Александр Афанасьев - Время героев ч4

— Они левее, чем мы думали — заметил один из летчиков. Он держал руки на штурвале больше для порядка, ни один пилот не смог бы управлять самолетом, несущимся на уровне верхушек деревьев со скоростью более четырехсот миль в час. Все это — делала специальная система автопилотирования, взятая с небольшими изменениями у крылатой ракеты, она сверялась одновременно и с трехмерной математической модель местности, с акустической системой как у торпеды и с радаром, непрерывно отслеживающим расстояние до земли и до ближайших объектов. Конвертоплан шел настолько рискованно, что один раз левый винт рубанул по самой верхушке канадской сосны, на мгновение сбившись с такта. Если бы там было что-то покрепче — не миновать бы беды…

— Молот-два, это Молот-один, ловите почту.

— Молот-один, это Молот-два, обмен включен.

Две винтокрылые машины шли одна за другой как привязанные — радар и навигационная система первой не только направляла курс головной машины, но и передавала данные на вторую, чуть отстающую в режиме реального времени. Если даже кто-то сумеет взять на прицел головную машину, ориентируясь на излучение ее радара — то вторая машина, никак не проявляющая себя — получала шанс если и не отомстить, то ускользнуть из-под удара.

Местность была безлюдной, лесистой — заповедник. Низкие, поросшие сосной холмы, прогалы и полянки — сельскохозяйственные угодья начинаются чуть южнее. Только некий Джек Бриггс, парень вооруженный винтовкой с глушителем и промышляющий незаконной охотой — вися в армейском мешке на высоте несколько метров над землей — от внезапно налетевшего порыва сильного ветра мгновенно проснулся, настороженно прислушался к ночи. Ему показалось, что порыв ветра, раскачавший сосну и едва не сбросивший его на землю — не просто так, что он слышал вертолет — а это мог быть вертолет экологов. Но ветер утих так же быстро, как и поднялся, ни шума, ни прожекторов, пробивающих кроны деревьев и жадно шарящих по земле — ничего этого не было.

— Две минуты, чисто.

— Две минуты — отозвался пилот Молнии-два — визуально чисто.

— Готовность к переходу.

— Есть.

Переход — самое сложное. Конвертоплан — это одновременно и вертолет и самолет, все зависит от положения его мотогондол и странного вида, больше чем у самолета, но меньше чем у вертолета несущих винтов. В синематографе — например «Рожденные для битвы» — такие боевые конвертопланы с десантом едва ли не танец могут танцевать в воздухе, фиксируя гондолы в любом промежуточном положении. На самом деле это не так: существует всего два возможных положения мотогондол и малейший сбой, нарушение синхронности перехода, внезапное падение мощности на одном из двигателей — может повлечь за собой трагедию.

Конвертопланы уходят вверх — минимальная высота для перехода двести футов от поверхности. В подвесках — своего часа ждут две ракеты Hellfire и связка из четырех ракет — воздушный вариант AIM-92 Stinger.

— Молот-один, я Молот-два, наблюдаю отметку, повторяю — есть отметка для прицеливания. Отметку вижу отчетливо по фронту от нас.

— Молот-два, я Молот-один, принято. Кобра, ответьте группе Молот.

— Молот, это Кобра, на приеме. Принимаем четко и громко.

— Кобра, идентификация, пожалуйста.

— Кобра, это Молот, идентификация — восхождение[38], повторяю — восхождение.

— Молот-два, я Молот-один, отклоняюсь к востоку, выхожу на позицию. Выходите в зону ожидания, докладывайте по готовности.

— Молот-два — принял!

В кромешной тьме — конвертопланы выполняли странный, отработанный танец.

— Кобра, это Молот-один, вышли на цель! Готовы открыть огонь! Прошу пометить цель, прием!

— Молот-один, это Кобра, цель отмечена, прием.

— Кобра, это Одиночный, движение в секторе. Кажется, один из танго что-то понял, смотрит наверх.

— Одиночный, сними его, живо.

— Принято.

Второй пилот — вывел на свой дисплей данные с ракетного комплекса, один за другим — на экране загорелись несколько зеленых транспарантов. Они выглядели как цепочка и загорались один за другим — как только вся цепочка активна, можно открывать огонь.

— Все системы стабильны, вооружение готово. Огонь в опасной близости от дружественных сил. Есть цель, подсветка цели с внешнего источника, цель идентифицирована.

— Платформа стабильна. Цель уничтожить.

Правый борт конвертоплана осветило вспышкой, ракета сорвалась с крепления и пошла к цели. Это была специальная модификация ракеты с малошумным и почти беспламенным двигателем — для уничтожения бронетехники и иных особо важных объектов сильно прикрытых ПВО.

— Кобра, ракета пошла, время над целью три секунды!

Противотанковая ракета, в три секунды преодолев расстояние до забора, вспыхнула ярким костром посреди ночной мглы.

— Кобра, это Молот. Подтвердите попадание!

— Молот, попадание подтверждаем, есть попадание! Хороший эффект у цели! Есть попадание!

В эфире — слышался грохот стрельбы.

— Кобра, это Молот, попадание подтверждено, попадание подтверждено. Отходим в зону ожидания.

— Я Молот-два, иду на цель!

Нападение группы спецназа на отдельно стоящий особняк, который хоть и укреплен — но не прикрывается ДОТами, да еще нападение с поддержкой с воздуха — в девяноста девяти случаях из ста закончилось бы совершенно определенным результатом: взятием объекта с минимальными потерями среди штурмующих. Но это и был как раз один случай из ста, когда все шло наперекосяк изначально. На другой стороне — играли не менее опытные игроки, патруль британского спецназа САС, небольшая команда JTF2, специальных войск сил территориальной обороны Канады и группа британских морских пехотинцев. Все это были опытные, многое прошедшие люди, которые в критической ситуации не впали в панику, не заметали — а взялись за оружие и начали отбиваться…

Они знали, как отбиваться и у них было — чем отбиваться. С виду совершенно гражданский домик — на самом деле был сильно укреплен, стены первого этажа были выстроены из преднапряженного бетона с двумя стальными сетками внутри, если их и можно было чем-то пробить — то только прямым попаданием гаубичного снаряда. Основная дверь, двери с этажа на этаж — были бронированными, с замками не на одну, а на четыре точки запирания, как в сейфах. Наконец — в подвале была комната безопасности, основной склад оружия и боеприпасов, продовольственные пайки, несколько сотен литров воды и мощная радиостанция, все это позволяло продержаться при многодневной осаде. Помимо этого, почти в каждой комнате британцы хранили бронированные щиты, шириной как раз по размерам коридора, чтобы в случае прорыва забаррикадироваться и не пропускать врага дальше. Британцы — имели едва ли не лучший в мире опыт жизни во враждебных условиях и обороны в зданиях от многократно превосходящих сил противника. Опыт третьего и особенно четвертого сипайских восстаний, Афганистана, массовых беспорядков в Египте, пока он еще был британским, опыт противостояния в Северной Ирландии — все это давало им неплохие шансы на то, чтобы если и не отразить атаку — то продержаться до появления подкрепления с ближайшей базы ВВС.