Штуцер. Пепел надежды - Сергей Савинков

Я снял оружие с предохранителя и медленно двинул по коридору. Похоже, я провалился едва ли не в самую нижнюю часть муравейника. Здесь, в отличие от верхних уровней, было куда как более мрачно. Вместо песка под ногами чавкала отвратительная чёрная жижа. Пахло грибами и плесенью. В самом зале было темно, единственным местом, откуда падал свет, был ряд небольших овальных отверстий в стене. Они располагались на одинаковом расстоянии друг от друга и, если я правильно всё понял, исполняли роль вентиляции.

Подобравшись к одному из проёмов, я включил ночник и нажал кнопку записи. За подобные кадры в форте можно получить поистине колоссальную сумму. Внизу, в нескольких метрах под моими ногами, сновали десятки тварей. Особняком среди монстров выделялись несколько белых сороконожек. Они отвратительно пищали и носились по залу. Видимо, это местные заправилы. Вон как ловко они разделяют прибывающие и убывающие потоки монстров на ровные шеренги. Я включил зум. Только что прибывший в зал Красный бросил на пол свою ношу. Мать моя, да это же человеческое тело, одежда и снаряжение идентичны тем, что я видел у убитых бойцов Триады. Да, так и есть.

Не успел я толком разобраться в происходящем, как стремительная розовая тварь раскрыла свою пасть и, вцепившись в человека, потащила ещё живую добычу в глубину улья. Вот и еда для королевы. А тут у нас что?.. Разномастная толпа монстров несла какие-то ящики. Я убрал монокуляр в сторону. Неужели глаза меня подводят? Нет, я и раньше слышал, что монстры сами создают нычку, но видел подобное впервые. Нужно упасть этой группе на хвост, они точно выведут меня на поверхность.

Я вернулся к наблюдению и повёл монокуляр немного правее. В объектив попали шустрые розовые твари. Они выходили из ничем не примечательного тоннеля. Вот и царские покои. Я увеличил картинку. Монстры медленно шли с закреплёнными на спине продолговатыми коконами. Личинки. Десятки личинок. Зародыши тех монстров, которые охотятся за людьми на поверхности. Сейчас прямо на моих глазах, подобно трудолюбивым муравьям, вся эта колония работала в едином порыве. Прямо исполинский организм, подчинённый единому чёткому ритму.

Я прошёл ещё два десятка шагов, когда услышал из-за поворота угрожающий клёкот и щёлканье. Зашуршал хитин. Я выключил подствольный фонарь и вжался в стену. Мимо меня пробежал коричневый краб. Монстр вёл себя настороженно. Похоже, всё-таки заметил отблески моего фонаря. Сейчас краб растерянно вертел своими глазами и пытался понять, что же тут произошло. Хм, а может, он пришел на шум, вызванный обрушением части потолка? Ловко взобравшись на груду песка, Коричневый исчез из виду. Почему-то мне кажется, что он пришёл сюда не просто так. Может, дело в том, что я во время падения повредил свод этого зала? Так, на секунду допустим, что монстры с поверхности – обычные солдаты и разведчики. Белые сороконожки – нечто вроде надзирателей и элитных солдат, Розовые заняты вознёй с личинками и кормёжкой королевы. Методом исключения получается, что Коричневые исполняют в муравейнике роль рабочих, в задачу которых входит расширение и ремонт улья. Хм, а что, неплохая теория. Нужно будет обсудить её с ребятами, конечно, если я отсюда выберусь. Я выставил перед собой пистолет и бесшумно двинул в темноту.

Холодная волна сработавшего дара настигла меня в тот самый момент, когда за очередным поворотом я столкнулся с коричневой тварью. Душа ушла в пятки, я затаил дыхание, прекрасно понимая, что панцирь этого монстра возможно взломать лишь с помощью крупного калибра. Мозг сопротивлялся подобным мыслям, и рука помимо воли всё сильнее сжимала пистолет. Краб всё так же неподвижно стоял, почти перегораживая проход, и не делал попыток атаковать. Странно. Я держал пистолет перед собой и осторожно обошёл Коричневого по дуге. Подох он, что ли? А, нет, жив, вон, едва заметно дёргаются исполинские клешни. Может, открылась одна из скрытых граней моего таланта? Хорошо, если так. Стоп, а это у нас что?

Свежий отвал земли за спиной краба привлёк моё внимание. Последние минут тридцать я двигался следом за противниками, которые тащили на своих спинах деревянные ящики. Моя чрезмерная осторожность привела к тому, что я сильно отстал и потерял монстров из виду. Они что, под землю провалились? Пересилив страх, я оставил застывшего Коричневого у себя в тылу. Прошёл несколько метров, затем присел на корточки и принюхался.

Ноздри уловили едва различимый запах. Дождь, сырая земля и дизельное топливо. Странное сочетание, но для меня оно сейчас показалось по-настоящему приятным.

Коридор был тёмным и сырым, пол под ногами был неровным, и приходилось держаться за стену, чтобы не упасть. На ощупь я продвинулся ещё на десять метров и остановился. Развилка. И куда дальше? Колебался я недолго, из одного из боковых тоннелей ощутимо тянуло прохладным воздухом. Я включил подствольный фонарик на пистолете. На полу были видны отпечатки множества лап. А вот и долгожданный путь на поверхность.

Я обернулся назад. Надеюсь, мои спутники тоже не сплоховали и смогли выбраться из этого чёртова муравейника, а если нет, придётся вернуться и обыскать эти проклятые тоннели. Всё это время я старательно отгонял от себя мысли, что мои друзья могут быть мертвы. Зиг давно приобрёл репутацию непотопляемого сукиного сына, а если прибавить сюда ещё и изощрённый ум моей подруги, выходит и вовсе позитивная картина. Главное, чтобы импульсивная наёмница не пристрелила острого на язык экса.

Мне пришлось пройти ещё почти две сотни шагов, когда наконец-то впереди замаячил свет. Зиг бы сейчас сказал что-нибудь юморное на эту тему. Про свет в конце тоннеля или про пятую точку. Любит он сложные метафоры и весёлые сравнения. Хех. Неужели выбрался из муравейника?

Если верить часам, с наступления темноты прошло никак не меньше часа. Окружающие меня дома закрывали громаду торгового центра, поэтому мне потребовалось несколько минут, чтобы сориентироваться и выбрать нужное направление. На моё счастье эта часть Мешка была типовой, копия одного из тысяч подобных кварталов, скопированных и в хаотическом порядке разбросанных по разным координатам. Простой жилой массив с примыкающими к нему постройками.

На набережную я выбрался через двадцать минут. С одним пистолетом в руках я чувствовал себя крайне неуютно. Стена из гранитных блоков отделяла набережную от параллельно идущей дороги, вдоль которой приютились небольшие кафе с их летними верандами и прочие мало интересные для меня постройки. Я вытащил ПНВ из подсумка и включил цифровой зум. Картинка то и дело сбоила,