Роман Куликов - Связанные зоной
Еще пару самых сообразительных тварей, пытавшихся пройти тот же маршрут, Мякиш расстрелял, как в тире, и, оценив, что в ближайшие секунд двадцать ни одному псу до него не дотянуться, вновь повернулся в сторону Филина. Как раз вовремя, чтобы увидеть, как одна тварь с ходу влетела в «жим-жим», устроив короткий кровавый фонтан, а другая успела взять в сторону, но попала во что-то лапой и с жалобным воем, повизгивая и рыча, метнулась обратно. Мякиш выстрелил еще несколько раз, но тут автомат сухо щелкнул: даже в увеличенных магазинах иногда все-таки заканчиваются патроны.
Второй рожок прежним владельцем оружия был прикручен к первому - да не кустарно, изолентой, а специальными резиновыми хомутами. Мякиш ловко сменил магазин и отправил патрон в патронник.
- «Узу» кидай! - оценив потенциал Мякиша, снова оживился Филин.
Мякиш, вновь не глядя, сорвал с пояса гранату и, широко размахнувшись, метнул ее в скопление зверей далеко позади Филина. Черный цилиндр по высокой дуге стремительно пролетел над бандитом и вдруг застыл в воздухе, в пяти метрах над землей и в двадцати от Филина. Судя по всему, граната попала в какую-то ловушку. Теперь было хорошо видно, что это снова не ультразвуковая, а обычная осколочная наступательная граната.
- Ложись! - крикнул Филин, падая ничком на землю.
Но Мякиш отреагировать не успел. Поэтому он видел, как на месте черного цилиндра вдруг образовался ярко-красный шар, замер, сплюснутый неведомой силой, и на какой-то миг стало понятно, что ловушка держит сейчас огромное давление взорвавшейся гранаты. Потом там что-то сдвинулось, темный пузырь, возникший на месте огненного шара, вдруг схлопнулся, и взрыв все-таки произошел. Но ударная волна пошла все так же вдоль силовых линий ловушки: темный пузырь превратился в быстрорастущий серый наклонный диск, повернутый плоскостью к земле. Часть взрывной волны ушла в небо, а часть ударила в землю метрах в тридцати позади Мякиша, пробив в зеленом ковре мха длинную канавку шириной несколько сантиметров.
Под ногами ощутимо дрогнуло. Те псы, что пытались подобраться к Мякишу сзади, теперь бежали прочь. Один из них влетел на ходу в трамплин и, получив от мощной ловушки сильный удар, стремительно взмыл вверх. Врезавшись в толстую ветку старой сосны, безжизненно рухнул вниз и вновь оказался подброшенным безжалостной силой «трамплина». Правда, теперь уже на меньшую высоту.
Взрыв очередной гранаты нисколько не смутил нападающих. И пока одни мутанты бежали, поджав хвосты, другие, наоборот, подступали, осторожно перемещаясь между крупными, хорошо заметными аномалиями. За те несколько секунд, что Мякиш завороженно смотрел на последствия взрыва гранаты в ловушке, два слепых пса обогнули небольшую «карусель», задумчиво кружащую в своих объятиях несколько желтых листьев, и без единого звука бросились на людей.
Крупная аморфная фигура Мякиша мгновенно превратилась в сжатый комок мускулов. Скорость, с которой тело занимало стойку для стрельбы, выдавала многолетние регулярные тренировки, когда мышцы работают быстрее, чем успевает реагировать сознание.
Филин как раз повернул голову, увидел направленный в свою сторону автомат, но даже не успел испугаться: короткая очередь сбила и отбросила в сторону зубастую смерть, прыгнувшую на бандита. В следующий миг второй зверь попытался добраться до горла разведчика. Времени на выстрел не оставалось, и Мякиш просто сунул автомат цевьем прямо в оскаленную пасть. Пес, будто понимая, что без оружия человек станет беззащитен, тут же осел назад, стараясь вырвать автомат из рук. В ту же секунду мутанты замелькали сразу со всех сторон: часть из них бежали вдоль аномалий, часть уже нашли проходы и пробирались поближе к добыче.
Мякиш отпустил правой рукой автомат, выдернул из плечевой кобуры пистолет и выстрелил в упор, прямо в лобастую безглазую голову. Земля под мутантом окрасилась кровью, зубастый капкан немедленно отпустил автомат, и Мякиш обнялся со своим оружием, как с ближайшим родственником после долгой разлуки.
В этот момент сразу четыре слепых пса ворвались в свободное от аномалий пространство, но тут же попали под кинжальный огонь с расстояния не более десяти метров. Не имело ни малейшего значения, что они готовы были атаковать человека со всех сторон: Мякиш кружил на месте вправо-влево как бешеный волчок, щедро раздавая смерть и засыпая истоптанный до черной грязи мох стреляными гильзами.
Он не успокоился, когда четыре трупа легли к его ногам. Войдя в боевой азарт, Мякиш извлек из широкого подвесного кармана-подсумка еще одну скрепленную воедино пару магазинов и открыл бешеный огонь по каждому зверю, который попадал в его поле зрения. Через минуту стрелять стало не в кого: выжившие псы скрылись в лесу, оставив на поляне окровавленные трупы сородичей.
Мякиш, тяжело дыша, опустился на колени.
- Вот кретин! - стонал оглушенный Филин. - Ты что, обычную гранату от «узы» отличить не можешь?
- Да на хрен мне твоя «уза»? - отстраненно сказал Мякиш, все еще переживая последние минуты боя.
- Да ты же две гранаты потратил почти зря, а «уза» их бы держала на расстоянии! А может, вообще бы отогнала!
Мякиш, не обращая на него внимания, вглядывался в окружающее пространство.
- Идиот! - не унимался бандит. - Столько патронов извел! Твою мать!
Филин пытался говорить уничижительно-оскорбительным тоном, но невероятный расход боеприпасов настолько потряс его, что он начал выговаривать Мякишу горько и злобно, словно сварливая жена подгулявшему мужу.
- Столько выстрелов нормальный человек и за три ходки не сделает! Ты что, мля, на войне?! Кто ж так со слепцами воюет?! Ты зачем их подряд стрелять начал?
- Если не закроешь пасть, - с холодным бешенством сказал Мякиш, слизывая кровь с прокушенной губы, - я тебе в нее приклад засуну, тварь!
Филин понял, что зарвался, и замолчал. Он еще некоторое время осматривал поле боя, досадливо качая головой.
- Но стреляет, конечно, отменно, - буркнул он себе под нос, оценивая потери собачьей стаи.
Минут через пятнадцать Мякиш окончательно отдышался, успокоился и принялся приводить себя в порядок. Вещмешки с продуктами и патронами, что Филин сбросил в первый же момент нападения, были вновь водворены на спину бандита.
- Воды дай, - хмуро попросил тот. - Мог бы и «спасибо» сказать - я тебе вроде как жизнь спас.
- Ага, по морде я тебе дам, а не воды, - почти добродушно отозвался Мякиш, извлекая тем не менее флягу и откручивая колпачок. - Но я, конечно, рад, что ты стал на путь перевоспитания и теперь вместо убиения людей спасаешь им жизнь. От чистого сердца предупреждал-то? От великой любви к человечеству в целом и ко мне лично?