Людмила Белаш - Ключ власти
Подошёл Карамо, уже в мешковатом лётном костюме:
— Доброе утро, ан Ларита. Кондуктор, в чём заминка?
— Гере кавалер, у ней книжки. Говорю — выкинь, лишнее…
— Ум лишним не бывает. Выньте этот вес из моего багажа, из коробки с консервами.
— Спасибо, гере. — Лара неловко исполнила книксен.
— Позвольте спросить, ан — что вы читаете? — Карамо жестом попросил дать ему верхнюю из книг, бегло пролистал.
— Про императоров, про войны… ну ещё о разных странах. Может, — солидно молвила Лара, — мне на обер-офицерский чин сдавать придётся. Это спрашивают на экзамене.
— Хм… после первой звёздной девицам дают звания, но… Выше поручика трудно продвинуться. Сами понимаете — пол дамский, а комиссия — мужская.
— А наша Бези — штабс-ротмистр.
— Пример не совсем удачный. Но я учту, что вы готовитесь в офицеры.
Кареглазка подхватила свой багаж и поспешила на корабль.
«Авиационные трапы — не для ходьбы в юбках, — подумал кавалер вслед. — Обязательно заденут что-нибудь, порвут подол… Или с трапа кувырком. Не хватало ещё вывихнутых рук, разбитых бровей… Надо будет тактично внушить эту мысль барышням».
Проследив, как грузят цинки с патронами, Карамо краем глаза уловил — в эллинге появилась новая компания. Кто такие?..
— Гере Карамо? — Плечистый мордоворот со слегка свёрнутым набок широким носом козырнул, по-военному приложив пальцы к полям котелка. — Честь имею — корнет Родан Сарго, из ведомства второго статс-секретаря. Прибыл в ваше распоряжение с медиумом и штатским добровольцем. Кроме того, вам от гере Второго — пакет.
— Его зовут Галарди. Он полковник, — машинально поправил кавалер, разламывая печати на конверте. Ай да очкастая сова! всё-таки нашёл чем поддержать брата по Ордену.
«Дорогой брат, пользуйтесь этими людьми по своему усмотрению. В отдельном конверте — мои находки по родословной Динцев. Надеюсь, Вас не затруднит помочь „аспидной“ конторе в одном несложном деле…»
«Так я и знал. За свои деньги и за трёх парней Галарди обязательно потребует услуг».
«…поскольку Вы летите на север…»
«Кажется, только ленивым не известно, куда я лечу!»
«…захватить из Гуша трёх танцовщиц. Туземный царь даровал их имперскому посланнику, но верный человек донёс, что эти девицы родом из-под земли. Послу Их Величеств такие связи запрещены. Перевезите их на Кивиту и сдайте людям патриарха. Заодно девицы станут Вашим пропуском на земли святого престола».
«Одной пулей — птицу в небе, рыбу в море. Посетить Церковный Край — и выяснить, где гушиты взяли танцовщиц. Молодец Галарди. Обо мне не позабыл и своего не упустил…»
«Возможно, у Вас будет случай наблюдать падение „тёмной звезды“. По расчётам астрономов, очередной корабль с Ураги опустится в другом полушарии, в империи Фаранге, а следующий — на широте патриаршей столицы. Точка падения может оказаться в любом месте от восточного Вея до Якатана, и даже западней».
«Разброс по долготе в тысячи миль. И где прикажете ждать, брат мой?»
«…о чём я сообщу позднее через медиума».
«…хотя я бы с удовольствием взглянул, как шар приводняется. Такого давно не бывало».
— Назовитесь младшему помощнику и взвесьтесь вместе с багажом, — сказал Карамо, убирая бумаги в карман комбинезона. — Боцман укажет вам каюты. Если кто-то не выносит качки — говорите сразу.
Все промолчали, только гривастый брюнет — его серебряные серьги и подводка глаз сразу заинтересовали кавалера, — высокомерно молвил:
— Нисколько, господарь. Я пилот.
«Второй крот на борту!.. Просто праздник какой-то».
— Поднимайтесь на корабль. Скоро стартуем.
Лара взлетала пять раз — на праздниках, когда всех катали на привязном аэростате. Платишь деньги, забираешься в гондолу — вроде большой корзины, — и усатый важный человек командует: «Подъём!» Лебёдка стрекочет, разматывая трос, и земля уплывает вниз. Кто бледнеет, кто повизгивает, кто вцепляется в соседа, в поручни, садится на корточки, зажмурившись — а другие хохочут, глаза у них блестят, лица разгораются.
Ну, и что обычно делают в таком полёте — плюют вниз, кричат: «А вот я! Мы улетаем!», бросают монетки, смятые бумажки.
Люди внизу всё меньше, мельче, горизонт всё шире, видно далеко во все стороны — и в какой-то миг пассажиры замолкают, поражённые тишиной. Только шорох ветра в стропах и на оболочке шара. Ни голосов толпы, ни стука шаров на игровой площадке. Стихает музыка праздничного оркестра.
Ты в небе. Светлая голубизна, заоблачный простор.
Она нашла силы взяться за край гондолы и заглянуть — как оно видно сверху?
Будто картина в красках. Плывут тени облаков. Под тобой — ничего.
Тогда, впервые поднявшись выше крыши, она набрала полную грудь воздуха и закричала:
«Здравствуй, Мир!»
Так было здорово, словно ты — ангел.
На дирижабле оказалось по-другому.
Она боялась, что он весь склёпан из металла, и голоса будут шуршать нестерпимо, но переборки кают делались из фанеры, проложенной пробкой.
А каютка — чуть больше шляпной коробки! Господские купе в вагонах и то шире. Две койки и столик — откидные, на шарнирах. Окон нет. Над головой матово-белый плафон с яркой лампочкой, поверху с обеих сторон вещевые полки.
Сперва складывалось мило — каждой дали по каюте. Лис заявила, что служанка будет с ней — пожалуйста!
Вдоль второго коридора, по другую сторону от корабельной оси, разместились помощники Карамо — крепкие и вежливые парни с кавалерийской выправкой.
Едва успела Лара разложить вещички по полкам, как в дверь постучал боцманюга:
— Барышня, придётся жить вдвоём!
Вошла недовольная Эрита, за ней боцман внёс её кожаный кофр.
«Гром божий, теперь с принцессой локтями толкаться!»
— Что-то случилось? — спросила Лара у боцмана.
— Да, ещё каких-то пассажиров принимаем. Женская половина отменяется, теперь все вперемешку.
— Вот, эта койка свободна, — указала Лара, давая понять, что свою не уступит.
— Спасибо.
Пришлось сбросить башмачки, забраться на койку с ногами, чтобы наследница могла ходить свободно. От досады и тоски Лара взяла картонку с наклеенными правилами:
«Воздушные силы ВМФ империи приветствуют Вас на борту корабля „Морской Бык“! Ознакомьтесь с нашим распорядком…»
«Языческое название-то. Бык — это Мананта, бог моря».
Эрита ворчала и хмыкала, поворачиваясь в узкой комнатушке. Пока располагалась, время шло. Вдруг каюта еле заметно покачнулась, по коридору затопали. Лара беспокойно встрепенулась: