Лиланд Модезитт - Эффект Этоса

— Вынужден не согласиться, командор. Вы остались живы после трех невероятно трудных ситуаций в РКС. И не только спаслись, но и, вопреки всему, снискали восхищение.

Ван чуть не рассмеялся. Но вместо этого спросил:

— Если все это оставить… почему я?

— Вы черный тарянин, верно?

— Это ни для кого не тайна.

— Что вам известно об эко-тех культуре? О расовом аспекте?

Ван запнулся и поглядел на собеседника. Высокий, белокурый, светлокожий, законченный ревяка или скандик. Все эко-техи, каких Ван ни встречал, были меньше ростом, темноглазы, с более темной кожей и темно-русыми или черными волосами, а разрез глаз у них слегка раскосый.

— Никогда не думал об этом с такой стороны.

— Нам нужны образованные, решительные и высококвалифицированные пилоты, не связанные традиционными культурными условностями. Нам требуются также офицеры, которые доросли до понимания, как действуют большие фирмы, а также военные организации и правительства, особенно, если опыт приобретен тяжелой ценой.

Ван невольно согласился, что его опыт приобретен отнюдь не играючи.

— Теперь… есть еще одна сторона дела.

Ван стал ждать подвоха.

— Мы один из немногих фондов или компаний, имеющих дела с фархканами. Они предпочитают не водить корабли в некоторые системы. И от случая к случаю мы перевозим фархканов или летаем в их системы, где берем или выгружаем разные товары. Вас не смутит взаимодействие с ними?

Десолл внимательно смотрел на Вана.

Вану даже не потребовалось раздумывать об этом, хотя он только один раз в жизни видел фархкана, и то с большого расстояния.

— Нет. И не понимаю, что здесь должно смущать. — В этом был, помимо прочего, особый смысл. ИИС проворачивал нечто весьма выгодное, о чем вовремя не подумали другие. Вану было любопытно, как ИИС установил отношения с фархканами, но сейчас не стоило об этом спрашивать.

— Хорошо. — Десолл подождал. — Ну как, вас интересует ИИС?

— Мне все еще нужно подумать, — признался Ван.

— Можете думать сколько хотите. — Десолл улыбнулся, выражение его лица стало печальным и понимающим. — Предложение остается в силе. Мы оставим корабль для вас на год, если понадобится, прежде чем возьмем кого-то, кто подходит меньше.

— Я возвращаюсь на Тару в шестерицу, а затем лечу домой на Сулин. — Ван пожал плечами. — Ни на что такое я не рассчитывал.

— Понимаю. Это правда. Когда я оказался в отставке, у меня тоже было потрясение. Здесь в нашей судьбе немало общего, потому что я тогда как раз… закончил одно поручение, в ходе которого моему здоровью досталось, так что прошло больше года, прежде чем я оправился достаточно, чтобы вернуться домой. И затем меня выпроводили в отставку.

Ван обратил внимание на тон, которым Десолл произнес слово «поручение». Не был ли этот человек сотрудником разведки? А то, что он сказал о собственном долгом лечении и уходе со службы, походило на правду. Слишком походило.

— Как я понял, с тех пор прошло порядочно?

— Изрядно. — Десолл улыбнулся. — В конечном счете, мне надоело садоводство, а там и жена умерла. Тогда-то я и решил работать на ИИС. И никогда не сожалел, что здесь работаю.

— И что это за структура? Я имею в виду, на кого вы работаете?

— Полагаю, это управление. Я управляющий директор.

— Вы Глава ИИС?

Смущенная улыбка пробежала по лицу пожилого мужчины.

— У нас очень малочисленный штат. Приходится при таких накладных расходах. Вы будете старшим директором, а это, скажем, эквивалент вице-президента или главного вице-директора, или вроде того. О… награда — полная защита здоровья, я имею в виду — полная повсюду в Рукаве, и ежегодная стипендия в четверть миллиона коалиционных кредитов, это равно примерно четыремстам тысячам арджентийских. Не помню текущего курса Тары, но, кажется около трехсот пятидесяти тысяч. И все расходы.

Ван проглотил комок. Возможно, набралась бы сотня человек на всем Сулине, имеющих доходы такого уровня.

— Мы платим немало, но мы и требуем немало, командор. Особенно это касается надежности.

— Впечатляет, — не стал таить Ван. Затем спросил: — Так что же стоит за этой должностью? За такую кучу денег вам всяко требуется больше, чем просто пилот. Даже безупречно надежный.

— Все вертится вокруг должности пилота. Как вы знаете, хотя большинство правительств Рукава не прочь это отрицать, пиратство и бандитизм все же существуют, пусть в ограниченном масштабе. У наших кораблей более мощные двигатели и щиты, чем было бы при более безопасной обстановке. Мы также перевозим по случаю, как я упомянул, исключительно ценные грузы. От вас ожидается, что вы больше узнаете о фонде и возьмете на себя кое-какие из моих нынешних обязанностей. Мы расширяемся, и я обнаруживаю, что руки до всего не доходят.

— Но ведь для этого не нужен пилот, верно?

— Если учесть нашу структуру и характер деятельности, в этом куда больше смысла. Вот и другая причина, по которой для нас предпочтителен испытанный офицер из старшего состава. Такой, который понимает, как важно доверие для организации.

Ван склонил голову набок.

— Сказанное вами кажется очевидным, но вы не думаете, что это много кто признает?

— Вне военных структур никто. Таков был, по меньшей мере, мой опыт. Но, как все утратившие иллюзии идеалисты, я склонен к цинизму.

Ван, не удержавшись, прыснул в ответ на такую ироничную насмешку над собой.

— А во что еще верит утративший иллюзии идеалист?

— Нельзя спасать никого, если не готов взять за него пожизненную ответственность.

— Это старое суждение.

— Но правдивое. — Десолл улыбнулся. — После всего услышанного, вы еще хотите подумать об ИИС?

— Я подумаю. Но хотел бы думать не спеша, если только вам не нужен ответ немедленно.

— Нет, мы можем дать вам отсрочку. — Десолл улыбнулся, и опять почти печально. — Не исключено, что я смогу устроить так, чтобы заглянуть на Сулин через несколько месяцев. Если вы примете решение раньше… — Он протянул удлиненный кусок пластика. — С помощью этого можно послать мне сообщение постоянной волной, где бы я ни был. Просто да или нет, и если да, то где вас искать.

Ван принял прямоугольник. Он сомневался, стоит ли принимать работу от неизвестного эко-теховского фонда, но глупо было бы отказаться, не рассмотрев все альтернативы.

— Благодарю вас, директор Десолл. — Ван поднялся.

— Для вас Тристин. Надеюсь, мы о вас услышим. — И опять за теплой улыбкой таилась печаль.

У Вана возникло чувство, что Тристин еще старше, чем выглядит, возможно, на добрый десяток лет старше.