Сим Никин - Обреченный взвод
Убираю шоколад - не хватало еще подавиться во время выброски.
На короткое время возникает ощущение невесомости, после чего вновь постепенно нарастает перегрузка. Темноту палубы перечеркивает яркая горизонтальная полоска, которая продолжает расширяться, пропуская внутрь все больше солнечного света. Через открывшиеся створки видно несколько следующих за нами транспортов.
Звучит команда: "Приступить к десантированию!", дублируемая световыми и звуковыми сигналами, и выброска начинается. Один за другим модули подкатывают к распахнувшемуся борту и, скользнув по нижней створке, вываливаются наружу. Несколько мгновений свободного падения, наполняющие душу животным ужасом, сменяются резким рывком, от которого темнеет в глазах. Наконец полет модуля выравнивается, и я начинаю глубоко дышать, чтобы успокоить взбаламученные внутренности.
Бросаю взгляд вокруг и на некоторое время выпадаю из реальности, пораженный открывшейся картиной.
Если не считать бесконечных занятий на симуляторах, то до сего дня мы всего два раза отрабатывали десантирование - в дневное и ночное время. Но оба раза с гораздо меньшей высоты и в составе одного отделения. Теперь наш модуль находился среди большой группы таких же аппаратов. Словно стая неведомых летучих чудовищ мы несемся к приближающимся вершинам сопок. Подсвеченные яркими цветами заката облака придают картине особую мистическую фантастичность.
- Сброс! - разносится по общей связи.
БПРы и прочая техника отстыковывается от ребер модулей и осыпается вниз, словно созревшие плоды.
Несмотря на то, что в этот раз мысленно я был готов к падению, дыхание перехватывает, и сердце тревожно замирает. Прежде чем робота рвануло кверху автоматически раскрывшимся крылом параплана, успеваю заметить удаляющуюся в сторону алеющего закатом горизонта стаю рыбьих скелетов. Интересно, у меня одного такие ассоциации, связанные с десантными модулями?
- Не расползаться! - звучит приказ командира взвода, - При обнаружении условного противника открывать огонь на поражение!
И тут же экран расцвечивается красными пятнами целей с указанием их характеристик.
Маневрируя с помощью ранцевого ускорителя, успеваю сделать несколько выстрелов перед посадкой.
Рельеф местности не позволяет использовать гусеничную тягу, потому покидаю кресло и, переместившись в раму управления, сливаюсь сознанием с боевым роботом, видя окружающий мир его камерами, словно собственными глазами.
И вновь продолжительный рейд в составе полка по ставшим ненавистными сопкам...
Глава - 14
Сегодня в кафе необычайно мало посетителей. Даже у барной стойки, за которой хозяйничает Альба, есть свободные места.
Мы сидим за одним из столиков и молча пьем томатный сок. За полгода нам так и не удалось толком пообщаться с Сергеем Бужиным - русским сержантом из первой роты.
- А правда, что этот сок отжат из натуральных томатов? - задаю совершенно дурацкий вопрос, глядя на густой красный напиток.
До погруженного в собственные мысли Сергея не сразу доходит смысл вопроса. Он несколько удивленно смотрит на меня, затем отвечает:
- Вполне возможно. На периферии встречаются миры, где вообще большинство продуктов имеет натуральное происхождение.
- Но это же невероятно дорого! - мне действительно не верится в подобное.
В ответ Бужин лишь пожимает плечами и переводит разговор в другое русло:
- Значит, ты все же подал заявление на заключение следующего контракта?
- Подал, - киваю и, допив сок, отставляю стакан, - По результатам проверки у меня восемь с половиной баллов. Говорят, с такой оценкой есть неплохой шанс остаться в армии.
- Ну что ж, возможно тебе повезет, и ситуация с твоим полулегальным положением разрулится сама собой.
- Я часто думал об этом и пришел к такому выводу, что ничего неопределенного в этой ситуации быть не может. Вот смотри, Сергей, я служу под своим именем - так? Значит где-то там, - указываю пальцем в потолок, - какие-то мудрецы что-то нахимичили с документами так, что в какой-то момент новобранец Адиль Орчинский растворился, и появился новобранец Олег Новиков. А если уж Олег Новиков попал в армию, значит, он является гражданином Конфедерации - иначе просто и быть не может. Наверняка в этих документах указано даже то, на каких основаниях я имею право считаться гражданином. Вот бы мне самому об этом узнать. А теперь, пройдя полугодовой контракт, я стал полным гражданином. И так как возвращаться на Кинг и его ближайшие окрестности не собираюсь, то вряд ли мой нынешний статус сможет кому-нибудь навредить.
Что касается Адиля, думаю, его папаша заплатил достаточно, чтобы у сыночка при любом раскладе не возникло ненужных проблем.
- Хорошо, если так, - согласился сержант и, сделав внушительный глоток сока, спросил: - Заплаченные тебе тысяча кредитов в каком банке лежат? Я имею в виду, сможешь ли ты воспользоваться ими на любой планете Конфедерации, или только на Кинге?
- В КББ, - отвечаю и, поняв, куда клонит собеседник, добавляю: - Думаю, это только внутрипланетный банк. Ну да черт с ними, с этими деньгами. Я, честно говоря, даже и не вспоминал про них. Сейчас для меня главное - остаться в армии.
- Понравилось служить? - прищурив правый глаз, усмехается Сергей.
- Понравилось, - киваю в ответ, - Если бы еще не здешний бардак... Но, надеюсь, в войсках порядок не в пример лучше.
Бужин некоторое время смотрит, удивленно вскинув брови. После чего допивает сок одним гигантским глотком и, обратившись к стойке бара, громко зовет:
- Пирс!
На зов оборачивается смуглый паренек и вопросительно смотрит в нашу сторону. Сергей сперва показывает на стакан, затем поднимает вверх два пальца и комментирует просьбу:
- Не в службу, а в дружбу, окажи последнюю услугу своему взводному сержанту.
- Бывшему своему, - с улыбкой уточняет паренек, но через минуту приносит два стакана томатного сока.
- Спасибо, - благодарит парня Сергей, - вот только бывшим я стану после того, как ты покинешь пределы части. А это случится не ранее завтрашнего утра.
- Виноват, сэр! - продолжая улыбаться, вытягивается по стойке "смирно" Пирс и, отпущенный небрежным махом руки сержанта, возвращается на свое место.
Бужин пододвигает ко мне один стакан и спрашивает:
- Ты считаешь, что в нашей части обучение происходит не на должном уровне?
- С чего ты взял? - удивляюсь совершенно искренне.
- Но ты же только что высказался про якобы царящий здесь бардак.
- Это не относилось к обучению! Учили нас, признаю, на совесть. Если бы не отвратительное питание. Уверен, значительная часть парней, рвущихся в армию, охладила бы свой пыл, узнав, что здесь им придется есть гнилые продукты и каши из сожравших крупу червей, а то и вовсе переходить на подножный корм, ловя по склонам сопок ползучих гадов и запекая их в углях. А бесконечная штопка изодранного в лохмотья обмундирования? А отсутствие элементарных душевых кабин в казармах? И, в конце концов, ручная уборка снега с территории части? Какое определение можно дать всему этому?