"Фантастика 2026-221". Компиляция. Книги 1-29 - Юлия Григорова
– Оставьте его в покое, я поеду с вами, – уверенно ответила Миаленика, смотря ему прямо в глаза и видя в них понимание и восхищение. Улыбнувшись, Джорах выдернул нож, плащ и рубашка Рэндалла пропитались кровью, как и повязка под ними. – Ему срочно нужна помощь, помогите довести до комнаты, – поднявшись со скамейки и перекинув через плечо сумку, где находилась коробочка, девушка попросила одного из мужчин за соседним столиком. Тот кивнул, перекинул руку Рэндалла через себя и повел его наверх. Хозяин понимающе вручил девушке ключи и кратко рассказал, как пройти в нужную комнату. Лидер совета остался на месте, спокойно допивая свое пиво и крутя ножом, по прежнему красным от крови, в руке.
Поблагодарив мужчину за помощь, Миаленика сама уложила парня на кровать, и нависла над ним. Средств заткнуть рот поблизости не было, но пока бастард терпел. Разрезав рубашку и содрав повязки, беглянка принялась за свою работу. Рана открылась с новой силой, тем более, что в нее по рукоятку воткнули нож, острие которого вышло с другой стороны. Смочив бинт жидкостью, она посмотрела на него и поняла, крик будет стоять такой, что его в столице услышат.
Осмотрев комнату, наследница осознала, что ничего подходящего здесь нет. Лишь стол, два стула, шкаф, ванна с горячей водой, от которой шел пар и ночной горшок в углу. Прикусив губу, другого варианта у нее не было. Накрыв губы Рэндалла свободной рукой, она прижала бинт, смоченный в растворе к ране. Бастард замычал, издать другой звук с зажатым ртом он не мог, как и терпеть подобную боль. Ладони сжались вместе с частью одеяла, мышцы напряглись, ему с трудом давалось не отпихнуть дочь герцога от себя. Его глаза были закрыты, иначе они вылезли бы из орбит. Отстранившись от раненого, девушка тут же убрала бинт и принялась за более осторожную обработку отдельных участков раны. Такими средствами с ней уже не справиться, придется зашивать или прижигать, ничего из этого она не умела. К счастью умел Джорах.
Лидер совета вошел в комнату, словно поток ветра, дверь распахнулась и со всей силы ударила о стену. В его руках находилась раскаленная кочерга, взятая из камина внизу. Отстранив девушку себе за спину, он присел на край кровати и уставился на рану.
– Заткни ему рот, если не хочешь слышать крик, – видя, как изменилось лицо наследницы, когда она поняла, что тот собирается делать, скомандовал советник. Ком в горле помешал сообщить об отсутствии подходящих средств. Обогнув кровать, Миа забралась на нее по другую сторону и обхватив голову Рэндалла руками.
– Только не откуси мне руку, – попросила она, и снова зажала бастарду рот. Закатив глаза, Джорах прикоснулся раскаленным кончиком кочерги к ране, сам держа руку на груди раненого на случай, если тот начнет вырываться. В этот раз ему удалось разжать губы и вцепиться в ладонь девушки зубами. Неожиданно все перед глазами поплыло, и сын короля потерял сознание. Отстранившись от него, Миаленика вытерла руку рукавом и посмотрела на лидера совета, также убравшего кочергу.
– Утром мы выдвигаемся, – сообщил он, встал и забрав ключ, который она оставила в замочной скважине, так как не до него было, запер за собой дверь. Видимо Джорах не был уверен в том, что сможет найти ее снова, если упустит. Дела не ждали, требовалось перевязать и обработать рану еще раз, но теперь с Рэндаллом должно быть все хорошо, вот только без нее.
***
До заката оставалось достаточно времени. Пока раненый находился без сознания, она успела принять ванну и переодеться в захваченное с собой платье. Его ей купила Роза в один из первых дней, не ходить же ее помощнице в одном и том же. Старую одежду девушка постирала и повесила сушиться на спинку стула, поставив тот рядом с открытым окном. Дверь не удавалось открыть никаким способом, а на то чтобы ее выбить сил не хватало. Этаж второй, но комната располагалась прямо над входом, и если лидер совета сидел на первом этаже, то непременно увидел бы подобный побег. Да и бросать своего спутника в таком положении ей не хотелось, неизвестно, как поведет себя рана после прижигания кочергой. Может ему станет еще хуже, но тогда даже ее знаний не хватит.
Кто бы мог подумать, что побег завершится именно здесь, и что найдет ее тот самый лидер совета, что принес в их замок плохие новости, побудившие Мию на отчаянные меры? Шанс один на миллион, а главное, откуда он мог знать, куда ехать, и где искать, страна большая, а прошел почти месяц. За это время девушка уже могла быть далеко за морем или где еще. Чистое невезение, вот и все, если конечно советник не обладает каким даром, и не вычислил ее местонахождения благодаря ему, что конечно не так.
Делать в пустой комнате оказалось нечего. Решив произвести ревизию вещей в их сумках, Миаленика принялась раскладывать все на столе. Здесь были объедки сыра, заплесневелый и черствый хлеб, самая малость вяленого мяса и половина батона колбасы, которую Рэндалл хранил на черный день. Фляги с водой и чаем, а вернее тем, что от них осталось, так и висели на седлах лошадей. Так же два плотных хлопковых одеяла, плащ советника, который стоило бы спрятать от лидера, дабы не получить от него еще и за это, а также шерстяное одеяло, что она купила по дороге для раненого. Чем-то придется пожертвовать, если бастард поедет дальше один, то все самое лучшее надо оставить ему. Хотя кто знает, какие имеются запасы у Джораха, вдруг у него нет ничего, согреться ночью, и тогда беглянка просто напросто замерзнет во сне.
«А что в этом плохого? Умру, так умру, не придется ни за кого выходить замуж и тем более быть королевой.» – пронеслась в голове мысль, заставившая ее поежиться. А что и правда, если это путешествие заберет у нее жизнь? Отец мертв, место герцогини заняла Алерия, чтоб ей пусто было, никому она не должна быть нужна, ну разве что Рэндаллу, который надеялся разоблачить самозванку и занять место, принадлежавшее ему по праву. Сидя на стуле, она положила руку на спинку и оперлась о нее подбородком, взгляд был направлен на раненого. Неужели в новой жизни – этот человек, единственный, кому есть до нее хоть какое-то дело? Встряхнув головой, она заставила себя понять, что это не так. Розалинда же еще, она