"Фантастика 2026-139". Компиляция. Книги 1-25 - Игорь Леонидович Гринчевский

* * *

Разумеется, Гадир прикрывали не только пушки, но и боевые корабли, сейчас в его бухте находились три «толстушки» и четыре биремы, вооруженные пушками. Имелись пушки и на торговых гаулах, хотя по боевым качествам они не шли ни в какое сравнение с «толстушками».

Однако в зимнее время команды отдыхали на берегу, а корабли находились в безопасном северо-западном углу бухты, удалённом от места десанта воинов Синдиката на сорок стадий, что оказалось весьма важным. Пока весть о десанте дошла до гарнизонного начальства, пока подали сигнал тревоги, пока он дошел до флотских командиров, а те собрали команды на борту… Было уже поздно!

Немало натренированные в прохождении Канала фараонов, моторные бармбунары Библиофила проскользнули через протоку между островами, после чего исход боя был предрешён.

* * *

— А где почтенный Гасдрубал? Почему нас только шестеро?

— Он пострадал при тушении пожара! — коротко пояснил Председатель городского Совета. — Сами знаете, основная торговля дровами в городе через него шла…

Деревья на островах архипелага росли плохо, а холодное дыхание Атлантики регулярно принуждало жителей Гадира растапливать печи и жаровни, дров горожане потребляли немало, вот и приходилось им то и дело закупать топливо у почтенного Гасдрубала. Цены на дрова кусались, поэтому даже другие члены Совета поначалу злорадно усмехались, видя, что странные пушки Синдиката первым делом подожгли дровяной склад. Потом, правда, спохватились и бросились помогать тушить пожар. Дрова нужны всем, а после того, как враги захватили порт и блокировали город и с суши, и с моря, нового подвоза ожидать не приходится.

Впрочем, одними дровами нападающие не ограничились, затем зажигательные снаряды ударили по хранилищам зерна, растительного масла и гороха.

— По нашим оценкам, уцелевших запасов еды и топлива в городе хватит на месяц, максимум — на полтора, — продолжил Председатель. — Почтовых голубей с сообщением о нападении отправили ещё вчера, но помощи нам ждать неоткуда. Синдикат с каждым днём становится всё сильнее, скоро они полностью возьмут море под свой контроль.

Трое из членов Совета опасливо вжали головы в плечи, услышав такое заявление, но спорить не рискнули.

— Плохо то, что напоследок враги сожгли казармы гарнизона, — негромко заметил самый старый из присутствующих, голова которого уже покрылась сединой. — Теперь воинов расселят по домам состоятельных горожан, так что запасы утаить не удастся.

— Что в этом плохого? — удивился единственный полу-эллин в Совете, его так и звали — Полугрек.

— Для начала они обожрут хозяев, — пояснили ему. — А потом, когда с едой станет совсем худо — отберут запасы «на нужды обороны».

На этот раз дружно погрустнели все присутствующие.

— Вообще-то почти две трети воинов гарнизона — местные, да и среди оставшихся многие успели породниться с горожанами, — вкрадчиво заметил седой. — Да и жалование воинам платят из казны города. Если об этом напомнить…

— Не поможет! — отрезал Председатель. — Всех старших командиров назначили из Карфагена. Эти так просто не сдадутся!

— И зря! — заметил седой. — Вы интересовались, что захватчики сделали с кораблями и товарами на складах? Нет? А напрасно, я вот отправил голубя в порт и получил любопытный ответ. Всех, кто сопротивлялся, они утопили или взяли на абордаж. А остальное поделили на три части. Корабли и товары купцов Нового Города они реквизировали, а вот двух торговцев из Тавромения и пальцем не тронули! Ни их самих, ни корабли с товарами. Заявили, что те теперь — часть Синдиката, а значит — свои, и грабить их не положено!

— И что? — снова не понял Полугрек.

— А то, что наши корабли и товары они не тронули и отложили отдельно, показывая тем самым, что ещё не знают, враги им купцы Гадира или союзники.

— Хороши союзники! — проворчал тот. — Жгут и грабят.

— Погоди! — оборвал его Председатель. И обратился к седому: — Так ты говоришь, что купцов Тавромения они назвали союзниками? И не тронули ни их кораблей, ни товаров? А знаете, почтенные, ведь нас от статуса союзников отделяет только позиция десятка-другого командиров гарнизона. Если их арестовать, остальные воины подчинятся приказу Совета и откроют ворота.

— А главное! — тут же встрял седой. — Мы не только сохраним свои корабли и товары, но и сможем снова торговать, проходя через Геракловы Столпы.

Этот довод заставил призадуматься остальных членов Совета.

— Но как их арестовать-то? — поинтересовался один из членов Совета. — Они сидят в крепости, в окружении воинов.

— Казармы сгорели! — напомнил седой. — Так что даже командиры уходят ночевать в город. А улицы города патрулируют наши ополченцы…

* * *

Первый день двенадцатого месяца[5] я встретил на верфях Нового Хураздана, внимательно рассматривая нашего «первенца». Рождался он в таких муках, что даже вспоминать больно. Для начала пришлось строить саму новую площадку, под строительство корабля. Здесь её называли η γλίστρα, то есть «скользячка». Другая длина киля, больше вес отдельных «деталей», из которых собирали новый корабль, активное потребление ацетиленовой сварки — всё это привело к тому, что наш «новичок» на старой площадке построить было нереально.

* * *

[5] Напоминаю, в календаре, принятом на Первом Пороге, насчитывается 12 месяцев по 30 дней, остаток идёт в «междугодье», т.е. по современному летоисчислению это 14 февраля 316 года до н.э.

* * *

Хорошо, доходы от продажи сахара оказались существенно выше запланированных изначально, иначе строительство пришлось бы отложить минимум на год. Но это было только начало.

Вспомнив о том, что последовало дальше, я болезненно скривился. Тот самый «больший вес деталей» аукнулся, когда Корабелы наконец-то получили первый вариант цельносварного киля. Ажурные конструкции Эйфелевой бани, Шуховской радиовышки и Останкинской телебашни заставили меня поверить, что и киль получится прочным.

Полтора месяца все сварщики, которых я смог выделить, трудились здесь, не покладая рук. И сразу же выяснилось, что на ветру, напоенном солёными брызгами Эритрейского моря, железо ржавеет с невероятной скоростью. Удивительно даже! Я прекрасно помнил, как объяснял и даже демонстрировал своим ученикам, что сочетание «соль + вода + кислород» ускоряет этот процесс в сотню раз, но это знание жило как-то отдельно, академично, что ли…

Пришлось напрягать память и срочно придумывать что-нибудь, чтобы наша конструкция не развалилась от ржавчины ещё на стапеле. Ну, как «придумывать»? Повторил распоряжения Гюстава Эйфеля о тщательной покраске. Для пущей