James Swallow - Немезида

Для Дэйга это были незабываемые впечатления – он впервые покинул планету, и его обычная манера поведения сменились тем, что походило на стоически переносимый благоговейный ужас.

Хиссос поманил их к дальнему концу просторной галереи, к широкой сводчатой нише, перед которой располагалась кафедра и были расставлены аудиторные кресла.  Внутри арки находился резной фриз, выполненный из красного долантского нефрита. Произведение искусства, не уступающее размером фасаду дома Йозефа, было скомпоновано из изображений межзвёздных торговцев, занятых своей деятельностью: путешествующих от мира к миру, торгующих и несущих свет Империума. Над всем доминировала скульптура Императора Человечества в центре. Он был изображён подавшимся вперёд и протягивавшим руку ладонью вниз. Перед ним преклонял колени мужчина в одеяниях патриарха вольных торговцев, державший под рукой Императора раскрытую книгу.

Дэйг увидел композицию и задохнулся:

– Кто... Кто это?

– Первый Еврот, – сказал Хиссос, – человек великого усердия и мужества. Много столетий назад он командовал боевым кораблём на службе Императора. К знак уважения к его заслугам Император пожаловал ему свободу космоса и сделал его вольным торговцем.

– Но книга... – сказал Дэйг, указывая рукой, – что он делает с книгой?

Йозеф посмотрел внимательнее и увидел, о чём говорит Дэйг. На фризе, на развёрнутой вниз руке Императора отчётливо виднелось то, что могло быть только порезом и каплей крови, – представленной здесь одним гранёным рубином, – которая падала вниз к странице открытого фолианта.

– Это Торговая Лицензия, – раздался сзади новый голос, сопровождаемый приближающимися шагами. Йозеф развернулся и увидел властного мужчину хищного вида в одеждах такого же фасона, как у человека на фризе. За его спиной маршировала группа охранников и сопровождающих, но торговец не обращал на них внимания.

– Капёрское свидетельство и документ, дарующий моему клану право странствовать между звёзд во имя человечества. Наш повелитель ратифицировал его, капнув на страницу своей собственной кровью, – он обвёл рукой вокруг себя. – Мы возим книгу в безопасном месте на борту "Иубара", как делали это поколение за поколением.

Дэйг поискал глазами вокруг него, как будто на какой-то момент подумал, что и в самом деле сможет увидеть подлинник, но затем его лицо вытянулось и омрачилось разочарованием.

– Милорд, – сказал Хиссос с поклоном, который префекты воспроизвели после некоторой заминки, – джентльмены. Позвольте представить вам его лордство Мёрриксуна Еврота, Пустотного Барона Нарваджи, Атташе Двора Императора на территории Тэйбианского сектора и повелителя Торгового Консорциума Ев...

– Будет, будет, – замахал на него рукой Еврот, заставив его умолкнуть. – Я услышу это ещё тысячу раз, когда наберусь храбрости спуститься вниз на поверхность. Давайте обойдёмся без формальностей и перейдём к сути.

Прежде чем заговорить снова, барон пристально посмотрел на Йозефа и Дэйга жёстким, оценивающим взглядом.

– Я ясно озвучу свои пожелания, джентльмены. На Исте Веракруз сложилась деликатная ситуация – как и во многих мирах Тэйбианских Звёзд. Грядёт шторм. Мятеж породил войну, и когда её пекло походя заденет эти планеты, будет огонь и будет смерть. Будут, – он моргнул и помедлил. В его слова вкралась нотка странной эмоции, но он мгновенно сгладил её глубоким вдохом. – Эти... убийства. Они лишь способствуют накоплению напряжения и страха у населения, которое уже охвачено тихим ужасом. Если люди напуганы, они начнут бросаться друг на друга, а это плохо скажется на стабильности. Плохо скажется на бизнесе.

Йозеф медленно кивнул, соглашаясь. Похоже, вольный торговец понимал ситуацию лучше, чем собственное начальство префекта. Но затем его посетила внезапная мысль, от которой мороз продрал по коже. То же самое происходило и на других планетах? Еврот уже видел такую последовательность событий где-то в Тэйбианском секторе?

– Я желаю, чтобы этого убийцу нашли и предали правосудию, – сказал Еврот в заключение. – Это важное дело, джентльмены. Раскроете его, и люди узнают, что мы... что Империум... всё ещё имеет здесь силу. Потерпите неудачу – и распахнёте ворота анархии, – он начал разворачиваться прочь. – Через Хиссоса вы получите доступ к любым средствам, в которых у вас возникнет нужда.

– Сэр, – Дэйг шагнул вслед за вольным торговцем. – Ми, э, лорд барон?

Еврот остановился. Когда он обернулся к префекту, то сделал это, приподняв бровь и с высокомерным выражением на лице:

– У вас вопрос?

– Почему вас это волнует? Иста Веракруз, я имею ввиду? – выпалил Дэйг.

В глазах барона на секунду вспыхнуло раздражение, и Йозеф услышал, как Хиссос резко втянул воздух.

– Дагонет почти пал, вы знаете это? – Дэйг кивнул, и барон продолжил. – И не только Дагонет. Кельса Секундус. Лучник. Новая Митама. Всё во тьме, – Еврота встретился с Йозефом взглядом, и в это мгновение аристократ выглядел старым и усталым. – Эрно Сигг был одним из моих людей. Я отчасти несу ответственность за его поведение. Но есть и нечто большее. Намногим большее, – Йозеф ощутил, что взгляд торговца пришпиливает его к месту. – Мы здесь одни, джентльмены. Одни против шторма.

– Император защищает, – негромко произнёс Дэйг.

Еврот бросил на него странный взгляд.

– Так мне говорят, – ответил он в конце-концов. В следующий момент он уже шагал прочь, аудиенция завершилась, и в затуманенной голове Йозефа вертелось больше вопросов, чем ответов.

Когда крыло люка летательного аппарата поднялось вверх, первым, что ощутил Фон Тариэль, было буйство запахов. Пьянящие и насыщенные растительные ароматы хлынули в пассажирский салон вместе с тёплым воздухом. Он сощурился на ударивший внутрь дневной свет, и опасливыми шажками последовал за Келлом наружу и в... чем бы там это место не было.

В отличие от Эвёрсоров, которые не побоялись дать группе координаты одной из своих терранских баз, клан Вененум чётко и ясно дал понять, что членам Отряда Ликвидации не стоит появляться у них по собственному почину. Достопочтенная была непреклонна – право прохода в комплекс получили только два члена группы, и от обоих потребовали, чтобы они не имели при себе вооружения и оборудования.

Тариэль постепенно изучал повадки Келла, и он мог видеть, что без оружия Виндикару было не по себе. Инфоцит сочувствовал снайперу – ему тоже пришлось оставить своё оборудование на борту "Ультио", и без своей перчатки-когитатора он чувствовал себя поразительно беззащитным. Рука Тариэля не переставала бессознательно тянуться к опустевшему предплечью.