Шон Уильямс - Блудное Солнце

– А чьими глазами ты пользовалась?

– Кейна, когда он мне разрешал. По у него более сильная воля, чем у тебя, и я не могу читать его так, чтобы он не заметил. Иногда я использовала зрение повстанцев. Но чаще всего просто ждала.

– Пока Веден придет в себя?

Майи не отвечала. Ее горе было таким сильным, что оно просачивалось в разум Рош.

– Послушай, Майи, – со вздохом сказала Рош, – ты устала, тебе необходим отдых, я не помню, когда ты в последний раз спала. Тебе необходимо принять душ. Ты сразу почувствуешь себя лучше – пусть и ненадолго. – Рош поколебалась. – Если хочешь, можешь воспользоваться моими глазами.

– Ты действительно не против?

– Можешь сама проверить.

Суринка немного помолчала, а потом вздохнула: – Спасибо, Морган. Я знаю, как сильно это тебя тревожит.

– Ну, на сей раз ты не крадешь мое зрение, а получаешь его в дар, – заявила Рош. – Кроме того, сейчас мы друг другу необходимы.

– Тебе одиноко, не так ли?

Рош пожала плечами, понимая, что, как только она впустит в свой разум Майи, ей уже не удастся скрывать свои чувства.

– Иди прими душ. А потом поговорим.

Кивнув, Майи быстро сняла тунику и повязку с глаз. Оставив занавеску открытой, она перешагнула через край раковины и включила душ. Рош старалась не отводить взгляда от худого тела девушки, пока та мылась.

Не «девушки», напомнила она себе. Во всяком случае, не в общепринятом смысле. Теперь, когда она смотрела на обнаженную Майи, у неё не осталось сомнений в том, что та не принадлежит к Древней касте: грациозная фигура, высокая грудная клетка; темные выступающие соски; обрубок рудиментарного хвоста между узких ягодиц; тонкие рыжие волосы – не мех, – покрывающие почти все тело суринки, за исключением паха и подмышек, в противоположность волосяному покрову Древней касты. Девические формы, не оставляющие, однако, сомнений в принадлежности к Экзотической касте.

Присмотревшись к суринке повнимательнее, Рош заметила тонкую сеть шрамов на голове Майи. Тот, кто её оперировал – врач-мошенник, не имевший имени в воспоминаниях, – сделал очень тонкую работу, чтобы превратить ребенка в полноценного адепта эпсенса. Как этого удалось достичь, Майи не помнила. Моральная сторона вопроса заставила Агору запретить подобные операции, вынудив доктора уйти в подполье, где он продолжал проводить свои эксперименты над бедняками и теми, кто не отличался разборчивостью в средствах достижения цели.

Ну а дети не имели возможности выбирать свою судьбу.

Когда Майи закончила мыться, она вышла из душа и вытерлась полотенцем, которым уже воспользовалась Рош. Затем девушка вновь облачилась в свой комбинезон и руками попыталась привести в порядок волосы на голове.

– Спасибо, – сказала Майи. – Ты права: мне было необходимо принять душ.

– Все в порядке. – Рош взглянула на дверь. – Может быть, позовешь женщину...

– Ее зовут Сабра, она помощница Гейда.

– ...позовешь Сабру – мы готовы.

Майи кивнула. Рош присела на один из ящиков, стоявших в углу, чтобы немного отдохнуть. Бронекостюм занимал всю Центральную часть комнаты, словно статуя грязного, обезглавленного великана. Древний, но сохранивший надежность, он прекрасно послужил им с Ящиком, и ей было жаль его оставлять. Если переговоры с Гейдом пройдут успешно, обещала себе Рош, она обязательно за ним вернется.

– Ему нужно дать имя, – сказала Майи, услышавшая поверхностные мысли Рош, Рош кивнула: – У тебя есть предложения?

– Только то, о котором ты подумала.

Рош невольно улыбнулась. Да, подходит.

– Ладно, пусть будет Проктор. Надеюсь, нам он принесет больше удачи, чем своему прежнему владельцу.

– Кого ты имеешь в виду? Бывшего владельца брони или капитана «Полуночи» ?

Рош расхохоталась: – Обоих.

Воспользовавшись специальным пропуском, они вошли в необставленный офис, находящийся в задней части здания, стены которого успели потемнеть за долгие годы, прошедшие с последнего ремонта. Сабра остановилась в углу комнаты и набрала на панели код. Металлическая дверь дрогнула, но не открылась. Сабра пожала плечами и ещё раз набрала код. Только с третьей попытки дверь с тихим шипением отползла в сторону. За ней оказался лифт. Сабра жестом предложила Рош, Майи и Кейну войти. Дверь захлопнулась, и лифт с тяжелым скрежетом медленно пополз вниз.

– Куда вы нас везете? – спросил Кейн.

– Вниз, – ответила Сабра.

Ее сдержанность могла быть как естественной, так и напускной – в любом случае Сабра держалась с ними исключительно холодно.

– В порту полно старых туннелей и потайных помещений, – сказала Рош, – оставшихся от колониальных времен до Атаманской теократии и вторжения СОИ. Всем известно, что они здесь есть, но никто, кроме повстанцев, ими не пользуется; считается, что они небезопасны. Ящик утверждает, что раньше здесь располагался университет. Повстанцы его перестроили и превратили в свой штаб. – Она одарила Сабру улыбкой, но та ответила ей взглядом полным неприязни. – Именно туда мы и направляемся. На встречу с Гейдом, не так ли?

Сабра пожала плечами: – Да.

С неприятным скрежетом лифт застыл на месте. Когда дверь открылась, они увидели узкий, плохо освещенный коридор.

Сабра предложила им выйти из лифта и закрыла дверцу. С натужным гулом кабина двинулась наверх.

– Сюда, – сказала Сабра и зашагала по коридору.

Они прошли мимо датчиков безопасности и оказались в коридоре с множеством закрытых дверей, затем Сабра провела их в тускло освещенное помещение, в котором стояли широкий деревянный стол с большим компьютером и пять стульев.

За столом сидел удивительный человек. Рош ещё не приходилось видеть людей со столь черной кожей – если не считать, конечно, олмахой. Гладкий безволосый череп только усиливал это впечатление. Один глаз смотрел на них через линзы окуляра – микроволокна, вживленные в череп, удерживали окуляр в нескольких миллиметрах от глаза. Другой глаз был стеклянным. Когда они вошли, человек приподнял лежавшую на столе левую руку и жестом пригласил гостей садиться.

– Меня зовут Амейдио Гейд, – представился вождь повстанцев. Его голос звучал спокойно, доброжелательно и уверенно. – Сожалею, что заставил вас ждать.

Рош кивнула, понимая, что извинения – всего лишь простая формальность. Она с удовлетворением опустилась на стул, обивка которого потрескалась в нескольких местах. Кейн сел по левую руку от нее, Майи – по правую. Сабра осталась стоять возле стола, не привлекая к себе внимания, но уходить явно не собиралась. Даже в тусклом свете Рош заметила глубокие шрамы на щеках и висках Гейда. Почти сразу она сообразила, что это следы операций по извлечению имплантатов.