Уильям Дитц - Планета-тюрьма

— Очень приятно, доктор Чин. Приветствую вас на Трясине.

Выпрямившись, Чин сделал жест в сторону груды трупов и сказал:

— Они устроили нам тут настоящий ад. Что с этими животными стряслось? Они всегда так себя ведут?

Ренн поднял бровь:

— Хороший вопрос, доктор. Один из тех, которые я собирался задать вам. Мне никогда не приходилось видеть, чтобы эти монстры вели себя подобным образом. Может, это ваша работа? Результат, так сказать, изучения вами местной фауны?

Чин в растерянности оглянулся на Джумо, который лишь улыбнулся и покачал головой. Выручили Чина звуки приближающихся голосов.

У Ренна возникло отчетливое ощущение, будто ученый чего-то недоговаривает и, что бы это ни было, командир с ним заодно. Мелькнула мысль задать Джумо вопрос напрямую, но Ренн тут же отказался от этого намерения, чувствуя, что таким образом ничего от него не добьется. Тогда он попытался зайти с другой стороны:

— Не обижайтесь, пожалуйста, но меня вот что интересует. Почему вы путешествуете так налегке? Здесь хватает опасностей и помимо кенгуру.

— Преступников, например, — добавила Марла.

Джумо понимающе закивал, сделав вид, что не слышал замечания Марлы.

— Кенгуру? Так вы называете этих тварей? Ну, в общем-то, они и в самом деле похожи на кенгуру, только одержимых жаждой убийства. Отвечаю на ваш вопрос. Мы не собирались приземляться. Как вы, наверное, догадываетесь, мы с космической станции. В наши планы входило лишь сделать низкий облет, произвести съемку и вернуться к себе. Увы, — он развел руками. — То, что осталось от шаттла, находится вон там, в нескольких милях отсюда, — Джумо указал на восток.

Ренн кивнул, недоумевая, почему производить съемку местности нужно в сопровождении команды морских пехотинцев, но догадывался, что спрашивать бесполезно.

— Оба наши пилота погибли во время крушения, — продолжал командир. — Мы как раз вытаскивали из обломков уцелевшее снаряжение, когда кенгуру напали на нас. Чего-чего, а этого мы никак не ожидали и просто бросились бежать. — Он пожал плечами. — Не слишком умно с нашей стороны, я полагаю.

Конечно, не слишком, подумал Ренн. Нужно было остаться около обломков и использовать их в качестве прикрытия. И, судя по выражению лица Джумо, приказ бежать отдал кто угодно, только не он.

— Пока мы бежали, они расправлялись с нами поодиночке. Так погибли Санчес и Гольдман. В полумиле отсюда мы сделали остановку и попытались задержать монстров. Это нам удалось… отчасти, но стоило жизни капралу Бирнсу и лейтенанту Костелло.

Док бросила, продолжая перевязывать ногу Ренна:

— Глупая сука.

— Попридержи язык, — сердито отозвался Джумо. Док пожала плечами, точно говоря: «Как скажешь», и вернулась к работе.

Однако этой короткой перепалки оказалось достаточно, чтобы Ренн понял, кто именно отдал приказ бежать. Лейтенант Костелло, на чьи останки они наткнулись посреди вытоптанной кенгуру просеки. Что ж, она дорого заплатила за свою ошибку. Жаль только, что, как это обычно бывает, вместе с ней пострадали ни в чем не повинные Санчес, Гольдман и Бирнс.

Беседа была прервана появлением еще двух пехотинцев. Они с обеих сторон поддерживали тяжело ступающую женщину, на правом бедре которой виднелась свежая повязка. Чин кинулся на помощь.

Сердце у Марлы заныло. Даже вымазанная в грязи и заляпанная пятнами засохшей крови, эта женщина поражала своей красотой. У нее были светлые волосы, яркие голубые глаза, высокие скулы, полные алые губы. И прекрасная фигура, чего не мог скрыть никакой мешковатый камуфляж. Единственный взгляд, брошенный на Ренна, подтвердил худшие опасения Марлы. Он смотрел на женщину с восторгом и еще так… как голодный смотрит на еду. Ясное дело, он не понимал, что светлые волосы красотки просто вытравлены кислотой. Марле стало совсем нехорошо. Но, сказала она себе, что есть, то есть, и ничего с этим не поделаешь.

Пехотинцы бережно усадили женщину на ствол дерева рядом с Ренном.

— Спасибо, ребята, — улыбнулась она. Голос у нее звучал тепло и дружелюбно. — Доставили меня лучше всякого такси. — Повернувшись к Ренну, она протянула ему руку. У нее были коротко остриженные ногти, как у человека, которому приходится много работать руками, что, в общем-то, несколько противоречило представлению о том, чей рабочий день протекает у микроскопа или за компьютером.

— Привет. Я — Ванесса Купер-Смит.

— Доктор Ванесса Купер-Смит, — с улыбкой поправил ее Чин. — И, несмотря на воздушный облик, весьма преуспевающий в своем деле.

— Больше, чем некоторые, — вставила Док, поднимаясь на ноги.

— Док… — предостерегающе начал было Джумо, но замолчал, когда Чин небрежно махнул рукой.

— Джонатан Ренн. Рад нашему знакомству.

Ренну страстно захотелось добавить что-нибудь еще, но, внезапно вспомнив, как давно не общался с женщинами, он побоялся ляпнуть какую-нибудь глупость. Впрочем, нельзя сказать, что он был совсем лишен женского общества. Существовала Марла, но, если оставить в стороне его ночные фантазии, это, конечно, было не в счет. Только тут до него дошло, что он еще не представил ее.

— Доктор Купер-Смит, позвольте представить вам Марлу Мари Мендез. Марла, доктор Купер-Смит.

Подняв бровь, Ванесса кивнула Марле с таким видом, словно говоря: «Это еще что такое?» Ренн, конечно, ничего не заметил, но Марла восприняла этот крошечный эпизод словно удар ножом.

— Очень приятно, Марла. Надеюсь, ты будешь звать меня Ванессой. Спасибо за помощь.

Марла натянуто кивнула, не решаясь произнести ни слова. И конечно, ни о каком «рукопожатии» в данном случае не могло быть и речи.

— Жаль прерывать ваш обмен любезностями, — сказал Джумо, — но, по-моему, нам пора убираться отсюда — слишком много мяса вокруг. Гости могут пожаловать в любой момент.

Чин и Ванесса посмотрели на Ренна, который кивнул в знак согласия.

— Ваш командир прав. — Он с сожалением покачал головой. — Жаль, что у нас нет времени снять с монстров шкуры. Вокруг лежат несметные сокровища..

Услышав это, Ванесса сморщила носик:

— Надеюсь, вы согласитесь стать нашим проводником. Уверена, что в этом случае мы сможем компенсировать все ваши потери.

— Ну надо же! — не удержалась от язвительного замечания Марла. — Она собирается компенсировать нам все потери. Какое великодушие!

Ренн нахмурился, и Марле стало ясно, что ее слова обернулись против нее же самой.

— Уймись, Марла… Полагаю, пока Ванесса и сама не понимает, насколько великодушно ее предложение. Но ничего, она поймет, когда мы объясним ей, какова истинная стоимость этих шкур.

Все засмеялись, но Марла не сомневалась, что проиграла это маленькое сражение. И не в ее силах было изменить ситуацию к лучшему.