Авторов Коллектив - Адептус Астартес: Омнибус. Том I (ЛП)

Тем временем Ери занялся другой рукой и, воспользовавшись ею как рычагом, освободил вторую окову. Проворно сев, он нагнулся к прикованным ногам, бросив одновременно многозначительный взгляд в сторону Лександро.

— Я спасу тебя! — крикнул он. — Клянусь Дорном, я сделаю это!

Поддалась еще одна окова.

Вытянув шею, насколько позволяло его положение, Лександро увидел, что карлики подняли катапульты, целясь в нагую фигуру на каменной плите, прикованную к ней за щиколотку второй ноги. Они ждали только приказа своего господина, потому что убить Ери без его распоряжения означало нарушить ритуал кровавого жертвоприношения. Но как только Ери освободится, медлить с расправой они не станут.

Лекс уже представил, как иступленно бросится Ери, его добровольный охранник, в сторону гранитной плиты, к которой прикован сам Лекс, как взметнется в воздух фонтан сюрикеновых звезд, как вонзятся они в беззащитную кожу, вспарывая подкожный панцирь, выворачивая внутренности наизнанку, как упадет обессиленное тело на Лександро и защитит его собой и в смерти, заключив в застывшие и оскорбительные для него объятия, и замрет в судорожной агонии.

Как мог предотвратить Лекс этот неосмотрительный поступок своего несчастного брата о намерениях которого прочел в его взгляде.

— Топор, тупица! — проревел Бифф на жаргоне подземелья Трейзиора. — Метни топор в лорда Сагги!

Ери с дико распахнутыми глазами оторвался от своего занятия и случайно бросил безумный взгляд на охрану Саграмосо с нацеленными на него катапультами. Только тут он сообразил.

Схватив валявшийся рядом топор, он метнул его.

Гравировамное лезвие летело, снова и снова переворачиваясь в воздухе. Оно угодило Фульгору Саграмосо в грудь как раз между \вумя несговорчивыми ртами.

Оба они одновременно вскрикнули: один — эт боли и досады, второй — исторгая умопомрачительные проклятья.

Лекса захлестнула волна тошноты, заслонив способность воспринимать и понимать окружающий мир. Головокружение было таким сильным, что его едва не вырвало. Верх стал низом. Левое — правым. Все колыхалось и изменялось. Из открытого рта Саграмосо повалил розовый нереальный дым, похожий на растекавшуюся под водой кровь. Мятежный правитель бился в агонии, стараясь выдернуть из тела лезвие топора, крепко засевшее в грудине. Амфитеатр заполнился туманными, колеблющимися розовыми существами, они извивались и ухмылялись, обнажая клыки и когти. Они возникали прямо из воздуха, создавая впечатление, что асегда там находились, но только теперь стали видимыми. Казалось, эти обезумевшие твари были воплощением сути самой реальности. А за всеми этими образами, вплетенными в текстуру самого космоса, корчились исходящие гноем демоны, сосуществующие с воздухом и пустотой вакуума, невидимые, плавали они в пространстве, занимаемом человеческими телами, Готовые проявиться в любую минуту, чтобы пустить в ход клыки и когти… впиться в горло и насытиться. И эти хохот и хихиканье. Лекс не слышал их безумного смеха, но хорошо представлял его себе.

Тогда Лекс понял, что Варп — искаженное пространство, через которое пролетают межзвездные корабли, — был истинным домом этих тварей, что в Варпе яблоку негде было упасть из-за вечно меняющихся турбулентностей потенциальных сущностей, подобных этим, — слипающихся и разделяющихся, воплощающихся в фантомное бытие и вновь распадающихся.

Космические корабли могли, конечно, с первого взгляда показаться маленькими крепостями из пласталя и адамантия, защищенными броней веры, но… на самом деле они были не более чем яичными скорлупками, мыльными пузырями здравомыслия.

Зная все это безумие, сможет ли он в другой раз снова пересечь Варп со своими Боевыми Братьями, не испытывая при этом постоянного ужаса? Не чувствуя тошноты и гадливости?

Дрожащее марево взорвавшейся изменчивости не могло не повлиять на душевное состояние всех тех, кто находился в пещере. Карлики наконец опомнились и начали стрельбу из сюрикеновых катапульт по Старцу, восставшему против заклятия их смертельно раненного хозяина. С заостренных концов роем взвившихся сюрикеновых звездочек каплями стекала кровь. Карликовые воины открыли ответный огонь по карликам, некоторые из солдат стреляли друг в друга.

Саграмосо никак не хотел прощаться с жизнью и в агонии перекатывался с боку на бок, словно кто-то невидимый дергал его за веревочки. Один из ртов на его груди захлопнулся, прекратив существование, второй хватал губами воздух, открываясь все шире и шире. Губы его растягивались и толстели. Расстояние между ними росло, словно они хотели проглотить Саграмосо, вобрав в свою нематериальную сущность его материальное тело.

Вытаращив глаза, Лекс уставился на невероятное зрелище. То, что происходило перед глазами, пугало его куда больше, чем собственная судьба. Прикованный к камню, голый, он был бессилен что-либо предпринять, когда вокруг бушевала битва не на жизнь, а на смерть.

Ери наконец сумел освободиться.

Он, как Лександро и предвидел, бросился на него, закрыв телом от шальных ботлерных зарядов и сюрикеновых звездочек. Теперь Лекс больше не мог видеть корчащихся фантастических существ… которые уже слабели, теряли очертания, истончались, рассеивались и сгущались вокруг Саграмосо, источника своего происхождения.

У человека, обратившегося в рот, исчезали поглощаемые этим ртом те или иные куски тела, и из дыр вываливались органы и болтались в воздухе, связанные с организмом трубками сосудов, нервов и сухожилий.

— Мерзость, — прошипела в ухо Лекса гора навалившихся на него мускулов.

— Безумие…

Пожиравшие Саграмосо розовые губы обсасывали его, раздаваясь в размерах. Одна перемещалась по нижней части останков туловища, вторая путешествовала по тому, что когда-то было спиной. Зияющий просвет рта втягивал в себя все это бушующее безумие туманных призраков, где те смешивались с открытыми для всеобщего, обозрения органами, которые сами становились ртами.

Тогда кипящую страстями пещеру потряс взрыв, за которым последовало эхо грома.

Карлики в латах разлетелись в стороны, словно они и сами были мыльными пузырями, кровавыми призраками.

Вскоре из карликов в живых никого не осталось.

Так же быстро отправились к праотцам и последние из карликов.

У разнесенного взрывом входа в пещеру в сверкающих доспехах появились два Библиара из Братства Кулаков. Из мощных болтеров били они по врагу.