Мастер архивов. Том 1 - Тим Волков

— Нормально имя!

— Я буду называть тебя Лексом. Мне удобнее так. И может уберешь уже свое копье? А то я себя неуютно чувствую.

— Да, конечно, — я опустил импровизированное оружие. — А ты… вообще как? Я имею ввиду…

— Как что? Заговорил? — Арчи зевнул, показав маленькие, но очень острые клыки. — И сам не совсем понимаю. Я тут живу, в архиве. С тех пор как был котенком. Меня завели, чтобы за мышами охотился — против них никакие магические заговоры не помогают. Мыши грызли магические свитки, я — мышей. Вот и впитал эти способности. Ну и получил определенные умения. Теперь вот, болтаю. Скучно, знаешь ли. Иногда приходится развлекаться — подпускать Мрака. Но он, в общем-то, безобидный. Проекция.

Я прислонил крюк к стеллажу, медленно выдыхая. Сердце все еще колотилось от абсурдности происходящего. Говорящий кот. Магический говорящий кот.

— То есть, эта тень… это ты? — уточнил я.

— Отчасти, — Арчи мотнул головой. — Воображение, помноженное на остаточную магию фондов. Я же сказал — скучно. А ты… — его изумрудные глаза прищурились, изучая меня, — … ты пахнешь чем-то интересным. Не только страхом. Решимостью. И… другой жизнью. Очень чужой. Как будто бы не отсюда.

— Может, и так, — уклончиво сказал я. — А что этот… Мрак? Еще появится?

— Если мне станет скучно, — кот встал, потянулся, выгнув спину дугой. — Но, пожалуй, с тобой может быть интереснее. Ты ведь теперь будешь тут работать? Часто?

— Ты то откуда это знаешь?

— Я все знаю!

— Ну да, — сказал я. — Очень часто. Каждую ночь.

Арчибальд замурлыкал. Звук был на удивление громким и довольным.

— Отлично. Значит, будем знакомы. Заходи, если что. Я обычно на греческом секторе, третья полка сверху, там самая удобная пачка свитков для лежака. И еще, Лекс…

— Да?

— В следующий раз, если собираешься воевать с тенями, возьми не крюк. Возьми… — он кивнул в сторону дальнего угла, где на полке пылился старый, потрепанный фолиант, — … «Тактику ведения боя в ограниченном пространстве против превосходящих эфирных сил». Читается на одном дыхании. Увлекательное чтиво!

* * *

Решала. Это не профессия. Скорее состояние души. Ты — живой узел, где сплетаются нити. Нити денег, страхов, долгов, амбиций, грязных секретов. Ты не бандит. Ты — молот, который ремонтирует и соединяет те шестеренки, которые по закону не должны сцепляться, но без этого мир встанет.

Строительный магнат не может поговорить с чиновником из мэрии? Поговорю я. Нужно убедить конкурента «пересмотреть позиции» без лишнего шума? Объясню. Нужно найти то, что потерялось, и потерять то, что не должно найтись? Я знал, где искать и как терять.

…Последнее дело пахло большими деньгами — накосячил один сынок влиятельного человека. Ничего криминального, с криминалом я старался не связываться. Я навел справки, договорился о встрече с нужными людьми. Один генерал взялся решить проблему. Приехал я один. По правилам. С чемоданом с первым траншем — внушительным, чтобы показать серьёзность намерений. Подвал выставочного комплекса… Не самое лучшее место, для встречи, но не для меня.

С генералом удалось договориться, хоть и не сразу — все же деньги сыграли свою роль.

— С тобой приятно иметь дело! — сказал он, протягивая руку.

Я сделал шаг вперед, чтобы пожать руку на сделке.

И в этот момент воздух задрожал. Послышался шепот.

Сначала я подумал, что это сквозняк из какой-то щели. Но звук был иным. Тихий, шелестящий шорох, словно тысячи страниц одновременно перелистывает невидимая рука.

Генерал нахмурился, огляделся.

Из углов подвала поползла чернота — густая, маслянистая субстанция, больше похожая на жидкую тень или черный туман. На периферии этого тумана вспыхивали золотистые полосы, словно шрамы. Чернота двигалась против законов физики — не рассеиваясь, а сгущаясь, нарастая, как прилив. Все это выглядело крайне необычно.

— Что это? — прорычал генерал.

Туман стелился по полу. Он не имел запаха, но от него веяло таким ледяным холодом, что по спине побежали мурашки.

— Что за идиотские штуки? Это твоя работа? — зарычал он.

— Нет, — коротко бросил я, отступая. Мозг лихорадочно соображал — дымовая завеса? Галлюциноген? В игру вступил какой-то третий игрок? Нет, я все проверил. Тогда что это, черт возьми⁈

Ловко обогнув генерала и его «спецов», туман добрался до меня. Холод пронзил тело насквозь. Меня словно парализовало. Я увидел, как мир вокруг — генерал, его «спецы», подвал, чемодан с деньгами — начинают расплываться, терять цвета, контуры, превращаясь в блеклую акварель, которую затем смывает черная вода.

Последнее, что я осознал — это леденящий ужас в глазах генерала, обращенный не на меня, а на черный туман.

А потом… ничего. Ни света в конце туннеля. Ни воспоминаний о жизни. Абсолютное ничто. И из этого ничто — толчок. Как будто меня вытолкнули из небытия.

Я открыл глаза. Незнакомое место.

Так я и оказался в Архиве. Точнее в Императорском Департаменте исторического наследия и магических артефактов, месте, где под сталью, бетоном и древними защитными заклятиями хранилась хрупкая плоть самой магии — манускрипты, свитки и кодексы, написанные не столько чернилами, но волей магов и их кровью.

А еще я понял, что мой разум попал в чужое тело — в тело помощника архивариуса, слабака Алексея Николаева. Что стало с настоящим Николаевым? Предполагаю, что он умер от страха, увидев монстра. Я же, пока еще оставался жив…

* * *

Я положил плотный кожаный футляр с манускриптом на край стола Лыткина, прямо поверх аккуратной стопки бумаг. Работа выполнена. Манускрипт доставлен.

Архивариус оторвался от монитора, пристально посмотрел, затем на настенные часы. Его тонкие брови поползли вверх.

— Николаев? — произнес он с преувеличенным удивлением. — Уже вернулся? Без «заклинивших дверей»? Без «поиска обходных путей»? Без фантазий про каких-то эфемерных монстров?

— Так ведь монстры же есть, — не сдержался я.

— Нет монстров! — буквально зашипел Лыткин. — Есть определённые магические нестабильности. Временные нестабильности! Для этого вам и дается обсидиан, который вы, кстати, успели уже уничтожить.

Я пожал плечами. Злить Лыткина было весело.

— Манускрипт доставлен, — сказал я, выруливая беседу в нужное русло.

— Доставили, — кивнул тот, немного успокоившись. — Без того, чтобы случайно не уронить полку с раритетными изданиями? Настоящее чудо. Может, вас, наконец, посетило понимание субординации и ответственности?

В его голосе звучала привычная, жирная ирония. Он ждал оправданий, заискивания, нервного взгляда. Я же просто стоял, глядя в пространство над его левым ухом. Внутри, после встречи с Арчи, бушевала смесь абсурда и странного спокойствия. Этот мелкий тиран со своим бумажным царством казался теперь еще более нелепым.

— Манускрипт из хранилища семь-альфа, шифр Е-777-ТЛ, — пояснил я без эмоций. —