Наездник 1-5 - Сергей Александрович Плотников
В итоге дело закрыли в нашу пользу, работодатель даже честно оплатил потраченное мною время — заработал вдвое против таксования за то же! Но впечатлений я получил более чем достаточно, потому распрощался с такой «работой», пока можно было разойтись по-хорошему. А также приобрёл некоторый практический опыт и понимание, как работает государственная машина, изнутри.
Главный вывод: пока ты мелкая сошка и никаких денег за тобой нет, а твоя проблема — рутинная, то законы и низовые чиновники работают вполне себе предсказуемо. Это если твоё государство какое-никакое, но всё-таки правовое — а Япония тут как раз такая страна. Знаешь правила игры, можешь сыграть по ним — результат у тебя в кармане: ни одна чернильная душа не подставится без серьёзной выгоды для себя. А, значит, и сделает всё в рамках закона (задницу свою бумажками прикрыть — это святое!) и так, чтобы поменьше напрячься. А вот если правил игры не знаешь — тут жди сюрпризов.
Это я всё к чему вспомнил? Заставить секретаря директора раскрыть мне подробности моего личного дела — это был обдуманный поступок, а не авантюра, придуманная от недостатка приключений. Давить на человека, заставляя что-то сделать, мне вовсе не в кайф. Вот только мне очень нужно было, чтобы кто-то объяснил те правила игры, что не были толком нигде прописаны — раз уж выяснилось, что они меня касаются напрямую. Заодно и узнаю, как так вышло: я-то за собой никаких суперспособностей не чувствую!
Поразительный факт, но об Отрядах Содействия Силам Самообороны Японии (ОССС) знали все, про них снимали сериалы, рисовали мангу и аниме, упоминали в новостях — но при этом ни в Конституции, ни в гражданском кодексе про них ничего не было. Все прошедшие три месяца я полагал, что ОССС — это такой способ научить обладателей сверхчеловеческих возможностей действовать совместно и сделать из них резерв Сил Самообороны Японии[10]. Типа такой продвинутой школьной военной подготовки. А самых вменяемых и талантливых собирали в настоящие команды, которых задействовали для простеньких операций на камеру — очевидно, в рекламных целях. Чтобы побольше девчат и ребят из суперов после старшей школы шли заключать контракт с СС на благо родного государства. Включая, разумеется, в первую очередь пришлых — например, вампиры все обладают сверхспособностями.
Вот только слова Макото заставили меня усомниться в том, что я всё правильно понял. Что, если всех старшаков гоняют не на учения, а задействуют в реальной, пусть и полицейской работе? В государстве, где население пестрым-пестро от пришлых, где кланы — реальная сила, порой позволяющая себе забыть о том, что правительство на этой земле главное, где суперсилы рядовое, в общем-то, явление — такая работа найдётся всем. Вместе с прилагаемым шансом словить пулю или чего похуже. Чёрт! Очень надеюсь, что секретутка мне всё объяснит.
* * *
Как будто мало других проблем — у меня ещё и денег почти нет! Госпитальная страховка покрывала, например, покупку одежды — но делали это врачи сами, исходя из медицинских показаний. То есть того, что пациенту для лечения ретроградной амнезии желательно выходить из четырёх стен. Книги покупали по тому же принципу. Хоть какая-то наличка у меня появилась вообще только после поступления в Хиро — что называется, не было счастья, да несчастье помогло. Да, в муниципальной школе-интернате не только содержали учеников на полном пансионе (оставим условия за скобками), так ещё и стипендию платили!
Ситуация, кстати, для той, оставшийся в моем родном мире Японии, совершенно нетипичная: хочешь стипуху — иди в колледж под крылом одной из корпораций, куда тебя потом в обязательном порядке трудоустроят. Если сможешь поступить, конечно. Для особо выдающихся студентов в Токийском Технологическом опять же корпы могли именную стипендию дать — чтобы выпускника заранее «забить». А вот чтобы социальная опека и забота от государства шла — как говорит… говорила одна моя знакомая — «лосось там плавал!» Скажите «домо аригато»[11], что начальное и среднее образование бесплатное есть.
В общем, у меня вполне оправданно теплилось подозрение, что такая щедрость государства — она неспроста, следователь лишь подлил масла на тлеющие угли. Ведь, например, в России срочникам за службу в армии тоже платят — это помимо того, что одевают-обувают, кормят-лечат и оружие, когда надо, выдают. А у нихонцев армии нет — значит и срочников нет, но есть старшеклассники-муниципалы. Логично? А чего нет. А оружие владеющим сверхсилами как бы и не нужно. Тем более его тут и полиции не особо выдают[12].
Додумался я до всего вышеприведённого не сразу, но время у меня было: пережидая приступы головокружения, мне пришлось пойти на почту, оттуда на автобусе ехать на барахолку подержанной техники, потом назад… Заодно и продумал целиком беседу с секретуткой: что и в какой последовательности спрашивать, чем пугать. Слабость, оставшаяся после спасения Мелиссы, напрягала, отчего я ещё и разозлился. Самое то настроение для задуманного.
* * *
— Хоно-сенсей? — изображая неуверенность, заглянул я в дверь кабинета директора. Кстати, наконец узнал, как зовут дурищу из таблички на столе.
— Кто? А, это ты, Йоширо-кун, — может, мне показалось — но вроде тётка слегка поморщилась. — Чего тебе?
— Ко мне в госпиталь позавчера приходил следователь, Макото Нагахаме-сан, — не стал чего-то придумывать я. Актёр из меня сильно так себе, изобразить нечто не получится. — Он сказал, что мы станем коллегами, даже кохаем назвал. Я что, попаду в ОССС?!
После слов о детективе завитая ощутимо напряглась, но на последних моих словах расслабилась.
— Если у тебя есть… способности — обязательно попадёшь, Йоширо-кун! — «утешила» она меня. — Ещё ни разу не было, чтобы кто-то одарённый не попал в школьный Отряд Содействия.
— Но… у меня нет способностей, — я опустил взгляд, дождался, пока секретутка откроет рот для ответа, и перебил: — Получается, Мако-семпай меня обманул?!
— Конечно нет! — с жаром опротестовала мои подозрения Хоно, заалев щеками.
М-да, так я и думал. Что ж, кажется, это будет даже проще, чем я рассчитывал.
— То есть я что-то о себе не знаю? Разве так бывает? — по-моему, Большие Честные Глаза мне не удались, но собеседница повелась.
— Но