Бен Бова - Орион среди звезд

Я мрачно кивнул.

– Посылают их на смерть, а тех, кто возвращается с поля боя, отправляют в криогенные камеры. С машинами и то обращаются лучше.

Я не мог не согласиться с ним, но сейчас меня больше занимало другое. Я хотел сделать все, что от меня зависело, для спасения своих людей и не собирался отказываться от этой идеи. Я мечтал найти для них какую-то отдаленную планету, где бы они могли жить в мире и согласии, вне досягаемости в равной степени для генералов Содружества и иных любителей присваивать себе право распоряжаться чужими жизнями.

Я испытывал смешанное чувство симпатии и уважение к сидевшему напротив меня старому ящеру, оказавшемуся на поверку куда более человечным, чем мои собственные Творцы.

– Не думай больше о них, Орион, – убеждал меня капитан. – Я тоже когда-то мечтал уйти в отставку и поселиться на планете, где побывал однажды. Это удивительный мир, влажный и зеленый. Каждое утро над болотами там подымается белое облачко тумана. Но мне суждено умереть в металлическом яйце, этом или каком-либо другом. Всю свою жизнь я провел в космосе, и недалек уже тот день, когда я найду в нем свою смерть. Я и так уже давно пережил большинство своих друзей. Но я – солдат и должен умереть как солдат. Ты тоже солдат, Орион, и должен понять меня. Мы созданы, чтобы сражаться за других. Такова жизнь, и нам не уйти от нее.

Так мы просидели некоторое время, потягивая каждый свой напиток. Не могу ручаться за своего хозяина, но выдержанное виски, которым потчевал меня капитан, казалось мне горше с каждым глотком. Наконец, устав от невеселых мыслей, я попросил разрешения удалиться.

Ящер-стюард проводил меня в мою комнату, которая оказалась чуть уменьшенной копией капитанской каюты. Тзины были явно не избалованы роскошью. В стенном шкафу уже висели два мундира, предназначенные для меня.

Оставшись один, я улегся на постель, больше смахивавшую на нары, оказавшуюся к тому же слишком короткой для меня. Впрочем, я и не собирался спать….. Я взывал к Золотому богу, взывал долго и страстно, но так и не получил ответа.

Атен оставался глух к моим мольбам.

Наверное, я мог бы при желании попытаться ещё раз пересечь континуум и побывать в городе Творцов, но, скорее всего, это была бы пустая трата времени и сил. Я не собирался больше разговаривать ни с кем из Творцов, кроме самого Золотого бога.

Измученный и опустошенный, я откинулся на подушку. В то же мгновение я услышал знакомый мне голос.

«Друг Орион, – произнес он. – Мы были рады узнать, что ты снова находишься в безопасности».

«Но мои люди! – взмолился я. – Они помещены в криогенные камеры и обречены на смерть».

«Ты хочешь спасти их?»

«Да, но это свыше моих сил. Можете ли вы помочь мне?»

«Мы не желаем вмешиваться в ваши свары, Орион. Мы приняли свое решение, и оно останется неизменным».

«Но мои ребята?»

«Мы чувствуем твою боль. Ты становишься мудрее, Орион. Боль и есть цена мудрости».

«Существует ли способ спасти моих людей?»

«Это можешь решить только ты сам. Используй свои возможности. Они достаточно велики».

«Какие возможности?» – переспросил я.

Ответа не последовало. Патриарх сказал, что хотел, и покинул меня.

Использовать свои возможности? Какие возможности?

Что могли означать эти слова?

Вскочив на ноги, я подключился к бортовому компьютеру. Наш корабль ещё не достиг скорости света. Для достижения расчетной точки выхода в субпространство оставалось ещё около двух часов. Между нами и Лунгой по-прежнему находился флот Гегемонии, упорно продолжавший уже ставшую бессмысленной погоню.

Капитан не обманул меня.

Тзины не могли спасти моих солдат.

Это должен был сделать я сам до того момента, когда наш корабль достигнет скорости света.

В моем распоряжении оставалось меньше двух часов.

Я провел около часа наедине с компьютером, стараясь не упустить ни одной детали строения корабля, от его двигателей до систем вооружения. Особое внимание я уделил изучению технических характеристик вспомогательных судов, находившихся в грузовом отсеке крейсера. Их было несколько, от небольших спасательных ботов до мощных шатлов, предназначенных для высадки десанта на поверхность планет противника.

В конце концов я остановился на скоростном разведчике, способном принять на борт две дюжины человек и обладавшем достаточным запасом горючего и всего необходимого для осуществления задуманного мною плана. Если бы мне удалось подобраться к нему до того момента, когда «Кровавый охотник» достигнет субсветовой скорости, моя задача была бы наполовину решена.

Нельзя было терять времени, но я все ещё колебался. Мне претила перспектива предать старого капитана, оказавшего мне столь дружеский прием, но выбирать не приходилось. Как говорил он сам, на войне как на войне.

У меня не было оружия, но в моем распоряжении имелась военная форма тзинов – голубой мундир с жестким стоячим воротником и расшитым золотом поясом. На пряжке красовались лучи восходящего солнца, эмблема Золотого бога. Я невольно сделал гримасу, но нацепил его на себя, жалея только о том, что не могу повесить на него лазерный пистолет.

Я прошелся по коридору, ведущему в каюту, где содержались ученые Гегемонии. По пути мне попалось несколько тзинов различного размера и ранга, но никто из них не попытался остановить меня. Более того, некоторые из них демонстративно отворачивались в сторону, не желая замечать само мое присутствие на их корабле. В отличие от своего капитана, они явно не отличались особым гостеприимством, что в данный момент меня вполне устраивало.

Люк, открывавший доступ в каюту моих спутников, был закрыт, но никем и не охранялся. Я отодвинул засов и заглянул внутрь. Большинство членов экспедиции уже лежали на своих нарах, готовясь отойти ко сну. Несколько человек собрались в углу комнаты, очевидно обсуждая свои невеселые проблемы.

– Всем встать! – рявкнул я. – Мы покидаем этот корабль. Немедленно!

Они не торопились выполнить мое распоряжение, но после того, как я кратко объяснил Делосу, что собираюсь доставить их обратно на Лунгу, их настроение заметно изменилось. Теперь мне предстояло осуществить наиболее трудную часть моего плана – благополучно провести двадцать двух гуманоидов в ангар, где находился разведчик, не вызывая при этом подозрения тзинов.

– Держитесь компактной группой и не отставайте от меня, – напутствовал я их. – Если нас остановят, предоставьте мне объясняться с командой.

Мне удалось почти полностью осуществить свой замысел. Мы без помех добрались до ангара. Немногочисленные тзины, встретившиеся на нашем пути, высокомерно игнорировали нас. У дверей ангара не оказалось даже часовых, но внутри его меня ожидал первый неприятный сюрприз. Четверо механиков были заняты ремонтом поврежденного шатла.