Константин Калбанов - Фронтир 3

Словом, у куроки под ногами было огромное богатство, но извлечь его и воспользоваться им они не могли. А ведь это во многом повысило бы доходы и как результат благосостояние племени и дало бы серьезный толчок в развитии. Так же существовала опасность того, что как только белым станет известно о богатом месторождении, то интерес к их территориям тут же возрастет. Вот и не знал Высокая Гора как быть с богатством свалившимся на куроки с неба или скорее выползшем из под земли.

Поначалу Сергей воспринял эту новость холодно. Ну есть уголь, так и Бог с ним. Земля принадлежит куроки, пусть сами и думают, как быть с этим богатством. Его этот вопрос мало интересовал, как и будущее куроки в целом. Разумеется близкое знакомство с этим племенем во многом изменило его отношение к пинкам в целом. Как и у всех, среди них хватало и благородных, честных охотников, стремящихся к спокойной жизни, и отморозков бандитов, видящих более простой способ роста своего благосостояния за счет грабежей. Кстати, среди куроки первые преобладали, так как вторые предпочли отделиться в отдельное племя, какуроки. Но он все же не собирался влезать в их дела и становиться борцом за независимость пинков, как мечтал когда-то в детстве.

Все изменилось после встречи с Алексеем. Именно стремление друга оставить в местной истории яркий след, заставило Варакина пересмотреть свое отношение к жизни в целом. А еще, нежелание остаться просто придатком к Болотину Алексею, когда состоится очередной контакт с Землей. Это было бы просто неприятно, хотя к тому моменту его останки уже давно будут покоиться в земле.

Словом, заразился он от Алексея жаждой деятельности и желанием добиться чего-нибудь стоящего и достойного. Тем более, стараниями Болотина, по местным меркам, у него была прямо-таки огромная сумма. Именно по этой причине он и отправился в Рустинию, чтобы набрать поселенцев. По сути, сделать это было не так сложно, так как правительство всячески поощряло переселенцев. Куда сложнее увлечь не авантюристов, а по настоящему стоящих и опытных рабочих.

Вот этим он и занимался уже в течении месяца проживая в рабочем поселке и общаясь с шахтерами, расписывая благостные перспективы житья за океаном. Правда, не забывая и разбавить ложкой дегтя, все же край опасный и об этом люди слышали. Пока успехи были более чем скромными. За весь месяц он так и не ударил по рукам ни с одним углекопом, хотя и не скупился на посулы, по многу раз возвращаясь к одному и тому же.

— Плохой из тебя зазывала, Сергей, — сделав глоток душистого пива и довольно крякнув подвел итог Высек, мужчина лет сорока, уважаемый старший одной из артелей.

Они находились в небогато обставленном, но чистом домике вдовы Рады, за столом уставленным различной снедью. Ну и запотевший кувшин пива из ледника, куда же без него. На дворе воскресенье, на шахтах выходной, народ отдыхает, поэтому нет ничего зазорного в том, чтобы немного выпить и поговорить за жизнь. На сегодня Сергей гостей не ждал, ограничившись приглашением только Высека. Если бы ему удалось завлечь хотя бы одного старшего артели, то дела пошли бы куда лучше. Все же посулы никому неизвестного человека и слово того, кого знаешь не первый год да еще и уважаемого в округе, несопоставимы.

— Знаю, что плохой. Но и врать людям то же не могу. Мне не сложно наобещать с три короба и расписать все как в сказке. Но ведь потом придется в глаза людям смотреть и жить среди них. А там край дикий и закон суровый, око за око.

— А еще и оружие у каждого, — подсказал Высек.

— Мало того, их еще и обращаться с ним будут учить куда крепче чем в королевской армии. Иначе никак.

— Так ты же говорил, что тамошние жители охранять поселок будут, — удивился мужчина.

— Есть такое дело, ни капли лжи. Но ведь случиться всякое может. Те кто любит поживиться за чужой счет то же не дураки, поэтому нужно уметь себя защитить.

— Угу. Если буза случится, то тебя же первым и порешат, даже работать не начав.

— Поэтому и нужны хорошие работники, а не пьяницы и лентяи, от которых только беды и жди.

— Вот не глупый ты с виду мужик, Сергей, а ерунду городишь, ей Богу. Ну сам подумай, какой смысл доброму работнику от добра, добра искать? Вот возьми меня, зарабатываю хорошо, свой дом имею, семья не бедствует. Ну и зачем мне перебираться за моря океаны? Чего мне тут не хватает? Не там ты ищешь, Сергей. Тебе нужно больше поглядывать на бараки, где живут пришлые. Из тех кто в рабочих поселках укоренились и дома поставили, тебе никого не утащить с собой. В бараках ведь разный народ, есть и те кто не так чтобы и бегает по харчевням.

— Знаю. Но мне желательно семейные нужны.

— С семьями-то зачем?

— А затем. В Новом Свете на каждую невесту чуть не два мужика, и забот от того хватает. А тут окажется, что я привезу в чисто поле одних только мужиков. Ты представляешь, что может начаться? Опять ведь не на заработки зазываю, а на житье.

— Все одно, тут эдакую натуру нужно иметь — непоседливую. Рисковые тебе нужны.

— А как сам-то? Пошел бы за мной?

— Так ведь не иду, — разведя руки в стороны, возразил Высек.

— Спрошу по другому. Я готов положить тебе жалование вдвое против твоего нынешнего и должность мастера. Про дом, подворье, огород, семена, скотину, припасы на первый год, оружие я уже говорил не раз. Все кроме оружия получишь от меня бесплатно. Как и каждая семья, что отправится со мной. Лавка будет, где не в три дорога можно будет покупки делать, ведь в Рустинии на одних только королевских акцизах цена задирается безбожно, от того и разносолов не видите и детей радовать можете только в праздники.

— А что с оружием?

— Оружие будет числиться за тобой, но если появится желание, то сможешь его выкупить, постепенно в течении года или двух. Дорогое оно там, а что подешевле и поплоше я людям давать не собираюсь. На оружии экономить последнее дело.

— Раз так, то и впрямь, лихие места.

— Не все так плохо. Просто, хорошо если оно за всю жизнь не потребуется, плохо если оно когда-нибудь понадобится и не окажется под рукой.

— Не. Не уговаривай. Мне и тут хорошо.

— Стало быть, не рисковый ты мужик?

— Не рисковый, — легко согласился Высек, допивая пиво.

— А как же война? Лихой разведчик и кавалер трех Святых кругов?*

*Святой круг — эквивалент креста Святого Георгия Российской Империи.

— О-о-о, чего вспомнил. Молодой горячий и дурной был, вот и отличился.

— Не бывает так, чтобы смельчак, в труса обратился.

— Не бывает, согласен. Но случается так, что горячая молодость проходит и приходит зрелая степенность. Вот и я остепенился. Случись беда, я не спасую, но и неприятности сам искать не стану.