Владимир Брайт - 32. Адреналин для убийц

Неожиданно на отца потерявшего сына, обрушилось осознание простой и страшной истины – он чудовище в человеческом облике, недостойное ходить по земле.

-Теперь у вас есть шанс все исправить, -  так милосердный проповедник успокаивает закоренелого грешника.

-Конечно! – все, наконец, встало на свои места, обретя высший смысл.

-После того как я выйду, попросите секретаря не беспокоить вас в течении получаса. Не стоит поднимать шум пока я здесь. Вы ведь не хотите напоследок причинить неприятности кому бы то ни было?

-Нет! Ну что вы!!! Конечно же нет!!! – меньше всего на свете Терри Барелу хотелось подвести святого человека указавшего выход из тупика.

-Вот и отлично. А чтобы не вызывать подозрения, я заберу деньги.

-Разумеется! – он был благодарен ангелу посланному небесами. - Забирайте все. Отныне мне ничего не нужно.

-Кроме искупления.

-Кроме искупления, - глядя вслед уходящему адвокату, повторил человек контролирующий оборот наркотиков  юго-западного побережья.

Посидев несколько минут неподвижно глядя в одну точку, он усилием воли сбросил оцепенение, нажав кнопку селектора.

-В течении ближайшего часа меня ни для кого нет.

-Вообще ни для кого? – на всякий случай уточнил секретарь, уловивший в голосе босса странные интонации.

-Ни для одной живой души, - подтвердил Барел.

-Даже для вашей семьи? - как правило, вышколенный слуга не позволял себе вольностей, но сейчас что-то явно было не так.

-Я же сказал - не желаю никого видеть…

-Понял, - в отношениях между хозяином и подчиненным существует определенная грань, которую нельзя перейти.

-Хорошо, что Пат и Трей внутри. Если убитый горем отец решится на какую-нибудь  глупость, они помешают, - подумал встревоженный секретарь.

И ошибся…

В отличии от улыбающихся счастливчиков очнувшихся после действия «Til -15», телохранителям наркоторговца не повезло. Спустя десять минут после отъезда гостей, тишину кабинета разорвали три выстрела. Не смирившись с утратой сына Терри Барел застрелил двух охранников, после чего засунув дуло пистолета в рот снес себе полголовы.

Последнюю для себя раздачу я начал с  туза Вампиру, перевоплотившемуся в Смерть, короля Пауку и тройки себе. Скорее всего, следующая карта станет решающей. Предчувствие подсказывало, что это будет десятка.

Пытаясь оттянуть неизбежный финал я  не стал переворачивать карту, как и в случае с бешенной сукой,  оставив ее лежать на столе рубашкой вверх.

-История повторяется дважды. Один раз в качестве трагедии, второй как жалкий фарс.

Если раньше Паук пытался выглядеть «своим в доску парнем», то после смерти напарницы резко изменил поведение.

-Как правило, историю пишут победители, - я не пытался оспорить его утверждение, всего лишь оттягивал неизбежный финал.  

-Бесспорно, - и мы оба знаем, что сегодня не твой день.

-Ваша знакомая думала также.

-Раздавай, - Темного интересовал конечный результат, а не детский лепет отчаявшегося неудачника.

Несмотря на то, что номинала карты не было видно, я точно знал, что   ЭТО ГРЕБАННАЯ ДЕСЯТКА.  Вкупе с тузом означавшая «Блэк Джек» и конец игры. Ставка игрока оказалась слишком велика, чтобы крупье мог расплатиться.

Видя мою нерешительность, Паук откинулся на спинку кресла, презрительно бросив: Обоссался от страха?

-Пока нет.

-Тогда покажи карту, и покончим с этим.

Из пустой глазницы Вампира  вывалился клубок белесых червей. Он не глядя смахнул его со стола.

«Крысы бегут с корабля», - отстраненно подумал я.  

-Ты бу…, - начал было Темный.

Закончить фразу помешал неожиданный телефонный звонок.  

Черный, старинный аппарат тридцатых годов двадцатого века трансформировался из пустоты в непосредственной близости от полуразложившегося трупа.

-Что это? – удивленный Вампир повернулся к напарнику. 

Телефон продолжал методично звонить.

Впервые за время нашего знакомства Паук выглядел растерянным.

-Этого...  не может быть, - пробормотал он. - Я ведь точно знаю...

-Невежливо заставлять ждать, кого бы то ни было,  - злорадно усмехнулся я. - Вдруг что-нибудь срочное? Не исключено, что мертвая сука названивает из ада. Спешит поделиться впечатлениями или на худой конец, пригласить в гости.

Из пустой глазницы Темного вывалился очередной клубок белесых червей.

-Расскажешь ей о победе? – я обратился  к Вампиру, подняв карту на уровень глаз, удерживая так,  что сидящие напротив игроки по-прежнему не видели номинала.

Предчувствие не подвело - десятка.

-Или, как выразился наш общий знакомый, - усмехаясь, кивнул в сторону Паука, - написал в штаны?

По большому счету судорожный оскал не слишком-то отличался от улыбки черепа, сидящего напротив. Правда в отличии от моего напускного веселья  Вампир был спокоен.

- Кто бы это ни был, я сообщу, что мы потеряли крупье.

-Не ... – Паук сделал попытку остановить напарника. - Делай…

Поздно…

После того как решение принято, никто в целом мире не в силах остановить порождение тьмы. Темный  снял трубку, поднеся ее к уху.

Дорри малышка. Ты моя навсегда. Я так любил тебя. Только тебя и никого больше...

Старая пластинка.  Допотопный граммофон.

Легкий едва заметный шелест иглы.

Дорри малышка…

Вечерний безлюдный пляж.

Влюбленная босоногая пара на фоне заката кружится в причудливом танце.

Ты моя навсегда…

Мягкий шепот прибоя.

Развевающийся желтый платок на шее юной девушки с копной рыжих волос.

Я так любил тебя…

Я знаю.

Только тебя и никого больше.

Я знаю. Знаю… Знаю…Знаю… Знаююююююююююююююююю…

Плавная мелодия сменяется заикающимся повтором. Не в силах перескочить на соседнюю дорожку игла начинает вгрызаться в пластинку. Сначала медленно, затем все быстрее. Она входит в раж, с остервенением пытаясь выжать из бесполезного куска пластика что-нибудь кроме визгливого «Знаюююююююю».  Не замечая, как окружающий мир начинает сворачивается в спираль, хлопьями сладкой ваты закручиваясь вокруг обезумевшего от ярости тонарма.

Плавиться раскаленный песок. Море сливается с небом. Грациозная пара превращается в гипертрофированных уродов.  

 -АААААААААААААА – в предсмертном хрипе захлебывается труба развалившегося граммофона.