Кирилл Алейников - Сияние. Остров теней

— И ты решил казнить его.

— Да. Я сумел раздобыть автомат, проник в палату и расстрелял гада. Но во время борьбы я убил еще нескольких работников больницы. Кого-то случайно, кого-то — намеренно. Расстрелял из автомата в упор.

Почему так: бойцы в горячей точке стреляют по врагу, меняя рожок за рожком, и успевают уничтожить лишь одного, а здесь, в мирном городе, единственного рожка хватило на четыре трупа?

Стас утих. Игорь, внимательно слушавший, просто-таки веселился, хотя для веселья не существовало ни одной очевидной причины.

— Ну ты даешь, судья Дредд! Убить четверых человек за раз — это серьезно. А почему ты сейчас с нами?

— Как почему? — не понял вопроса Стас. — Мы ведь в крушение попали.

— Ну да, крушение, — кивнул Игорь. — Но как ты оказался на лайнере, когда за тобой такое дело? Ты должен сидеть где-нибудь в «Черном Дельфине», мотая пожизненный. Или ты в бегах?

— Нет, не в бегах. После нападения на больницу я приехал домой и лег спать. Думал, утром приедут за мной ребята из СОБРа. Но они не приехали ни утром, ни днем, ни последующими днями. По телевизору передали о случившемся, предлагали массу версий, почему это произошло, но… За мной так никто и не приехал.

— Следствие не рассматривало какого-то придурка в качестве подозреваемого, — дополнил Игорь. — Ну ты, брат, меня удивил. А я-то думаю, чего ты такой хмурый постоянно, будто кто-то тебе сильно напакостил. Оказалось, и тебе напакостили, и сам ты в долгу не остался. Это ж надо, порешить психа и докторов!..

— В общем, я думал, что должен был вам это сказать.

— А почему ты так решил?

— Потому что нет больше сил таскать этот груз. Я устал жить и знать, что являюсь убийцей. Я устал…

Игорь хотел бросить очередную колкость, но угомонился. Очень быстро он погрузился в собственные мысли, пока не огорошил присутствующих новой информацией.

— Я ведь тоже убийца, господа…

Стас поднял на него взгляд. Хотелось найти в глазах Игоря насмешку или шутку, но там была лишь печаль.

— Я сам детдомовец, — помолчав, начал рассказывать Игорь. — Детство прошло лихо, за ним наступила лихая молодость. После детдома отучился в профессиональном училище, сошелся с компанией парней, вместе с ними ступил на темную дорожку. Начинали с мелких краж, хулиганства, затем перешли на «крышевание» палаток, ларьков, фирмочек. Не работали, не учились, зато занимались рэкетом, разбоями. Настал определенный момент, когда нас потеснили другие парни, более крутые, прикрываемые и милицией, и властями. Так что пришлось искать новую нишу. Остановились на наркотиках.

— Ты был торговцем наркотиками?

— Точно, приятель. Мы торговали сначала мелкими партиями, едва сводя концы с концами. Затем перешли на более крупные, даже обзавелись кое-какими каналами на границе. Но в то время мы задолжали одному местному воротиле, Каю, довольно крупную сумму. В общем, Кай прижал нас и заставил выполнить рискованную работу: привезти в Россию крупную партию чистейшего афганского героина. У нас не было выбора — согласились. Я с приятелем отправился в Афганистан, а еще два друга должны были помогать нам на границе. Но мы решили кое-как подкорректировать задание. Короче, мы тащили на себе по двадцать пять килограмм героина в течение месяца, обходя секреты и кордоны, кое-как проникли в Россию и не попались пограничникам. А затем подменили героин, запихав в рюкзаки дерьмо уже худшего качества.

— И принесли заказчику.

— И принесли заказчику, — кивнул Игорь. — Поначалу все шло как на мази, никто и не догадался, что героин подменен. Но рано или поздно любая тайна становится достоянием гласности. Нас раскусили, когда мы славно жили в другом городе, подальше от Кая. И устроили охоту. Однажды нам на хвост, пока мы колесили по ночному городу, сел черный джип. Оказалось, что в нем мордовороты Кая. Мы сумели оторваться и вроде как залегли на дно, но на следующее утро я узнал, что все мои друзья убиты. — Игорь вздохнул. — Вряд ли Кай хотел нас всех мочить, ведь он знал, что мы пока не продали героин. У нас было пятьдесят кило этой проклятой дряни стоимостью хрен знает во сколько долларов. Потерять такое добро Кай не желал.

Игорь помолчал. Ему давались нелегко воспоминания о тех днях, когда он был бандитом, обычным подонком, каких в России пруд пруди. Ему было противно знать, что когда-то торговал наркотиками. И было больно, что из-за наркотиков все его друзья отправились на тот свет.

— В общем, я пришел к Каю с повинной. Испугался, видите ли. Сказал, что отдам ему весь героин в обмен на жизнь, и тот согласился.

— Разумно, — прокомментировал Стас.

— Я тоже так считал. Но когда я был у Кая, то совершенно случайно увидел рекламный проспект. Круиз на «Серенити».

— Интересно, — протянул Стас. — Значит, на корабле ты далеко не случайно.

— У меня тут же созрел план мести за друзей. Уже дома я откопал в Интернете расписание круизов лайнера, оформил визу в Португалию и улетел. Далее, заплатив кому надо, устроился на судно обслугой, намереваясь плавать, пока не дождусь Кая. К счастью, уже в первый мой рейс Кай ступил на судно. Во время катастрофы я был в каюте Кая. Успел убить его брата и еще кого-то, а потом вылетел в окно прямо в воду.

— Бедняга, — цокнул языком Стас. — Месть ты так и не завершил…

— Да нет, все нормально, — натянуто улыбнулся Игорь. — Еще ночью во время шторма меня вынесло на берег вместе с Каем. Произошла стычка, в результате которой я его убил.

— Ты убил человека на острове?

— Да. И еще двоих на корабле.

— И еще тысячи своими погаными наркотиками, — тихо добавила молчавшая все время откровений Марина.

— Ну, плюс тысячи тех, — кивнул легко согласившийся Игорь. — Получается, джедай, ты не один тут крутой-Уокер-мать-твою-Дредд. Нас двое.

— Странное совпадение: на необитаемом острове два киллера из России, — горестно констатировал Стас. — А вокруг — мертвецы.

Что подвигло их поделиться такими страшными тайнами своей жизни? Что заставило людей признаться в тяжеленных грехах? Наверное, человек, сталкиваясь со смертельной опасностью и мистицизмом, начинает думать о замаливании грехов. И признается в них. Исповедуется первому же, кто готов выслушать.

В объятия смерти каждый хочет войти именно таким, каков он есть. Не лицемером и лжецом, не предателем и мерзавцем. А таким, каков он на самом деле, со всеми своими мечтами, стремлениями.

— Может, мы в аду? Ну, типа расплата за содеянное. Может, мы все на самом деле погибли в результате взрыва на корабле, и оказались в преисподней? Вдруг это наше наказание, назначенное небесами?