Анастасия Парфёнова - Город и ветер

И отпустил своё сознание на волю. Слился мыслями с ветром, устремился ввысь, вдаль, прочь из этого мира. Во тьму.

Туда же, где скиталась душа ехидной старой ведьмы, чьё тело сидело, скрестив ноги, в маленькой каюте, а разум тонкой звонкой нотой взывал к тем, кто мог услышать. Не заметить Динорэ, когда та хотела быть замеченной, было сложно.

«Ди Акшэ».

«Алория».

Они оба испытывали облегчение, но оба считали недопустимым показать это.

«Итак, она всё-таки решила идти ва-банк, — задумчиво протянула Динорэ, — значит, дела в городе совсем плохи».

Тэйон не стал отвечать на совершенно риторический вопрос. «Вы готовы, госпожа?»

Старая волшебница фыркнула. Даже мысленно этот звук у неё получался сварливым, склочным и надменным. «Удерживай свой якорь, мальчишка».

Магистр Алория счёл ниже своего достоинства отвечать в том же тоне. Вместо этого он сжал руку над символами, впиваясь пальцами в сияющую энергию, и развернул заклинание.

Два сознания устремились навстречу друг другу сквозь бездну, разделяющую миры. Два сознания впились друг в друга, создавая нерушимый мост между двумя точками в пространстве. Тэйон опустил своё кресло на камни, построив ещё более плотный контакт с землёй, водой, воздухом и огнём. Врастая через лежащие на камнях магические артефакты в древние валуны, в плоть этого места. Внезапно вскинул вторую ладонь, в которой была сжата призма. Соединил руки, заставляя «якорь» пройти через искажающее стекло, ощущая, как под воздействием этой поправки точка перехода сместилась со скалы, где она находилась, в море, к выходу из гавани.

«Есть».

Динорэ потянулась со своей стороны, с недоступным магистру воздуха искусством «стягивая» вместе пространственные точки, заставляя природу реальности изогнуться петлёй, открывая проход. Созданные ею линии заклинания содрогнулись под напором царящей в Лаэссэ непогоды, завибрировали, и старая волшебница закричала, пытаясь сохранить контроль. Тэйон, который был готов к этому, напрягся, обвивая пучки её силы своими, поддерживая структуру перехода.

«Великие стихии, Алория, что у вас там творится?»

— Потом… расскажу, — сквозь зубы выдохнул мастер ветров. И открыл портал.

Скала содрогнулась от внезапного напряжения, когда сотни энергетических щупалец вдруг впились в неё, пытаясь удержаться на месте. «Якорь» — довольно точное слово в описании процесса, и теперь, когда тросы натянулись, якорь зацепился за реальность, грозя снести её вслед за утягиваемым в межмировую бездну парусом портала. Магистр Алория сцепил зубы, ощущая пульсацию магии в своих жилах, это невероятное, острое, на грани блаженства или боли напряжение. Тихо, сквозь зубы:

— Лучше бы Вашим судам не тянуть с переходом слишком долго, моя лэри.

Звёздный голос откуда-то из-за спины уверенно ответил:

— Они не затянут.

И в этот момент в туманном проходе сгустились очертания первого корабля.

Флотилия входила прямо в гавань, защищённую скалами, древними заклинаниями и трёхдневными усилиями магов во главе с Туроном. Тем не менее магистр Алория решил, что лучше ему перестраховаться, чем собирать потом обломки разбившихся кораблей, и сильно усложнил заклинание перехода, добавив к порталу гигантскую вариацию старого трюка под названием «мыльный пузырь». При выходе из портала каждый корабль натягивал тонкую защитную мембрану, созданную по тому же принципу, что и энергетическая сфера, защищавшая сейчас вершину скалы и застывшие на ней две фигуры. Тонкая плёнка изгибалась, охватывала судно и смыкалась за ним, окружая ничего не подозревающую лоханку энергетическим пузырём и создавая для неё островок спокойствия в бушующем море. Элегантное решение, куда более экономичное, чем попытка накрыть всю флотилию «куполом тишины». И, что самое важное, такой вариант не требовал от магистра дополнительных расчётов или напряжения внимания: заклинание почти полностью опиралось на камень, установленный под сиденьем кресла и генерирующий защитное поле вокруг самого мага. Камень же, в свою очередь, был напрямую связан с магическим источником Академии.

Магистр Алория откинул голову, обнажив зубы в напряжённой, зверской усмешке, магическим зрением чувствуя, как один за другим в гавань проскальзывают огромные, похожие на побитых ветром, но всё ещё опасных птиц корабли. Казалось, прошла вечность, пока он не понял, что вместе с последним судном портал пересекла Динорэ ди Акшэ и натяжение якоря ослабло, знаменуя закрытие перехода. Он медленно, сдерживая дрожь в пальцах, отпустил заклинание, шаг за шагом пройдя все ступени успокоения.

«Получилось», — констатировал он.

«Получилось», — шепнул голос Динорэ, теперь уже совсем близкий. И через минуту сварливо: «Ну и бардак. Могу я узнать, чем вы занимались, мастер ветров, что довели свои владения до такого состояния?»

Маг хмыкнул. Старушка была в своём репертуаре.

— Получилось! — пропел за его спиной звенящий торжеством голос. Таш стояла, откинув капюшон плаща, жадно всматриваясь в бушующую за пределами защитного поля непогоду. Выражение её лица было голодным и яростным одновременно. Вспышка молнии озарила профиль женщины, ровную линию лба и носа, вздёрнутые в улыбке-оскале губы.

Маг осторожно опустил всё ещё дрожащие руки на подлокотники кресла, попытался расслабиться. Тело до сих пор звенело наркотическим опьянением магии, глаза бездумно скользили по взмывающим к небу пенистым валам. Одна из волн ударила в утёс, разбиваясь о волнорезы крепости, заставляя древнюю скалу содрогнуться. Брызги взлетели почти до самой её вершины. Пламя костров, образовывающих внутренний круг, прижалось к камням, чтобы тут же вспыхнуть с новой силой.

Тэйон сплюнул собравшуюся во рту кровь и задумчиво посмотрел на окружающие его валуны, на всё ещё соединявшие их линии силы. Вновь перевёл взгляд на бурлящее тьмой небо. Стихия воздуха сорвалась с поводка, и её бешеный танец отзывался в душе мастера ветров сладковатым ужасом. Как бы ему хотелось… Взгляд опустился к морю. Потом этак задумчиво, лениво, перешёл на фигуру первой леди Адмиралтейства.

Таш, почуяв неладное, повернулась к мужу. И то, что она увидела во вспышке молнии, госпожу адмирала явно не обнадёжило.

— Мой господин, — она решила сначала попробовать неизвестные воды, а не бросаться в них с головой, — может, вернёмся домой?

Он улыбнулся, не замечая, как при виде этой улыбки лицо женщины побледнело. Маг протянул руку:

— Моя лэри, Вы не одолжите мне ненадолго Ваше ожерелье? — Ему было весело.

Пальцы шарсу взлетели к горлу, коснулись спрятанных под плащом тяжёлых витых звеньев.