Уильям Дитц - Resistance. Ураганный огонь

— Нам повезло, что остались в живых.

Стиллмен ответил не сразу. Вдалеке слышался вой сирен, всхлипывала женщина, обнимая мертвого ребенка, над головой с ревом пронеслось звено «Сейбров».

— Возможно, — наконец глухо произнес Стиллмен. — А может быть, повезло тем, кто уже мертв.

Неподалеку от Хот-Спрингса, штат Южная Дакота

Среда, 28 ноября 1951 года

Сверкающий голубоватым металлом «сталкер», будто краб, полз по каменистому холму. Успешно преодолев гребень, машина устремилась вниз по крутому склону к оврагу, поочередно передвигая паучьими конечностями.

Хейл слышал в наушниках треск атмосферного электричества, обрывки фраз и звуки боя, однако определить, кто одерживал верх в сражении, идущем в нескольких милях восточнее, не представлялось возможным. Следом за его «сталкером» двигались еще две такие же машины, отбитые у химер несколько месяцев назад.

Мысль воспользоваться химерианскими машинами, чтобы проникнуть на вражескую базу у Хот-Спрингса, пришла в голову Хейлу, однако сейчас, с трудом продвигаясь со своей группой по пересеченной местности, он начинал сомневаться, мудрое ли это решение.

Замысел был — застигнуть химер врасплох, появившись на их же собственных машинах, и избежать тем самым огня зенитных батарей, установленных на крыше здания. Но после нескольких часов мучительно медленного продвижения по бездорожью, съедавшего драгоценное время, Хейл беспокоился, что группа не успеет попасть в узкое окошко, проделанное пятым десантным батальоном под командованием подполковника Джека Хокинса.

Задачей Хокинса было наступать по главной магистрали со стороны Чадрона, штат Небраска. Затем, когда вонючки, находящиеся в окрестностях Хот-Спрингса, чтобы дать отпор, устремятся на юг, в игру вступят заранее выдвинутые американские войска, стиснув неприятеля с обеих сторон. Вот почему операция имела название «Железный кулак».

А пока шло сражение, Хейл со своей группой должен был обойти место боя с запада. В случае удачи группа войдет в Хот-Спрингс, не встретив сопротивления, ворвется в хранилище и захватит плутониевые стержни — до того как химеры успеют вывести из боя и оттянуть назад значительные силы.

Все зависело от хорошей коммуникации и четкой слаженности. Вот только радиосвязь с командованием батальона была в лучшем случае обрывочной, а часы на руке Хейла показывали, что его группа отстает от графика уже на пятнадцать минут. Хейл взглянул вправо.

Несмотря на дерганые рывки «сталкера» вверх, вниз и в стороны, доктор Барри оставалась совершенно невозмутимой.

— Я тут изучила карту, — сказала она, — и у меня появилась одна мысль.

Направив «сталкер» вбок, чтобы обойти россыпь больших камней, Хейл изо всех сил постарался сохранить свой тон небрежным. Он до сих пор не мог определить, кем ему приходилась Барри — начальником или подчиненным.

— Да? И какая же?

— Вершина следующего холма — одна из самых высоких точек на всем пути до цели. Давайте поднимемся по склону, оставим «сталкеров» у самого гребня так, чтобы они не высовывались, и посмотрим, что к чему. Если все в порядке, двинемся дальше.

Предложение было разумным. Судя по собственным расчетам Хейла и по карте, лежащей у него на правом колене, они приближались к точке разделения. Там «сталкерам» предстояло окончательно покинуть войска, ведущие бой на востоке.

Совершенно бессмысленная прогулка, если общий замысел не удастся.

— Хорошо, — согласился Хейл. — Так и поступим, но только если не соединимся с командованием батальона — мы уже опаздываем на пятнадцать минут.

Хейл дважды попытался связаться со штабом Хокинса, однако слышал в ответ лишь неразборчивое бормотание; в конце концов он был вынужден прийти к выводу, что химерам удалось надежно заглушить радиоканал. Не имея варианта лучше, Хейл нашел ровную площадку и остановил «сталкер».

К счастью, ближняя радиосвязь с двумя остальными машинами действовала безотказно.

— «Эхо-шесть» вызывает «Эхо-пять» и «Эхо-четыре»… Даю вам возможность немного передохнуть. Мы с доктором Барри прогуляемся к вершине и посмотрим что к чему. В одной из машин должен дежурить экипаж в полной боевой готовности. Так что расслабляйтесь по очереди. Как поняли? Прием.

— Говорит «Эхо-пять»… Вас понял, — доложил сержант Марвин Кавецки. — Прием.

— Говорит «Эхо-четыре»… Понял вас прекрасно, — вторил ему капрал Тим Йорба. — Прием.

Через пять минут все три «сталкера» выстроились на площадке. Открыв люк, Хейл пропустил Барри первой. Женщина была в брюках, и, глядя ей вслед, Хейл обратил внимание, как же хорошо они сидят.

Переступив на массивную ногу боевой машины и спрыгнув на землю, Хейл с удовлетворением отметил, что Барри прихватила с собой автоматическую винтовку «буллзай». Если не считать револьвера «магнум» сорок четвертого калибра у Хейла, вся группа была оснащена химерианским оружием, потому что там, куда они отправились, американских боеприпасов раздобыть будет негде. А патронов, скорее всего, потребуется гораздо больше, чем можно было взять с собой. Хейл сжимал в руке автоматическую винтовку «марксмэн». Хотя и изготовленное людьми, это оружие было создано на основе химерианских технологий и питалось вражескими боеприпасами. Магазин был рассчитан на двадцать один патрон, стрельба велась короткими очередями по три выстрела и с убийственной точностью.

Как только Хейл и Барри покинули кабину «сталкера», тут же стали слышны приглушенные звуки отдаленного боя, разносившиеся над прерией. Взобравшись на вершину, оба распластались на животе и достали бинокли.

Гребень тянулся с юго-запада на северо-восток, и с него открывался панорамный вид на заснеженную равнину, лежащую между холмом и шоссе, проходившим с севера на юг. В воздухе висела пелена серого дыма, но в редкие просветы виднелось поле боя. Оно простиралось по крайней мере на милю по обе стороны от изрытого воронками дорожного полотна и было покрыто сплошным ковром сожженных танков М-12 «Сейбэтус», дымящихся «сталкеров» и разбитых остовов бронеавтомобилей «Линкс».

И были трупы. Тысячи трупов. И людей, и химер, рассыпанных щедрыми горстями на окровавленном снегу. Хейл прочитал по ним ход боя так, как читает по ладони гадалка. Самая северная линия трупов, которая извивалась с запада на восток, состояла из тел десантников. Судя по тому, как они лежали, подобные мусору, который выбрасывают на берег сменяющие одна другую волны прибоя, десантники первыми столкнулись с химерами, хлынувшими неудержимым цунами на юг.