Анна Гурова - Радужный змей

— Кто вы? — холодно спросил он. — На кого работаете? Кому понадобилось устраивать шпионское гнездо в этом захолустье?

Женщина промолчала, с вызовом взглянув на археолога.

— Ну что, проведем допрос с пристрастием? — подмигнул ей Платон. — Пару лет назад я выпустил монографию по методам дознания. Не приступить ли мне к сбору практического материала?

Женщина упрямо молчала.

— Ладно, — сказал Платон, присел на обломки кресла и принялся раскручивать трость. — Интересно, что из моего арсенала сгодится в первую очередь…

На секунду он выпустил шпионку из виду. Когда краем глаза он заметил быстрое движение, время уже было упущено. Женщина метнулась к двери и во весь голос завопила по-сильвангски. Пронзительный крик заставил Платона застыть на месте. В следующий миг он зажал шпионке рот и из обрывков ее собственной юбки сделал кляп. Однако негодяйка своего добилась. Вдалеке между пальм Платон заметил мелькание факелов — большая группа сильвангцев направлялась прямо к «Бетельгейзе». Несколько мгновений археолог колебался, что предпринять: запереться в корабле и начать переговоры или удрать без лишних слов? Второй вариант казался предпочтительнее. Археолог подхватил связанную шпионку и растворился в кактусовых зарослях. Сильвангцы, пришедшие на крик, нашли только компьютер с непонятными надписями, своего мертвого жреца и разбитую пивную бутылку.

Над каменистой равниной всходило солнце. На севере маячили горы и смутно зеленели плантации кактусов. К югу, куда глаза глядят, были только камни, песок и смерть.

— Ну и жара! А через час станет еще хуже, — произнес Платон, лениво обмахиваясь шляпой.

Он стоял на потрескавшемся валуне и всматривался без особой цели в унылые дали. На глинистой кочке рядом с камнем примостилась шпионка Махони со связанными руками. В ответ на реплику археолога она бросила на него ненавидящий взгляд.

— Когда солнце поднимется на локоть над горизонтом, ты потеряешь сознание от перегрева, — продолжал Платон. — Потом у тебя начнут тлеть волосы, полопается кожа, и через полчаса ты умрешь в ужасных муках. Почему я говорю «ты», хотя сам нахожусь рядом с тобой? Да потому, что мой костюм рассчитан на подобные условия — специальная ткань защищает от солнечной радиации, а в шляпу вмонтирован вентилятор. А у тебя даже голова не прикрыта. Конечно, рано или поздно и мне станет жарковато, но к тому времени ты уже превратишься в обугленную головешку. Ты не думай, я человек добрый и милосердный. Просто вы меня уже довели. Так что прекращай игру в молчанку и показывай, где этот Лунный каньон.

Женщина невнятно пробормотала что-то угрожающее и отвернулась. «Как хочешь», — спокойно ответил ей Платон, спустился с валуна и принялся ходить туда-сюда, чтобы размяться. Его ноги по щиколотку утопали в белесой пыли, которая при каждом шаге липла к штанинам. Кое-где из этого праха выглядывали обломки каменных плит; в отдалении виднелись редкие зубчатые скалы и сухие серые стволы деревьев, умерших столетия назад. В долине, где приземлилась «Бетельгейзе», горы защищали растительность от пустынных ветров, но на равнинах жизни места не было. Там, где стоял Платон, среди россыпей камней кое-где еще пробивалась черноватая колючая трава, изредка пробегали пауки, прижимаясь к теневой стороне камней. Дальше к югу пустыня превращалась в сплошной пылающий ад. Когда-то здесь были города и деревни, зеленели поля и луга, жили люди. Теперь этот выжженный дотла край стал царством Огненного Айе с крыльями из жидкого стекла, в облике которого к сильвангцам приходит смерть.

Из-за горизонта словно выплеснулась раскаленная лава: это показался край солнца. Платон невольно отшатнулся, а его пленница уткнулась лицом в колени. «Проклятие! — подумал археолог. — Еще полтора-два часа, и можно ложиться под колючий куст умирать. Если я немедленно не найду укрытие, то изжарюсь на ходу».

— Где Лунный каньон? Последний раз спрашиваю! — сердито спросил археолог. Ответа привычно не последовало: Махони презрительно фыркнула и отвернулась.

— Ах, так! — вконец разозлился Платон. — Все, дамочка, мое терпение истекло. Предлагаю ультиматум. У тебя есть два варианта. Первый: ты отводишь меня к каньону, и я тебя отпускаю. А там уж сама спасай свою жизнь, как можешь. Второй: ты продолжаешь молчать, и я немедленно возвращаюсь в долину, а тебя бросаю здесь. На раздумье — минута. Если я хочу успеть в укрытие, пока не наступило самое пекло, то мне надо уходить немедленно. Пойми, что ты просто не оставляешь мне выбора. Все, отсчет пошел.

Платон демонстративно засек время, отвернулся и взглянул на небо. Солнце более чем наполовину поднялось из-за горизонта, неторопливо вступая в свои безжизненные владения. В тишине отчетливо зашуршали потоки пылинок, и знойный южный ветер пахнул на Платона как из топки древней плавильной печи.

— Каньон на севере, в четверти мили отсюда, — раздался хриплый голос у него за спиной. — Ты забрался слишком далеко. Развяжи меня, и я покажу дорогу.

— Отлично, — ничем не выдавая своей радости, произнес Платон. — Веди и помни — в твоем распоряжении не больше часа.

Через пятнадцать минут они вышли к небольшому каньону — скорее оврагу — странной полусферической формы. Он был неглубоким, но длинным, с изрытыми осыпающимися склонами. На дне оврага хаотически громоздились камни. Вероятно, в древности здесь протекала река.

— Те, кого сильвангцы называют демонами, приходили отсюда, — указала вниз женщина. — Видишь, там как бы лестница из валунов? Это все, что мне известно. Отпусти меня скорее — я не могу вынести этот горячий ветер.

— Погоди, — схватил ее за руку Платон. — Кто они такие? Что им надо?

— А чего надо всем нам? — ухмыльнулась Махони. — Я иногда думаю, что на этой жалкой планете свет клином сошелся. Власти, понятное дело! Не бойся, лунные демоны такие же люди, как и ты. Ничего сверхъестественного в них нет. А больше мне ничего о них не известно.

— Ладно, уходи скорее, а то не успеешь, — неохотно отпустил ее Платон.

Конечно, стоило бы расспросить шпионку поподробнее, но времени катастрофически не хватало. Повинуясь внезапному порыву, археолог снял шляпу и надел ее на голову Махони.

— Так ты выгадаешь минут сорок, — сказал он. — Этого будет достаточно, чтобы вернуться в долину, не потеряв рассудок от перегрева.

Женщина неожиданно всхлипнула.

— Спасибо, — прошептала она. — Берегись демонов. Они очень опасны: хитрые, безжалостные, отлично маскируются. Кстати, запомни — они боятся яркого света. Луч, направленный в глаза, может убить их. Однажды мы выследили одного из них в деревне, включили прожектор, и он упал мертвым. Но ночью за ним пришли другие. Они убили охрану и унесли тело. Прощай, археолог. Не думаю, что мы еще встретимся.