Роберт Шекли - Кровавый Урожай

– Все на месте? Назовитесь, но не очень громко.

Трое ответили, но четвертый - Небо-Небо - молчал.

Моррисон рискнул позвать его:

– Небо-Небо? Где ты?

Тишина.

– Осторожно, друзья,- предостерег их Моррисон.- Кажется, мы попали в беду.

«Странно, - думал Моррисон, - но я почти уверен, что чужие схватили Небо-Небо, свернули ему шею, из которой хлынула кровь, и утащили тело».

Предполагалось, что ограничители скроют их от чужих. Но Небо-Небо определенно исчез.

Видимо, произошло одно из двух: либо он потерял ограничитель, либо наткнулся прямо на чужого (хотя, возможно, он подошел к нему так близко, что чудовище учуяло его).

Шестиногие размножающиеся организмы…

Нельзя об этом думать.

– Вы действительно должны смотреть в оба, - обратился Моррисон к людям, которым не надо было об этом напоминать. - Должно быть, наш друг проявил беспечность. Туман снова поднимается. Возможно, мы найдем место, где сможем спрятаться.

Туман медленно рассеивался. Видимость улучшалась, и Моррисон велел отряду развернуться веером. Добровольцы подчинились и, следуя за вожаком, двигались прямо к чему-то напоминающему холм на горизонте.

Они миновали группу чужих, но теперь могли держаться от них на расстоянии. Жуки по-прежнему игнорировали их.

За исключением одного.

Он замер, развернулся, медленно повернул голову, что-то заметил и побежал.

Стейсон посмотрел налево и увидел чужого, бегущего на него - именно на него, а не на других людей.

Он вскинул ружье и выстрелил. Бесполезная пуля попала жуку в место соединения лапы и плеча и лишь разозлила чудовище.

Не обращая внимания на висящую лапу, чужой схватил Стейсона за талию. Несчастный закричал и постарался выстрелить. Чудовище открыло пасть. На секунду мелькнул двойной ряд зубов.

В последний момент Стейсон попытался увернуться, но зубы внутренней челюсти вонзились в его левый глаз и рот, пасти сомкнулись, и из головы парня полез коричневый мозг.

Потом чужой отвернулся от убитого и снова повернул голову.

Оставшиеся в живых замерли, не осмеливаясь двигаться и не осмеливаясь стрелять, чтобы не ранить товарищей.

Впрочем, оказалось, что в стрельбе не было необходимости. По крайней мере в тот момент. Чужой повернулся и неуклюже побрел прочь к группе своих сородичей.

Моррисон снова заставил людей двигаться.

Добровольцы затаили дыхание, когда чужие шли мимо них. Но вдруг ближайшие к ним замедлили ход и завертели головами. Моррисон молился: пусть окажется, что у них просто затекла шея или что-нибудь в этом роде. Но увы! Людям не повезло. Двое чужих отделились от группы. Вскоре к ним присоединился и третий.

– Дерьмо! - выругался Моррисон. У него не возникало сомнений по поводу того, куда направляются враги. Прямо на него. Он начал стрелять, когда чужие были еще на расстоянии тридцати ярдов, и запалил гранату. Выяснилось, однако, что он поджег все свои гранаты, чего вовсе не собирался делать, но он не умел обращаться с этим оружием, предназначенным для войны. Гранаты взлетели высоко в воздух, и многие упали позади чужих. Последняя граната ударила чужого в грудь, и его отбросило взрывной волной назад. Он смог подняться, но его морда была изуродована, пасть широко открыта, и за внешними челюстями были хорошо видны внутренние, меньшие, но это не прикончило чужого. Тряся головой, он шел прямо на Моррисона, все еще смертельно опасный.

У Моррисона не было на него времени. Двое других наступали быстрее. Он занялся тем, который находился слева, выстрелив ему в грудь, но не причинив вреда. Кто-то стрелял рядом с ним. Это был Эка Ну, подошедший к нему, чтобы помочь. Лаример тоже хотел присоединиться к ним, но черная длинная рука, появившаяся ниоткуда, схватила его за талию. Он резко повернулся, забившись как форель в сетях, когда чужой поднес его к лицу. Потом чудовище ослабило хватку, и Лаример, вопя, упал на землю. Монстр поднял его и забросил на плечо. Несчастный знал, что его ждет худшая смерть, которую он только мог себе представить. Ведь ему предстояло медленно подыхать подвешенным к стене муравейника, а новая жизнь будет зреть в нем, пока не сожрет его изнутри.

Моррисон и Эка Ну занимались двумя чужими, быстро приближающимися к ним. Моррисон видел, как пуля попала в жука, но тот не остановился. Закрыв глаза, он стрелял до тех пор, пока магазин не опустел. Открыв их, он увидел, что чужой мертв. Эке Ну повезло меньше. Чудовище подошло к нему на четырех лапах, крепко схватило за плечи, потом повернуло. Какое-то время их лица находились на одном уровне, потом чужой ударил человека, и больше тот ничего не чувствовал.

Моррисон остался один. Он задыхался, обессилел и дрожал. Все парни погибли. Он огляделся: чужих не видно. Может, они ушли. Может, он найдет…

На земле что-то зашевелилось. Это был жук, которого Моррисон считал мертвым. Чудовище медленно шло на него. Следом за ним - с полдюжины других.

«Да, - подумал Моррисон, вставляя дуло карабина в рот, - ограничитель подвел. Другого объяснения быть не может. Я сделал все, что мог», - и нажал на курок.

Входной люк шлюпки для сбора урожая дрожал под непрекращающимися ударами. Дверь открылась. Трое больших, сверхъестественно ужасных чужих стояли у входа, их мерзкие головы с резкими чертами поворачивались на коротких сильных шеях во все стороны, выискивая место, откуда могла исходить опасность. Они проигнорировали Норберта, защищенного ограничителем. Да и мертвые люди не привлекли их внимания.

Стен, наблюдая за всем этим из челнока, приказал:

– Пора, Норберт, за дело!

Норберт поднял Мака и повернул ошейник, в который был вмонтирован ограничитель. Он протянул собаку одному из чужих. Тот, ничуть не удивившись, тихо взял пса из лап робота.

Аккуратно неся Мака, чужой повернулся и покинул корабль. Потом, будто получив неслышный сигнал, чужие замаршировали по долине. Стен, Гилл и Джулия наблюдали за тем, как Норберт проследовал за чужими, уносящими Мака. У людей создалось впечатление, что они сами влезли в шкуру робота, и чувствовали, как он шел, раскачиваясь, по неровной почве. Стену пришлось отрегулировать связь, так как туман рассеялся, но поднялся жуткий ветер, завывающий как дух, стоны которого предвещают смерть. Ветер бушевал и растягивал шеренгу чужих, замедливших ход, но не мог остановить их. Песок собирался в огромные барханы.

Чужие шли к муравейнику, который показался, когда Норберт сменил угол зрения, оторвав взгляд от земли, и перевел его на подернутый дымкой горизонт. До муравейника было еще далеко, где-то с сотню ярдов, когда чужие остановились.

Стен еще пристальнее стал вглядываться в экран, но так и не понял, чего они ждут. Возможно, они получили сигнал, потому что развернулись веером и начали поиски, вертя головой, как охотничьи собаки, взявшие след.