Алексей Селецкий - Древняя кровь

– Она говорила, что ей обещали какое-то посвящение…

– Вполне может быть. Я же и не говорю, что она была какой-то особо могучей ведьмой. Просто приглядись повнимательнее и лишнего не болтай. Не вскидывайся ты так! Любовь любовью, а для вас же обоих лучше, если она в такую же компанию больше не попадет. Знаешь, их идеи – как наркотик. Привыкаешь быстро, а вот избавиться… Всё ведь вроде бы и правильное, они ко всем свой подход найдут. Ну, не свяжется она больше с этой компанией, встретит другую, такую же.

– Олег, накаркаешь! – Николай Иванович постучал по столу. – Нам с одними этими не управиться, а ты – «такую же»! Кстати, Шурик, судя по всему, в вашем лесу орудовали те же самые, которых ты на холмах прищучил.

– Иваныч, вы-то откуда про лес знаете?! Вас же не было, когда я Олегу рассказывал!

– Н-ну… У нас свои методы, ты же знаешь. Что и как происходит, можно и без тебя узнать.

– Да ладно тебе, теперь ему можно сказать. – Олег махнул рукой. – Не морочь парню голову. Саша, что ты можешь сказать о своем шефе?

– Каком?

– О Юрии Натановиче.

– Странный он какой-то. А еще – помнишь, я о филине рассказывал? Который мне тогда помог? Мне показалось, что слишком уж умная птица. Слишком ловко от выстрелов уворачивалась. Честно говоря, я на Натаныча уже коситься начал – не оборотень ли?

– Эх, и чему я тебя учил? – Иваныч тяжело вздохнул. – А куда бы он массу лишнюю дел? В твоем Натаныче пять пудов, не меньше. Ты у нас грамотный вроде бы, вот и прикинь, какие ему крылья потребовались бы.

– Так что же тогда ?

– Да очень просто: взял под контроль птичку. Прямо не сходя с катера. Честно скажу – я б так не сумел. С кабаном, а еще лучше – с медведем, так это запросто, а летать только он может. Летчик – ему и штурвал в руки.

– Он один из Древних?

– «Один из» – это так слабо сказано. Вообще-то он возглавляет Воинов нашего Круга, просто вмешивается только в крайнем случае. Когда без него никак. Раскрою тебе и еще один секрет – к «сетке» защитной это он тебя не пускал. Притормаживал, не давал задеть. Только вот разглядеть на поляне мало что успел. Сам понимаешь, скорость, да и не своими глазами. Со старшим ихним что сталось? Убил ты его или нет? И лицо не разглядел, случаем?

Только сейчас вспомнилось – пустой балахон в пятнах крови, тускло отсвечивающий клинок…

– Олег, Николай Иваныч, а может такое быть, чтобы человек попросту испарился?

– То есть как это?!

– Ну, я ручаться не могу, там суматоха была та еще, но мне показалось, что из круга он не выходил, и вообще я в него хорошо так попал, правильно. А потом, когда я Иринку вытаскивал, там уже никого не было, только одежда.

Олег тихонько присвистнул, Иваныч мотнул головой:

– Ого! А ты уверен, что там вообще был человек, а не морок в плаще? Призрак какой-нибудь.

– Вроде бы все нормально было. И рука была обычная, когда нож поднимал. – События той ночи вспоминались всё отчетливее, словно кто-то прокручивал видеозапись. Александр и не подозревал, что он успел всё так хорошо запомнить. – И крови с него натекло море, и ногами дергал, когда помирал. Призраки же так не могут? Или я опять позабыл всю науку?

– Не позабыл… Олег, дело совсем серьезно. Получается, их «хозяин» всё-таки забрал свою жертву. Это меняет всё.

– Получается, что так. Сами можем и не управиться. – Похоже, Олега последняя новость привела в глубокую задумчивость. Александр ни разу не видел главу Круга ошеломленным – по крайней мере, до такой степени. Олег смотрел куда-то сквозь стену, взгляд был пустым, остановившимся. – Вот теперь мы все, кажется, влипли. Пермяку такое и не снилось.

– Теперь уже снится, – проворчал Николай Иванович. – Раньше думать надо было. Если бы не его дурная возня, может, и обошлось бы. Ну, пусть не обошлось, но хоть лет сто, а то и двести подождало. Да, Шурик, это ты нам удружил… Впрочем, извиняюсь. Жертва всё равно была бы, а так еще на сколько-то они ослабели. Хотя такой сорняк будет прорастать, пока не выкорчуешь. Работы нам, однако, всё равно нынче прибавилось.

– Да объясните наконец, что тут происходит? К чему все готовятся, что за работа? И почему Пермяку сейчас не до нас?

– Ах да, ты ничего не знаешь… В общем, твои старые знакомые попытались завербовать в свои ряды Пермяка, а тот, соответственно, надеялся приспособить их для своих великих планов. Не знаю уж, на чем они не сошлись, только господин Пермяк отказался сотрудничать, а у него в отместку украли дочку. Самое печальное во всем этом – даже не судьба девчонки, ее всего лишь держат как заложнику. Самое печальное и опасное – это глупость Пермяка. Этот крутой идиот, точнее, его верные и послушные кретины разболтали слишком много подробностей о нашем народе. Хорошо хоть ума хватило нам сообщить об этом. Выяснилось, что знают о нас эти черные приятели гораздо больше, чем можно предположить. Не иначе кто-то из наших же и рассказал.

– Изгои?

– Не исключено. С этих как раз станется, особенно с молодых и обиженных на весь мир. Так что ты не особо языком трепи, мало ли где сейчас уши развешаны. И с Ириной своей в том числе! Что замялся, или уже успел?

– Нет, не успел. Олег, я как раз о ней хотел с тобой поговорить. Понимаешь, в ней явно наша кровь, и способности кое-какие есть. Ты же сам говорил, что каждый, в ком Древняя Кровь…

– Помню, говорил. И не отрекаюсь. Но сейчас, ты уж извини, не до того. По нашим данным, эта веселая компания опять что-то затеяла. Ребята сейчас рассчитывают, чего мы можем ждать и что надо сделать. Скорее всего, это произойдет не сегодня-завтра.

– Откуда такая точность? Свои агенты среди черных магов?

– Если бы… Всё гораздо проще. Какое нынче число?

– Двадцать второе… Ну да, конечно же! Солнцеворот, зимнее солнцестояние?!

– Точно. Так что некогда, Саша, просто некогда. С Ириной мы обязательно разберемся, это я обещаю. Устроишь смотрины, жених? – Олег неожиданно озорно подмигнул. – Только чуть попозже. А пока даже не знаю, что тебе посоветовать. И ее береги, и сам не зевай. Всё-таки чувство у меня нехорошее остается. Что-то не то в этой истории с жертвоприношением. Может, и вправду заблудшая какая-нибудь любительница мистики, а может, и нет. Посмотреть надо. Так что любовь любовью, а язык не распускай. И нервы тоже. Лучше всего… Пожалуй, для вас обоих лучше, если ты будешь относиться к ней как к нормальной девчонке. Самое умное, что ты сейчас можешь сделать – это быть с ней нормальным человеком. Как ты сам-то считаешь, любишь ты ее или нет?

– Н-не знаю… Пока, во всяком случае.

– Ну так иди и узнай. И помни: умными разговорами и увещеваниями ты ее «заскок» не исправишь. Сердцем это делается. Всё, больше никаких советов и разговоров, время идет! Счастливо! Натанычу привет не забудь передать. Да, и еще – не забывай про маскировку, вечная твоя беда. Всё на лбу написано. Ну да ладно, теперь тебя есть кому потренировать, авось еще успеешь научиться. С наступающим – в этом году вряд ли увидимся. Хотя… Знаешь, зайди двадцать пятого вечером, часов в шесть. Тогда или всё наладится и поговорим, или и твоя помощь может потребоваться, всех будем собирать, кого сможем.