-видеомагнитофон и вставил в него кассету с фильмом «Оливер Твист». Это практически новинка — в кинотеатрах он шёл меньше трёх месяцев назад.
Иван следит за происходящим в Союзе через трансляции ЦТ и советские газеты, поэтому он в курсе о многих событиях и премьерах фильмов.
В «Правде» почти всегда пишут о том, во сколько обошёлся тот или иной фильм госбюджету — «Оливер Твист», например, стоил 93 миллиона рублей и снимался на мощностях «Мосфильма».
Это огромные деньги и их должно быть видно на экране — в статье о премьере сообщали, что были построены масштабные декорации, достоверно воспроизводящие Лондон второй четверти XIX-го века, сшиты аутентичные костюмы, задействована многочисленная массовка…
Прошла заставка «Мосфильма» и фильм начался — Иван сразу же начал есть.
С первых же кадров начали показывать какую-то английскую семью в зажиточного вида доме…
Напряжение, державшее всё это время Варенцова, наконец-то, сошло, и он смог расслабиться.
«Это не дом, а яма», — подумалось ему. — «Зато безопасная яма».
Глава седьмая
Одна из форм бизнеса
*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 11 сентября 2000 года*
— Все выходные в Вашингтоне был беспрецедентно крупный митинг, — сообщил Константин Гаськов. — Подогреваем его, как можем, но он и без того отлично кипит — все меньшинства вышли на протесты.
Владимиру понравилась эта новость, потому что митинги и протесты — это всегда очень дорогое удовольствие для федерального бюджета США.
— Насколько всё хорошо? — спросил Жириновский.
— В пригородах происходили столкновения протестующих с подразделениями Национальной гвардии, — ответил председатель КГБ. — Но, к сожалению, протесты не охватили весь город, поэтому ожидается, что всё стихнет в течение следующих двух-трёх дней. Зато в Лос-Анджелесе все проходит гораздо интереснее — гетто вышли из-под контроля властей, а радикальные феминистки ненадолго захватили мэрию города.
— И всё это за какие-то небольшие деньги? — с недоумением спросил Владимир. — Знай я заранее, что они готовы пойти на такое…
— Всё не так просто, — покачав головой, ответил Гаськов. — Накануне были зверски убиты три руководительницы филиалов движения «Феминистки против войны» в Риверсайде, Таузенд-Оуксе и Хантингтон-Бич. Убийцы не найдены, но в головном офисе движения решили, что это сделала мэрия. Захваченную мэрию штурмовал полицейский спецназ, поэтому все ключевые лидеры арестованы и дают показания, из-за чего членов движения массово арестовывают.
— Это очень тупой ход, — произнёс Жириновский.
— Верно, — согласился с ним Константин Эдуардович. — Молодёжь начала всё активнее присоединяться к протестам — это прямое следствие массовых арестов. И очень важно, что аресты проходят только в Калифорнии, а молодёжь радикализируется по всей стране.
У Жириновского есть робкая надежда, что эта война затормозит Штаты на следующее десятилетие — тогда уже имеющийся экономический отрыв станет непреодолимой пропастью. Но эта надежа очень и очень робка.
— А что Клинтон? — спросил Владимир.
— Он сейчас, по косвенным данным, на острове Литл-Сент-Джеймс, — ответил Гаськов.
— Что⁈ — выпучив глаза, спросил Жириновский.
— Да, — кивнув, сказал Гаськов. — Уже есть материал, достаточный для крайне громкого скандала. Возможно, самого громкого в истории США.
— Так пускайте его в ход! — потребовал Владимир. — Надо уничтожить этого подонка и пусть Штаты запылают огнём!
— Ты уверен, что сейчас это то, что нам нужно? — спросил не очень уверенный Гаськов.
— Конечно! — уверенно ответил Жириновский. — Настолько сокрушительный удар по действующему президенту — такая возможность выпадает один раз в истории!