Андрей Пинаев - Болото

   Должность медика в нашем Лагере занимала девушка по имени Лиза. Рыженькая и веселая, невысокая и худенькая, всего на три года старше меня. Однако она благополучно прошла возрастание и поэтому была взрослой уже в моем возрасте. Я же для нее, конечно, был мальчишкой.

   -Тебе чего? - спросила она, завидев меня. За полгода в Лагере я успел изрядно ей примелькаться. -Фу, весь пропах болотом.

   -Анальгетик есть? У Саши кончился..

   Лиза открыла шкафчик и зазвенела там склянками. Найдя нужную, протянула мне.

   -Ага, спасибо... - Я взял пузырек, но уходить не торопился.

   -Ну, чего еще? - Усмехнулась она. - Бинты, клей для ран? А может тебе этот, как его.. (Она прищелкнула пальцами, вспоминая) ...аспирин?

   Я фыркнул. Лиза тоже улыбнулась своей шутке.

   -Пойдешь вечером на собрание? - Спросил я. - Сегодня будет.

   -Не знаю.. Хирургический модуль тестировать надо.

   -Ну, надо так надо, - Вздохнул я, повернулся и пошел, стараясь хромать как можно сильнее.

   -Ну-ка стой! - Воскликнула она. Что с ногой?

   -Да так.. - Пробормотал я, стараясь сдержать торжествующую улыбку.

   -Это вы, что ли, побоище у самого Лагеря устроили?! - В ее голосе слышалось плохо скрываемое любопытство.

   Не ответив, я удалился в душевую комнату.

   Сердцу не прикажешь..

   Актовый зал был набит под завязку. Кучками по пять человек сидели сталкерские ячейки, прислонившись к стене, весело болтали девчонки с кухни. Я поискал глазами Лизу, но наткнулся на злой Женькин взгляд. Я не отказал себе в маленьком удовольствии показать ему вытянутый средний палец. Женька ответил тем же.

   Протолкавшись через толпу, начальник Лагеря отодвинул стул, но садиться не стал. Он оперся кулаками о стол и сказал:

   -Здравствуйте!

   Гомон утих, и тридцать глоток крикнули вразнобой:

   -Здравствуйте, Владимир Сергеевич!

   Начальник сел и скучным голосом попросил:

   -Анатолий, со своей ячейкой встаньте.

   Мы встали, и я наконец увидел Лизу. Она стояла у дверей и с интересом смотрела на нас.

   Начальник объявил:

   -Сегодня, возвращаясь из рейда, восточная ячейка столкнулась с большой стаей крыс. К счастью, никто кроме крыс серьезно не пострадал, однако не благодаря доблести ячейки, а по воле случая. Командир отряда допустил несколько грубейших ошибок: во-первых, он не сообщил о нападении в Лагерь, хотя находился совсем рядом. Во-вторых, он не приказал членам ячейки бросить рюкзаки и продолжал тащить рюкзак сам. В третьих, он не по назначению использовал баллон для огнемета, что категорически запрещено. Анатолий, вам есть что сказать об этом?

   Глядя исподлобья, Толик неохотно рассказал о произошедшем, добавив, что все произошло так быстро, что мы не успели не то что сообщить, даже бросить рюкзаки. А что до баллона, так он, Толик, согласен, что идея была не из лучших, и сидя в теплом безопасном кабинете можно придумать тысячу других, куда лучше.

   Несмотря на явную шпильку в свой адрес, начальник не рассердился. Он побарабанил пальцами по столу и сказал:

   -Анатолий, я объявляю вам выговор без занесения в личное дело.

   -Нам нужно оружие, - ответил Толик. - Тогда и проблем больше не возникнет.

   -Огнестрельное оружие выдается только северным ячейкам. Восточным ячейкам выдаются только огнеметы, и прежде как-то справлялись ими.

   -Крыс стало больше! Мне охранники говорили! - Начал препирательство Толик. - И чем северные болота опаснее? Медведи там водятся? Так и мы с медведем сталкивались! И знаете, что мы сделали? Просто убежали!

   -Оружия вы не получите.

   -Ну хоть пистолеты, а?

   -Оружия вы не получите. Кстати, вы в курсе, что вместе с принесенным сегодня вы уже набрали сотню очков? Это дает вам право дать имя своей ячейке.

   Имя было придумано давно, но Толик...

   Толик мрачно повторил вопрос:

   -Оружие дадите?

   -Нет.

   -Тогда "Покойники".

   Когда засмеялся весь зал, с потолка посыпалась штукатурка. Смеялись все: Девчонки с кухни сползли по стенке и лежали, задыхаясь от хохота. Охранники неприлично ржали, и Лиза... Лиза тоже смеялась, смеялась до слез, закрыв лицо руками. У меня появилось отчетливо выраженное желание убить Толика.

   У начальника от смеха, по-видимому, заболел живот. Когда смех начал утихать, он поднял руку, давая знак замолчать. Не сразу, но установилась тишина, лишь изредка прерываемая хихиканьем. Начальник сделал глубокий вдох, изгоняя остатки смеха, и обреченно произнес:

   -Два арбалета. Саня, выдай им, и пусть больше на глаза не попадаются.

   -У нас что, есть арбалеты? - удивленно спросил завхоз Саня.

   -Теперь есть. На складе лежат, еще не распечатаны.

   ...По-настоящему захотелось убить Толика на следующий день, когда выяснилось, что начальник официально закрепил за нашей ячейкой название "Покойники".

   Лежа в кровати, я безуспешно пытался не проснуться. Когда стало понятно, что светлый сон безвозвратно ушел, я встал и вышел из нашей комнаты. Привычным уже движением отодрав от двери нашей комнаты очередной листок с изображением симпатичного улыбчивого скелетика, я доплелся до умывальника и некоторое время плескал себе в лицо холодной водой. Окончательно проснувшись, вернулся в комнату и оделся. Толик тоже проснулся, встал и, потянувшись до хруста в костях, сказал шепотом:

   -До планерки еще полтора часа, чего не спится?

   -Айда за арбалетами! - так же шепотом ответил я.

   -Куда без меня? - раздался возмущенный голос с соседней койки. Толик вздохнул:

   -Ладно, подъем!

   Чтобы попасть на склад, нужно было пройти по длинному и узкому бетонному коридору. Он мог бы выглядеть мрачно, но неизвестный благодетель расписал его стены при помощи аэрозольного баллончика с краской, и каждый раз, проходя по коридору, мы с удовольствием рассматривали эти картины. В основном они изображали Город, залитый солнцем.

   Несмотря на раннее время, завхоз был уже на рабочем месте. Разложив на длинном деревянном столе блестевшие маслом винтовки, он сидел на табурете и сосредоточенно их перебирал.

   -Здорово, Саня!

   Завхоз беззлобно ругнулся:

   -Для тебя, салага, я Александр Владиленович.

   -Много букв.. - отшутился я и перешел к делу:

   -Нам бы, Саня, пару арбалетов выдать.

   Саня, несмотря на молодость (а было ему двадцать пять лет) передвигался тяжело, как старик. Что-то у него с суставами было, от рождения.