Владимир Лошаченко - Наставники

Надарив близким кучу подарков, а особо невесте и, оставив ей почти всю наличность, восемнадцатого января 1988 года Сашка вылетел к месту службы.

Через два дня команду запрягли по полной программе. Тренировки и стрельбу с утра до вечера, с полигона не вылезали. За них взялись очень плотно, не продохнуть. Сложилось общее мнение, что не к добру это.

И точно, через месяц полковник Ухтомский поставил новую задачу.

— Два дня назад в Аденском заливе сомалийские пираты захватили российское грузовое судно «Дмитрий Менделеев». К сожалению, не обошлось без жертв, погибли два члена экипажа. Пираты требуют выкуп — десять миллионов долларов. Это не первое наше судно, подвергшееся нападению. На самом верху решено принять самые жесткие и превентивные меры по пресечению пиратства. На освобождение заложников с вами направляются еще две группы. На зачистку прибрежной территории Сомали от пиратов, отправлена третья штурмовая бригада морской пехоты, базирующаяся на Дальнем Востоке. Ваша задача — освободить заложников и добыть сведения о главных фигурантах. Кто-то ведь направляет действия пиратов, снабжает оружием, медикаментами, не говоря уже о японских движках на их баркасах. Кто заправляет этой поганой кухней, один человек или организация — неважно. Уничтожить без вариантов. Ты главный, Командир, остальные группы подчиняются тебе. На подготовку и координацию три дня. Задание ясно?

— Так точно.

— Выполняйте.

На прощание полковник заметил:

— Береги ребят, сынок.

Военный транспортник, похожий на огромного лягушонка с большим брюхом, взвыв мощными двигателями, побежал по бетонной дорожке. К всеобщему удивлению, в конце ее оторвался и, гудя, словно майский жук, нехотя стал набирать высоту.

К команде, состоящей из трех групп, начальство добавило роту спецназа. Несмотря на кучу народа, два вертолета КА-60, четыре КамАЗа и четыре УАЗа-3151, в чреве транспортника казалось пустовато и не совсем уютно.

Вылетев с подмосковного военного аэродрома Кубинка, транспортник пересек российскую территорию с севера на юг и сел на дозаправку в Симферополе. Здесь, несмотря на конец января, стояла теплая погода. Бойцы высыпали наружу и повалились в зеленую траву за краем взлетного поля.

Сашку монотонность перелета мало заботила — перед глазами постоянно стоял образ любимой Леночки.

Через два часа полет возобновился. Оставив под собой Черное и Средиземное моря, самолет сел в Каире. Здесь, в Египете, было по-настоящему тепло. Дальнейшее путешествие над северо-восточной Африкой, ничем особым не ознаменовалось, правда, один раз садились в Хартуме на дозаправку. Наконец, к исходу суток были уже в столице Сомали Могадишо.

Каким макаром нашему президенту удалось договориться с местными властями о ликвидации пиратов российскими вооруженными силами, никого не интересовало. Видимо, долбаные бандиты достали всех.

К транспортнику подъехала небольшая колонна — джип и два мощных тягача. Россиян встретили три офицера-сомалийца, один из них оказался переводчиком. Поприветствовав их, Командир пустился в переговоры — предстояло определиться с базой пребывания. Спецназовцы с помощью местных тягачей вытаскивали вертолеты со сложенными лопастями. Затем выкатили все автомашины, в которые стали закидывать груды снаряжения, боеприпасов и оружия.

Командир роты спецназа, сухощавый капитан с пронзительными угольками зрачков, отозвал Командира.

— Слышь, старшой, попроси у эфиопов несколько колес, нашего транспорта не хватит.

— Не эфиопы, а сомалийцы, − машинально поправил Командир.

— Да не один ли хрен, — буркнул спецназовец и поспешил к своим бойцам.

Базу выделили в десяти километрах от столицы — в бывших военных казармах. Место неплохое, чуть к северу от Могадишо, в пойме Уабе-Шэбэлле.

Вода в реке оказалась мутной и желтой от песка — к питью явно не пригодна. Благо дело, в округе много ручейков и родничков с чистой прохладной водой.

Казармы стояли в тени пальм, от реки доносилась приятная прохлада, за пределами базы − буйная тропическая растительность. Птичье квохтанье, писк и галдеж, а также шумные перебранки драчливых обезьян в кронах деревьев дополняли дикую картину природы.

Хозяйственные спецназовцы притащили с собой две полевые кухни, которые вскоре задымились, источая вкусные запахи и способствуя обильному слюноотделению бойцов.

Транспортник загнали в самый дальний угол аэропорта, аккуратно укутав маскировочными сетями.

Несмотря на выделенный сомалийцами для охраны взвод, наши тоже поставили отделение бойцов с палаткой, сухпайком и запасом воды охранять от местных аборигенов. Пообедав, весь личный состав раскинул спальники — сиеста. А что еще прикажете делать в тридцатипятиградусную жару.

Бойцов подняли в 18:00. Занялись подгонкой снаряжения, набивкой магазинов, кто-то разбирал и смазывал оружие. Мелочей в таком серьезном деле не существовало — малейшая песчинка могла оказаться роковой. В реальном бою и секундная задержка может привести к летальному исходу.

Команда, сгрудившись возле длинного стола, умащивала и протирала личное оружие. На данную операцию решили взять хорошо зарекомендовавшие себя АН-94 (автомат Никонова), имевшие большую кучность при стрельбе, чем АКС; пистолет «Гюрза», он же Вектор СР-1, вместо привычного «Грача» − ну и что с того, что весит килограмм, зато без проблем валит на сотню метров.

Так же в комплекте были стреляющие ножи «Хамелеон» и светошумовые гранаты от них. Сашка отказался — зачем лишнюю тяжесть таскать.

Бойцы мотались по базе в непривычной песчанке — камуфляже цвета кофе с молоком и бледными коричневыми пятнами. Берцы с толстой подошвой защищали стопу от горячего песка.

После ужина команда собралась за столом, чтобы обсудить детали предстоящей операции. На оперативке присутствовал капитан спецназа, отзывавшийся на позывной «Борей». Лишних в казарме не было — рота располагалась в трех других помещениях.

Разложив карту Сомали, Командир взял слово:

— Диспозиция такова, наш сухогруз стоит на якоре в ста двадцати километрах от порта Бербера, в Аденском заливе. На двух вертолетах вылетаем завтра утром. Борей, подбери группу в пятнадцать человек.

Тот молча кивнул.

— Дозаправка в городе Галькайо, с сомалийской стороной я договорился. Саму операцию проведем в три часа утра, десантируемся на тросах на палубу судна. Вылет в семь часов вечера. Вопросы? Вопросов нет, все свободны. Капитан, задержись на минуту, перетрем пару моментов.

Способность видеть в темноте позволила Сашке завалить при спуске двух часовых. Отметив про себя хорошую погоду, стоял мертвый штиль, Пожарский на автомате отстегнул пояс с карабином спуска и помчался вдоль контейнеров, стоящих на палубе.