Владимир Андрейченко - Умереть вчера (СИ)
— Огонёк сигареты в ночном прицеле хорошо виден — это старая военная наука.
Никотин чертыхнулся и быстро затоптал окурок.
— Блин, не подумал даже. Спасибо, что напомнил. Ладно, пойду — посты проверю.
— Погоди, у тебя же гарнитура есть!
— Точно! Вот нелегко быть маршалом. Пока всех обзвонишь, от ушей только дырки в голове останутся! — приятель хохотнул и тут же, отойдя от Максима к краю крыши начал опрос постов об окружающей обстановке.
Вернувшийся Устинов, доложил, что огнемёты установлены. За двумя он посадил своих парней, один на себя взял Чирок, за четвертым Голубь оставил одного из долговцев. Максим встрепенулся и повернулся к майору.
— Не обижайся, Алекс, на меня за погибшего парня. Сам знаешь, что война не жалеет никого. А жить хочется всем. У меня не оставалось выбора. Да и кто бы лучше вас с этим делом справился? Мне, правда, жаль.
— Перестань, Рекс, я уже перегорел, да и Мэр кое‑что объяснил. Ведь могло случиться так, что полегло бы больше народу. Зачистку ведь действительно хотели сделать. Вот нарвались бы! А благодаря тебе уже были готовы к бою. Так что — в расчёте. Более того, мы тебе, наверное, ещё должны остались, — тут Устинов осёкся, поняв, что сказал лишнее. Но Максим рассмеялся.
— Как ты там говоришь? Не дурнее табуретки! Сам уже всё понял, так что не вини себя за излишнюю откровенность. Мне просто по — человечески неудобно и очень жаль, что так всё получилось.
— Всё, проехали, если живы останемся, с меня магарыч. Откажешься, точно обижусь! Пойду своим помогать, сейчас уже попрут. Огнемёты — это хорошо, заряжать только долго, много рук надо. Мои точно не помешают. С нами Зона!
— Ещё посмотрим, кто кого перепьёт! С нами Зона!
Максим посмотрел через тепловизор шлема на округу, откуда всё ближе раздавался многоголосый шум. Затем, не мешкая, побежал вниз, проверить Пуха с напарниками. Те находились на самой ближней к противнику и из‑за этого уязвимой позиции. Стоило поддержать парней.
Спустившись в фойе, Макс не узнал его. За столь короткое время вид помещения рачительно изменился. Вспомнилось, как он проследовал через него впервые. Везде царил порядок, чистыми были даже пол и стены. А сейчас, когда оконные и дверные проёмы были забаррикадированы различными, первыми попавшимися под руки предметами, помещение напоминало мусорную свалку. Пол сплошь был устлан лентами для «АГСа», которые заряжались всей командой без устали. Кучи хлама по углам и разнесённые после недавнего боя за этажи здания стены. Почти ничто не напоминало о царившем здесь ранее порядке.
Максим вклинился в работу, раскупоривая ящики с гранатами и отбрасывая в сторону ненужную уже упаковку. И тут до него дошло, что он не проверил ещё чердачное помещение. Когда пробегал через него, тепловизор на шлеме был ещё включен. Внезапно в памяти всплыло, что боковое зрение в тот момент выхватило из темноты непонятное сооружение. Смутная догадка пробежала по головному мозгу, резко повысив боевой настрой. А ведь это было бы совсем неплохим подспорьем в ведении оборонительной войны! Решив не откладывать дела в долгий ящик, Рекс уже на бегу посоветовал защитникам фойе не задерживаться на этой позиции в случае опасного положения, а сразу отступать наверх. Сам же стремительно понёсся проверить догадку. По пути связался с Устиновым и поделился мыслями с ним. На чердаке они оказались практически одновременно.
То, о чём с затаённой надеждой думал Максим, фактически оказалось полноценной правдой. Спаренные стволы малокалиберной зенитной пушки выглядывали из‑под чехла.
— Мать моя, женщина! — Устинов смотрел на «спарку» во все глаза. — Рекс, ты определённо везунчик! Этим орудием мы размолотим в пыль даже кавалерийский полк! Крепко здесь засели эти твари, всерьёз и надолго решили обосноваться, явно, — майор оглянулся и чуть не потерял дар речи. — А — а-а! — не договорив, понял, что Максим уже смотрит в ту же сторону.
На другом конце чердака стояла точно такая же «спарка». Причём бойницы для орудий были сделаны таким образом, чтобы каждое могло простреливать как можно более широкий периметр. Осмотрев всё вокруг, Макс понял, что боеприпасов для орудий предостаточно, и всё устроено таким образом, что перезарядка требуется только несколько раз.
— Ну что, эту позицию займём сами?
— Зачем же? Сюда сами ещё успеем, а вот с крыши, где мужики остаются на виду и незащищёнными, предлагаю пока всех убрать и разместить именно здесь.
— Точно, так и поступим. А из орудий начнём стрелять в самый неожиданный для противника момент. Вот уж пыл‑то его поубавим!
На том и порешили. Удивлению Голубя не было предела. По его словам, в армии он был зенитчиком, и управляться с этими монстрами умел хорошо. С помощью Устинова Голубь наскоро объяснил напарникам принцип работы с орудиями и только успел расставить расчёты по местам, как внезапно началось.
В ушах стоял такой шум от завываний, рычаний, бормотаний и ещё, чёрт его знает, чего, что казалось, будто этот гомон издают сами остатки окружающих зданий. В нескольких десятках метров от общежития появилась первая волна противника. Зомби действительно шли плотной стеной. Сразу за ними двигался весь разношерстный мир порождений Зоны. От крыс и тушканов, до кровососов, бюреров и даже псевдо — гигантов. Между ногами и лапами тварей, местами едва заметные, змеились какие‑то червеподобные исчадия. Максим даже подумал о том, что в столь тесном строю этих червяков — переростков могут просто затоптать. Усмехнулся — ещё не хватало о разных тварях заботу проявлять, когда люди гибнут пачками. Но таков человек, при всей своей злой сущности, всегда находит место для добра, проявляя заботу о «братьях меньших». Быть может это совсем не их вина, что кто‑то, являющийся производным от «гомо сапиенс» ведёт их силой пси — воли навстречу предстоящей бойне. Они — животные, у них почти всё основано на рефлексах, а за их спинами прячутся как раз те, которые в той или иной степени имеют собственный, данный природой или Зоной разум.
За три десятка метров у одного из огнемётчиков не выдержали нервы. Струя напалма, слегка не долетев до первой шеренги нежити, яркой полосой расчертила двор, не принеся противнику поначалу ощутимого урона. Уже позже, когда зомби начали проходить через огонь, стало понятно, что он тоже здорово задержит монстров. Вступившая в горящий напалм нежить, факелами вспыхивала в ночи и, пройдя несколько метров, догорая, падала на землю. При этом защитникам гораздо лучше стало видно округу.
Остальные огнемётчики, выждав ещё немного, пустили струи своих устройств гораздо прицельней, захватив даже второй эшелон монстров. Вот тут действительно началась свистопляска. Визг горящих животных перешёл все допустимые человеческому слуху пределы. Барабанные перепонки закладывало, как при перепаде давления, и фонило высокими нотами до потемнения в глазах. Но защитники старались на это не обращать внимание, радуясь тому, что пока потери несла только одна противоборствующая сторона. Лежащий на краю крыши Максим сплюнул в сторону — не сглазить бы. При этом чуть не попал в находящегося рядом Никотина. Хотел извиниться, не желая обидеть приятеля и увидел, что глаза того горели садистским блеском. А может, это просто показалось, и так отражается в зрачках горящий напалм? Кто знает… Немногим удавалось лицезреть подобное. Сгорающие заживо — картина не для слабонервных.