Яна Завацкая - Эмигрант с Анзоры
С утра я занимался часа два или три. Полчаса с мнемоизлучателем, остальное время — решение задач. Потом начинались тренировки…
Три раза в неделю с утра мы занимались с Валтэном физподготовкой. Пока не столько самим рэстаном, сколько всякими подготовительными упражнениями и бегом. Два дня у меня были по расписанию спецтренировки, а это штука довольно адская… центрифуга, к примеру. 4 «же», 5 «же». И еще при этом какие-то примеры надо решать. Невесомость и управление телом в невесомости. Это мне очень трудно давалось по сравнению с другими. Квиринцы-то с детства занимаются, во-первых, подводным плаванием. Во-вторых, летают на гравипоясах — воланах, на планерах, а при первой возможности — на симуляторы и настоящие ландеры. А мне было уже поздно всем этим заниматься… инструктор каждый раз так смотрел на меня, что мне казалось, вот сейчас скажет: а не лучше ли тебе, друг, избрать какую-нибудь спокойную наземную профессию. Я лез из кожи вон… Но что поделаешь!
Я никак не мог научиться в невесомости принимать правильное положение тела, передвигаться… я шлепался на пол как куль при включении тяжести, набивая синяки. Я проигрывал все схватки в невесомости, даже пятнадцатилетним пацанам и девчонкам. Терпеть перегрузки я мог, а вот решать при этом задачи получалось очень слабо…
Однажды я дошел до такого отчаяния, что сказал Валтэну.
— Наверное, я не способен быть эстаргом. Совсем…
Валтэн хлопнул меня по плечу. Он казался удивленным.
— С чего ты взял?
С чего я взял, когда сам же он постоянно меня ругает, ругает и ругает…
— Ну, у меня ничего не получается… с невесомостью плохо. Реакция медленная. И вот с рэстаном тоже…
Валтэн прищурился и внимательно посмотрел на меня.
— Вот что, Ланс, — сказал он наконец, — эстаргом ты будешь. Тут ничего сложного нет. Реакция… скорость… да, это у тебя всегда будет не на высоте. Но пойми, это не так уж нужно. Это, конечно, уменьшит твои шансы на выживание. Но далеко не в каждом патруле приходится выдерживать большие перегрузки или воевать в невесомости. Даже и рэстан, между нами говоря, для вооруженного человека не так уж важен. Если тебя устроит то, что ты не во всем будешь совершенством… я думаю, ты можешь летать.
Это немного успокоило. К тому же Валтэн перестал ругать меня за промахи. Понял, видно, что это слишком уж сильно действует.
Ну вот, значит. В субботу я еще отдельно занимался с утра плаванием. После физической тренировки отправлялся в Учебное Управление. Там у меня были практические занятия — то с Валтэном, то с профессиональными инструкторами (таковыми подрабатывали обычно женщины, имеющие маленьких детей и не могущие поэтому полноценно летать, или пенсионеры). Занятия были — по медицине, по ориентированию на местности, по матчасти звездолета, по оружию, по его боевому применению… нет, не смогу перечислить. Например, вот такой предмет — применение бикра. Думаете, это так просто, надел бикр и пошел? Ха! А что у него восемь только температурных режимов, знаете? А три уровня брони (это только у ско). А, извините, подключение выделительной функции (в бикре вполне можно обойтись без всякого туалета, по крайней мере, неделю… причем все отходы бесследно перерабатываются в воду и газ без запаха). В общем, там еще много чего есть… к примеру, самый главный, как сказал Валтэн, навык эстарга — сборка подпространственного маяка для вызова спасательной или полицейской службы. Если ты этот маяк умеешь собрать, более чем от половины опасностей в пространстве ты избавлен. А все детали этого маяка, между прочим, укреплены на бикре.
И в нем же можно спать и вообще жить. Без брони он вовсе не громоздкий, легкий, удобный — так, комбинезончик. Во время патруля бикр вообще почти не снимают — четыре месяца в нем, родимом.
После обеда я немного отдыхал. И потом — снова физическая тренировка, на этот раз самостоятельно. Потом я ехал на симулятор, учиться пилотировать корабль. И в заключение пара часов теории, иногда — дополнительное занятие в Учебном Центре. И так — всю неделю. Вечером я валился в постель без сил. В воскресенье подгонял долги по теории и остальное время бесцельно бродил по Набережной, Бетрисанде или просто лежал в постели, тупо глядя в экран.
Между прочим, интересно было теперь полицейские боевики пересматривать…
Иногда я сопровождал Валтэна на полигон, где он тренировал собаку. Нашего пса — «младший член экипажа», как представил его Валтэн — звали Ронг. Он был невысокий, желтовато-серой равномерной окраски, с острой мордой и торчащими большими ушами, напоминал скорее зайца, чем волка. Порода — риггон, в далекой древности — пастушья собака, овчарка. Ко мне Ронг отнесся довольно равнодушно. Да и вообще ко всему он так относился. Разве что хозяина явно предпочитал — вечно норовил устроиться полежать у его ног.
Вот это меня очень удивляло с самого начала. Ну то, что у нас собак используют для караульной и розыскной службы — это понятно. Но на Квирине? Здесь такая супертехника… неужели трудно было придумать какую-нибудь замену собаке? Ведь ее неудобно в звездолете таскать… и далеко не на каждой планете собака может пригодиться, а вот хлопоты с ней — всегда, это же не прибор, который можно положить в шкаф и достать, когда будет нужно.
Оказалось — нет. Придумывали всякие уловители ДНК. Неэффективно оказалось и громоздко. Ничего пока не существует, что могло бы эффективно заменить собачий нос.
Пытались, говорят, модифицированных пчел использовать, птиц — для розыска. Но с ними мороки еще больше. А собака не только может найти для спасателей пострадавшего — хоть в джунглях, хоть под слоем земли и развалин. Не только по следу найдет преступника для полиции. Она еще бросится без лишних слов на врага, посягнувшего на любимого хозяина… и еще есть у собак очень ценное свойство. Их дэггеры почему-то боятся.
И в космосе, где живой травинки не увидишь, собака как нельзя кстати. Подойдет, ткнется в колени холодным носом… Доказано, что депрессия — космическая хандра — при наличии в экипаже «младшего члена» — гораздо мягче протекает.
Конечно, собаки у эстаргов не обычные. Генетически модифицированные, из специальных рабочих линий. Разведением занимаются государственные питомники. У такой собаки нюх гораздо острее, сообразительность тоже. Она может взять след и недельной давности, практически уже неуловимый. Повышена способность концентрации на задании, послушания и преданности. Снижены охотничьи задатки, такая собака вообще не реагирует на всяких там кошек-голубей. Весь смысл и радость ее жизни — в служении Хозяину.