Андрей Колганов - После потопа

Третье. Обеспечить артиллерийскую поддержку обороны батареей 120-мм минометов, и всей подвижной и стационарной бронетехникой, имеющей исправные артиллерийские системы. Выделить не менее двух стволов крупного калибра для отражения возможной атаки со стороны залива, а также держать в резерве взвод для проведения, в случае необходимости, противодесантной операции.

Четвертое. В качестве главной задачи боя, решение которой обеспечит восстановление стабильности границы, считать уничтожение бронетехники и артиллерийских систем противника.

Вопросы имеются?"

Сухоцкий покачал головой.

"Вопросов много. Во-первых, у нас практически нет противотанкового вооружения. Гранатометов, правда, целых пять штук, но гранат к ним есть всего лишь восемь — вот и все…"

"Ой, не надо хитрить!" — прервал его Зият. — "А танки, самоходки, БМП?"

"Из них нет ни одной исправной машины. Те два БТР, что успели исправить — отправили в Зеленодольск, на замену вышедших из строя. Если литва полезет прямо на поселок, тогда, может быть, они и скажут свое слово. А если нет?" — возразил ему Юрий.

"Что ж, из этого и будем исходить" — спокойно заключил Зият.

"Во-вторых", — продолжал Юрий, — "надо договорится о порядке поддержания связи в ходе боя и о сигналах".

"Это верно" — согласился капитан пограничников. — "Для начала определим частоты радиосвязи…" — И они углубились в технические детали.

Лишь примерно через час совещание подошло к концу. Но капитан Айтуллин не спешил прощаться.

"Раз уж мы собрались поговорить, есть у меня еще одно дело, не совсем по военной части" — проговорил он, несколько смущаясь.

"Что за дело?" — отозвался Сухоцкий.

"Да понимаешь, проблемы у меня появились, с дисциплиной. И без тебя в них не разобраться".

"Чем же я могу помочь?" — заинтересовался Юрий. Капитан еще более смутился:

"Тут такое дело… В общем, стали мои ребята слишком уж часто бегать в самоволку. И, ясное дело, бегают они к вам, в Рыбаково… Ну сам понимаешь, молодо-зелено, шуры-муры…"

Юрий понимающе закивал головой. На самом деле эта проблема не была для него чем-то неожиданным. Уже давненько замечалось, что старшеклассницы из Рыбаковской коммуны не обходят своим вниманием парней-пограничников из отряда капитана Айтуллина. Девчонки питали к ним гораздо более горячие симпатии, чем к своим одноклассникам. Ни Сухоцкий, ни Калашников, ни Лиза не видели в этом чего-то из ряда вон выходящего, или требующего принятия каких-то мер. Тем более, что стычек между погранцами и ополченцами на почве ревности пока не было. Но Зият со своей стороны смотрел на это дело иначе: его беспокоила дисциплина в погранотряде.

Юрий подумал немного и спросил:

"А кто бегает-то? Деды или салаги?"

"Деды. Разве они салаг на этот лужок пустят попастись!"

"Слушай, а насчет дембеля твои деды не заговаривают?"

"Был один такой…" — голос Зията сразу стал жестким.

"Был?" — переспросил Юрий.

"Был".

"И где же он?"

"По законам военного времени. При попытке оставить часть с оружием…" — капитан не договорил, но Сухоцкий понял его прекрасно и без дальнейших пояснений.

"Раз деды на дембель не рвутся, да и не известно, есть ли им куда и к кому рваться, то проще всего, по моему разумению, женить их. Сразу и остепенятся".

"Женить?" — по удивленному возгласу капитана пограничников было видно, что эта мысль не приходила ему в голову. — "Женить…" — повторил он задумчиво. — "Так у нас тут власти законной нету, не говоря уже о ЗАГСе или Дворце бракосочетаний".

"Мы тут теперь сами власть" — убежденно заметил Юрий. — "Проведем выборы, будет и законная власть. А Дворец бракосочетаний… Это дело наживное. Сделаем в клубе капитальный ремонт, будет лучше, чем в Городе".

"Погоди. Дело ведь не только в том, чтобы невеста была в фате, а жених — при галстуке, и не в том, чтобы они в книге расписались, кольцами обменялись, да выслушали марш Мендельсона" — затараторил Айтуллин. — "Им жилье нужно…"

"Так жилья теперь полно!"

"Дети пойдут…" — как будто не слыша возражения Сухоцкого, продолжал капитан. — "А у нас хотя бы одна акушерка есть? А врач-педиатр?"

"Вот это уже серьезный разговор. О враче надо подумать. Но есть он у нас или нет, а процесс мы с тобой не остановим. Да и не следует, по-моему" — заключил Юрий. — "Лучше бы ты им давал официальные увольнения в Рыбаково, а уж тогда с самовольщиков спускал три шкуры".

Сведения об агрессивных действиях ближайших соседей заставили еще более ускорить работы по подготовке оборонительного пояса вокруг Рыбаково. Сухоцкий не вылезал из мастерских и с ремонтной площадки. Обеспокоенный недостатком противотанковых средств, он посадил целое отделение на разборку кучи разнообразного оружия, свезенного с полей сражений, но до сих пор неразобранного. В результате этой работы обнаружилось несколько немецких гранатометов "Панцерфауст", две более мощные системы "Милан", но, увы, — без боеприпасов. Нашлись две отечественных пусковых установки управляемых противотанковых ракет "Фагот", и боеприпасы к ним, — но сами пусковые установки были в разбитом состоянии. Единственной стоящей находкой оказались четыре ручных одноразовых контейнерных пусковых установки противотанковых гранат "Муха".

Калашников, вызванный на сутки из Зеленодольска, провел рекогносцировку на местности, а потом небольшими группами отправлял своих командиров взводов и отделений знакомиться с районом возможных боевых действий по защите границы. Эти занятия проводились ими совместно с младшими командирами из Рыбаковского гарнизона. Не только на окраинах поселка, но и на близлежащих дюнах, и у перекрестка шоссе близ Приморского стали скрытно возводиться огневые точки, отрываться окопы и укрытия.

Виктор Калашников почти не покидал Зеленодольска, время от времени выезжая с тревожной группой пресекать бандитские вылазки. Но стычек практически не было. Бандиты, уже осведомленные о присутствии в Зеленодольске хорошо вооруженного отряда, делали быстрые налеты на крестьянские хозяйства, забирали продукты, забивали животных, иногда уводили с собой молодых девушек, и поспешно уходили. Бывало, Калашникову с ребятами удавалось вспугнуть бандитов до того, как они успевали серьезно пограбить, а бывало, бандиты с добычей уходили еще до прибытия тревожной группы.

Калашникову доводилось заниматься не только погоней за бандитами. В Зеленодольске на основе мастерских автохозяйства был создан пункт по ремонту сельхозтехники. Несколько тракторов, навесных косилок, сеялок, плугов и борон было приведено в действующее состояние и передано крестьянским обществам под долю в будущем урожае. На тех же условиях поставлялись керосин, солярка, сахар, соль… Но за этими товарами охотились и бандиты, нередко лишая фермеров приобретенного ими под залог урожая добра. Приходилось Калашникову считаться и с этим, составляя акты о бандитских грабежах и помогая людям из небольшого страхового запаса.