Фантастика 2026-130 - Ал Коруд

— Подготовка идет полным ходом, — живо отвечает Суслов.

Изначально им должен был заниматься Шелепин, но сегодня он помалкивает. Мне даже показалось, что остальные от него отодвинулись. «Черную метку» ему я все-таки поставил и хватит ли ему сил удержаться наверху столько же времени, как в том будущем прошлом? Думаю, что вряд ли. Но и сопротивление будет отчаянней. Поэтому я сразу загоняю «волков» под флажки. Ибо не хер! Медлительность и осторожность Брежнева осталась позади.

Здесь и сейчас формируется будущая команда. Вон как заерзали Шелест и Гришин. Первый слетел с места за «национализм». По мне и правильно. Пусть пока на меня поработает, а потом попрощаемся с битьем горшков. Гришин станет первым на Москве через два года. У меня еще раньше. Московский обком пока возглавлял один из «Шелепинцев» Николай Егорычев. Гришин товарищ противоречивый, но деловой. Мне такой в столице и нужен. Других тут сжирают с потрохами. «Москва слезам не верит». Пусть разгребает московские Авгиевы конюшни. В моих планах уменьшение бюрократии и, соответственно, служебного жилья. Перенос части предприятий в Подмосковье и общее оздоровление столицы. Превращать в сверхурбанизированного монстра из двадцать первого века я свою столицу точно не намерен. Пусть здесь останутся только высокотехнологичные производства, наука, образование и культура. Москву сделать более зеленым и совершенным в архитектуре. И сразу заняться Подмосковьем и его «городами будущего». Пусть все в стране на этот русский регион равняются, а не на дотационную Прибалтику.

Уверенно выступил Косыгин:

— У Совмина есть в числе прочих предложений начиная с урожая 1966 года производить выплату денежной надбавки в размере 50 процентов к действующим закупочным ценам за сверхплановые закупки пшеницы и ржи, проса, ячменя кормового, овса, кукурузы и гороха. Мы прогнозируем рост валового сбора зерна.

— Хорошее предложение. И обязательном порядке снять ограничение к крестьянских семейным хозяйствам колхозников. Люди ведь сами трудятся? Зачем нам их стеснять?

По кабинету прошел одобрительный гул. Многие родом из сельской местности. Да и чисто волюнтаристский шаг Никиты уже принес нам немало бед. Суслов согласен со мной:

— Личные хозяйства не надо трогать.

Я же привлекаю внимание ПредСовмина:

— Стабильный долговременный план, хорошие цены, государственные кредиты, вот что нам нужно отразить в докладе и предложениях.

Вообще-то это идеи Косыгина, уворованные мной бессовестно. Так, что он сейчас лишь глазами хлопает, стараясь уяснить сложившееся положение дел. Ничего, ты еще офигеешь, когда узнаешь, какую реформу или точнее, какое возвращение к истокам ему предстоит совершить. Не нужны нам устарелые капиталистические догмы, и никакой рынок не требуется. Алексей Николаевич бурчит в ответ:

— Уже в планах.

— И это правильно!

По-хозяйски оглядываю кабинет. И мой взгляд замечают все. Царство началось!

— Тогда на этом заседание заканчиваем.

Задерживаю взглядом Черненко, тот у двери перехватывает Суслова, Погорного и Кириленко. Коротко киваю на стол и нам тут же подают чай. Официантка в белом передничке, игриво вдвигая бедрами, расставляет приборы, розетки с вареньем, тарелочки с печеньями и сушками. Молча пьем чай, первым не выдерживает Суслов.

— Леонид Ильич, а что это сейчас было?

Я смотрю на «соратников» и бросаю пробный шар:

— Товарищи, а вам не кажется, что «Девятку» надо выделить из ведомства и подчинить непосредственно правительству?

Три члена Президиума и Черненко ошалело уставились на меня. Покусился на «Святое»! Первым опомнился решительный Кириленко:

— На мой взгляд правильная идея!

В глазах же читаю у всех четверых — это месть органам за прошлое. Видимо, Ильич задумал нечто большее, раз так смело выложил опасную мысль. Хлебаю чай и пускаю в народ прогрессорские идеи. Знаю, что к вечеру по ЦК и Совмину пойдут слухи.

— Объединим под одним крылом охрану первых лиц, охрану Кремля и важных правительственных объектов. Они же все в основном в столице расположены. Ну и связь, гаражи, плюс силовое прикрытие.

Опытный в дворцовых интригах Подгорный кивает:

— Надо обдумать. Но, — он поднимает палец, — не все будут согласны.

Хмурю брови:

— Не все — это кто? Думаю, что Здесь, — киваю в сторону двери, — желающих проголосовать против будет немного.

Черненко возвращается быстро и кладет на стол несколько папок «Напочитать». Мы так договорились. Тут проекты решений и докладов.

— Константин Устинович, тут вот какое дело, — Черненко внимательно меня слушает. Я бы так сказал, что после утреннего заседания предельно внимательно. — Поговори с Николаем Викторовичем приватно. Объясни, что я не против его назначения на пост Председателя Верховного Совета.

— Понимаю.

Чем мне нравится мой руководитель Общим отделом. Когда нужно, он немногословен. И здорово врубается в здешние хитровыделанные интриги. Ну, если в том времени он справился с организацией работы Брежнева, то сейчас тем более.

— Тогда я тебе вечером позвоню. Поделишься.

Константин уходит, а я заказываю машину. Едем в Кремль.

Эх, как давно тут не был! А симпатично. Еще и без толп туристов. Надо будет заказать персональную экскурсию. Никого этим не удивлю. Новый Первый обязан интересоваться историей резиденции Московских князей и царей. Меня же ведут на третий этаж Сенатского дворца. Тот выбран, как место для работы еще Лениным. Вождь победившего пролетариата занимал четыре комнаты на третьем этаже. Официальный кабинет площадью 150 кв. м Сталина был обустроен на втором этаже. Хрущев перебрался на третий. Я, то есть Ильич устроил себе кабинет на нем же, но чуть дальше Никитиного. Помещение в сто квадратов позже обозвали «Высотой».

А Ильич не был дураком, классно тут. Много окон и света. На тех потом будут белые занавеси в виде пелерин. И в чем мы с ним схожи, я также не люблю темных тонов, тяжеловесной мебели, меня всегда вдохновлял хайтек. Ремонт уже проведен, под потолком висят хрустальные люстры, пол сменен, покрыт светлым лаком. На стенах заканчивают установку деревянных панелей. Мебели будет немного, книги должны быть в библиотеке, а не пылится в шкафах. Рядом дожидается комендант Кремля и ответственный за ремонт. Командую:

— Мебель заказать на Рижском мебельном комбинате. Снимите с меня мерки, подумайте про размеры столов. Мои предпочтения я вам завтра отправлю. Готовый макет мне на подпись. К Первомаю хочу заехать сюда работать.

В том времени мебель для Генерального также делали в Риге. И соорудили на совесть. Кожу для обивки использовали слоновую, купленную в Англии. Дерево — орех привезли из Америки. У материала был очень красивый оттенок: серо–серебристый.