Вадим Денисов - Спасатель
Шкипер остановил судно, вышел сам, что-то посмотрел, вернулся, и по-кошачьи, осторожно пошёл вдоль берега. Что он там выгадывает, неужели хочет-таки пристать?
Ули опять остановился, по внутренней связи позвал Никлауса, тот выслушал приказ и вскоре встал на носу с длинным мерным шестом — лёгкой семиметровой полосатой палкой. Ход "Клевреа" столь мал, что из-за попутного течения реки не заметен вовсе. И снова стоп! Похоже, нашёл канал.
Заворчав двигателем, "Клевер" почти на месте развернулся к берегу и медленно пополз, но не к песчаному пляжу, где мы с Ленни и высаживались, а правее него, к небольшому обрыву. Ну, кудесник! Взревел двигатель, задним ходом гася инерцию, мотобот легко тукнулся носом в берег, выкатился на метр и встал, чуть подрабатывая винтами. Ювелирно! Пока я аплодировал, Никлаус уже был на берегу и швартовал судно к крепкой высокой ели.
Прибыли.
— Идите втроём, я останусь на "Клевере".
— Ули, ты просто волшебник!
— Высший класс! — рядом со мной восхищенно констатировала Ленни.
— Я знаю. Вот и представь, каково мне было стоять неделями на приколе…
Так. Пора в путь, к тайнику.
Действовать нам надо быстро, по времени, согласно вновь утвержденному плану. Но сначала нужно разобраться с оружием, а его у нас не густо. У экипажа его просто нет, ни единого ствола. Одно гладкое ружье и карабин остались в сейфе подсобки, на причале. Есть наглухо зачехлённый пулемёт "Штейр-Солотурн" S2-200 на кормовой турели и целых три коробчатых магазина к нему, емкостью по 25 патронов каждый. Патронов… страшно сказать, что сто штук, но это так. Не готовились воевать речники.
Тут такое дело, что стволы должны быть у каждого. Благодаря доводам шкипера и здравым размышлениям, все твёрдо уверены, что проклятый "берий" выплыл, и, вполне возможно, бодрой трусцой направляется к Бёрну, где поднимет звонкий кипеш.
На эту тему мы в достаточной мере пофантазировали ещё в первые полчаса после "встречи на Рейне". Когда Ленни усомнилась в выживальческих способностях Отто, Маурер невесело заявил:
— Обязательно выплывет. Ты, дорогая, упрямо и очень успешно игнорируешь светское общество, поэтому и не знаешь, что Отто Бахманн пловец, из лучших в анклаве, что не раз и доказывал нашим дамам в воскресных пляжных развлечениях.
— Я сразу вам предложила вернуться и завершить дело, — ничуть не смущаясь, тут же сказала Zicke. — Шлёпнуть, и убрать одну проблему. Даже оружия не надо было применять, пока не доплыл
— Как-то не по-хиппиански это, — заметил я, — людей на воде топить.
— Какой же это человек? Это Силы Зла. Князь Тьмы.
Вот такой качественный отмаз — великая разрушительная сила фэнтези-культуры: внушила себе, что ты, на какое-то время, утончённая эльфийка, а перед тобой изначально не человек, а некий архетипический образ-вредонос, вроде Чёрного Властелина, и мочи его, с лёгким сердцем. Порой мне кажется, что моя подруга вовсе не сильфида, а Колдунья, принимающая по ночам ванны из крови юных девственниц.
Потом мы с фантазией поизгалялись на тему открывающихся, в случае поимки негодяя, возможностей. Можно было бы устроить радио-дурку.
Примерно так: укрывшийся в моторном отсеке Никлаус по радио истерично докладывает в "гадюшник за стенами", что Бешеный Тео со своей бабой захватил мотобот, героическая попытка тарана не удалась, но вывести из строя двигатель моторист успел. Бедняга Маурер был ранен, закрывая собой от русской пули Отто Бахманна. А тот рухнул в Рейна; где он и жив ли — неизвестно, высылайте МЧС. Сейчас русский псих и его баба зверски пытают Ули, очередь за Никлаусом, Тео зверски силён, переборку вынесет легко. Что делать: сдаваться или топить корабль? "…Этот русский уже пилит мушку и кричит: "Hell No, We Won't Go!", бедняга Ули вопит от ужаса под переливы балалайки — они все обкурены, проклятая баба усыпана кокаином! …Что это! Они приближаются с пустой бутылкой и машинным маслом, ну и рожи у этих громил! Нет! Нет! Raus! А-а-аа!!!"
Но это всё прикола ради.
Свободной лодки, по словам Ули, на причале нет, все в разъездах. Одна рыбацкая моторка подойдёт часа через полтора, если владелец сохранил привычки. Только тогда и станет возможна погоня. Если Отто обсыхает на берегу, его заметят, уж безопасник постарается, попрыгает-помашет. Неплохо зная Бахманна, шкипер уверяет, что тот не бросится в погоню, и под пулемёт соваться не станет. Нет достаточного количества топлива, нет подготовки операции. Вернётся и начнёт всё сначала. Но то, что проклятый шеф Службы Безопасности селектов от нас не отстанет, несомненно, никто против такого вывода не возразил. А вот диверсантов по следам отправить может! Тихо, аккуратно, чтобы повредить корабль.
Если так, то он подходит Берну, что там идти-то. От места падения до анклава он легко доберётся, часа за два, максимум.
— Посадит гвардейцев, опытных и доверенных, не более двух, с учётом веса горючего и необходимых параметров маневренности. Сам Отто наверняка не поёдет, слишком мал шанс на удачу, начнёт готовить шанхайскую операцию.
В общем, нажили мы врагов. Тем более важна обеспеченность оружием. Что же, будем делить. Я собрал все стволы и раскидал их так: "беретту" оставляем на судне, пусть полуавтомат постоянно висит в рубке. Хаудахи экипажу, как личное носимое оружие. Ну, а мы с Ленни остаёмся с уже привычным "нарезняком", револьвер у сильфиды прижился. А вообще-то, нужно срочно добывать стволы. И патроны, особенно, к пулемёту. Интересно, можно ли их будет купить в Шанхае? Ули ответить не может, не интересовался. Зато он твёрдо знает другое: сухопутной дороги на Шанхай не существует. Вольный город живёт автономно и, по большому счёту, плевать хотел на всех в округе. Индусы без него никак, весь местный ресурс обеспечивают именно шанхайцы, а у Нью-Дели выхода к реке нет, лишь озеро. Они как бы заперты посреди магистрали, между Шанхаем и азиатской вольницей на западе. А репутация швейцарцев сейчас идёт им во вред, про концлагерь знают все, никакой дружбы нет, лишь, вполне в западном стиле, взаимовыгодные торговые отношения группировок. Маурер уверен, что перехватить "Клевер" селектам Берна будет непросто, просто так за них никто не впишется, нужны весомые личные контакты, кто же в этом мире поверит эфиру?
Выбравшись на косогор, мы втроём зашагали по знакомой местности. До полянки отсюда идти две минуты.
Ого! Кто у нас тут?
Волк. В конце "нашей" поляны спокойно стоял огромный волчище и внимательно смотрел на пришельцев. Один? Вряд ли. Я прострелил тепловизором лес — точно, есть ещё трое, чуть поменьше размером, стоят группой, за кустами, ждут.
— Стреляй! — напряжённо и напугано прошипел за спиной Никлаус.