"Фантастика 2026-200". Компиляция. Книги 1-24 - Дмитрий Ласточкин

— Ррряяяя, ррряяяаааа! — заревела макака и ударила всеми шестью руками себе в грудь.

И стала расти, набирая рост и вес на глазах. Пара секунд, и надо мной возвышалось чудовище в добрую сотню метров высотой! От её ауры вся местность вокруг смялась, провалилась вниз, деревья поломало и вдавило в землю, а всё живое умерло в радиусе пары километров, размазанное в пыль.

Я немного добавил защиты в формацию, что защищала принца с принцессой. Та держалась из последних сил под этим давлением, но теперь точно не сломается. А эту макаку и его хозяина надо оттеснить подальше отсюда!

Но, блин, два практика Башни Дао против меня одного — это многовато.

Хотя… это даже интересней! Кровь вскипела у меня в венах, я широко улыбнулся, чувствуя боевой азарт.

— Ха-ха-ха! Я тоже так могу! Печать Стали — защита! — рассмеялся я в лицо гиганту. Ну, или в его пальцы на ногах, тут уж как посмотреть.

Меч исчез из руки, а по мне стал расползаться металл, быстро покрыв всего с головы до ног. И сразу же расти в размерах! За секунды я вытянулся вверх, став одного роста с обезьяной, и превратился в стальную статую без особых различий, будто заготовка, даже непонятно снаружи, мужская это или женская фигура.

— Получай!

Обезьяна бросилась на меня, я же ответил ударом кулаком с Печатью Стали. Аура вокруг кулака сгустилась и расширилась, превратившись в призрачный образ, и ударила в грудь гигантского примата. Тот явно не ожидал такого удара и не готовился к нему, только и смог, что отлететь на несколько километров, взмахнув в воздухе всеми восемью конечностями и гневно ревя.

Теневые лапы впились мне в ногу, полосуя её когтями, но от пинка отлетели ещё дальше макаки! А больно, чёрт подери! Когти из тьмы прорезали сталь на два-три метра вглубь, оставляя за собой раны. Те зарастали, но часть духовной силы Тьмы оставалась в них, терзая изнутри.

Но я не обратил внимания. Моя жизненная сила текла через всё моё гигантское стальное тело, наполняя его мощью и жизненной силой. Такая мелочь меня сейчас не остановит! Я сам сидел в самой глубине стального гиганта, как семечко в яблоке, и урона почти не получал.

Так. Прибью сначала макаку, а потом займусь стариканом!

Бабуин уже поднялся на ноги и тряс всеми тремя головами, приходя в себя. При виде меня завизжал, брызгая слюной, согнулся до самой земли и вытащил из неё огроменный камень, который, казалось, сам прыгнул в лапы демона. С полкилометра диаметром, не меньше! Поднял эту громадину над головой и швырнул в меня!

Меч Металла прыгнул в руки, и я покрошил каменюку в щебёнку быстрыми ударами. Сквозь облако обломков ко мне уже нёсся демон. Все его шесть лап покрылись камнем, став похожими на круглые молоты, и пучились шипами. Камень покрыл и его тело, превратившись в подвижную броню. Видимо, этот урод владел законами Земли.

— Умри! — зарычала обезьяна и стала лупцевать меня каменными кулаками.

Я бил навстречу своими кулаками, и сталь отлично противостояла камню! Мы стояли и с рычанием и воплями были друг друга руками и лапами, раскидывая в овсе стороны обломки каменной брони.

Сзади! Теневые лапы подлетели сзади и с силой обрушились мне на спину, сбив с ног. Я потерял равновесие и рухнул на землю, а оттуда уже начинали вытягиваться каменные пики! Радостно заревев, обезьян ударил меня сверху всеми шестью лапами, чтоб проткнуть меня пиками.

Печать стали! Ударил вниз, разнося пики в пыль, перекувыркнулся и вскочил на ноги, снеся по пути небольшую скалу. Ногой по теневым лапам, отбросить их в сторону! Пока их нет, обрушиться на обезьяну! Усилить себя древними рунами! По тысяче рун Силы и Скорости!

Мои кулаки замелькали так, чтоб даже этот жуткий зверь не смог за ними проследить. Его каменная броня разлетелась осколками, две из шести рук сломались, безжизненно повиснув, из пастей полетели капли крови, сжигая землю и деревья под ногами.

Мощным ударом кулака, пробившим грудь макаки, я впечатал его в гору! Он пробил её склон так, что гора лопнула, трещины разорвали её от подножья до самой вершины! Посыпались камни, погребя под собой примата.

Теневые лапы схватили меня сзади за шею, впились когтями, полосуя горло. Перетёк другую сторону, выхватил Меч Металла и рубанул по одной из лап, усилив удар Печатью Стали. Лапа с гулким ударом лопнула, отбросив меня ударной волной в сторону. Вторая тоже отлетела, потом надулась — и разделилась. Их снова две!

Обломки горы зашевелились, из неё стала вылезать макака, утирая кровь с пастей лапами. Раны на её груди зарастали с видимой скоростью, а камни вокруг осыпались, отдавая свою силу этой твари. Проклятье! Он же владеет законами камня! Неудивительно, что скалы исцеляют его.

Хорошо! Получай тогда ещё!

Ещё тысяча древних рун! Подскочил к обезьяне и стал бить его, вколачивая в скалу. Она его исцеляет, но медленнее, чем я убиваю! Примат ревел, обивался лапами и ногами, пытался погрузить меня в камень или проткнуть им, обрушить всю гору мне на голову! А я бил и бил, ломая кости и разрывая внутренности! Сзади накинулись теневые лапы, впились в спину и шею, разрывая сталь. Не обращать внимания!

Грудь обезьяны лопнула, превратившись в дырявый кусок мяса и дроблёных костей. Вонзил туда стальную руку, схватил бьющееся сердце и вырвал его! Кровь залила мне руки и грудь, за сердцем вытянулись и лёгкие. Макака вытаращила глаза, беззвучно разевая пасти, но нечем ему было реветь. Сдавил сердце в кулаке, так, что оно лопнуло, залив кровью и меня с головы до ног, и всё вокруг.

Но… Обезьяна не умирала! Я видел, как внутренности начали регенерировать, вырастали новые лёгкие и сердце, а оскал из болезненного стал яростным.

Получай! Двумя руками схватил за шею, надавил коленом на живот и дёрнул! Макака задёргалась так, что гора окончательно стала разваливаться на части. А её позвоночник с мокрым хлюпаньем вырвался из тела! Череп мне ещё понадобится, а вот сам позвоночник… разломал его на несколько частей, а головы откинул в сторону.

Хм, забавно, позвоночник один, а голов три!

— Сука! Тварь! Как ты могла убить моего Хоу⁈ Я вырву тебя из твоего панциря и сделаю своей рабыней на тысячу лет! — визжал тёмный практик похлеще своей обезьяны.

— Ты не проживёшь тысячу лет. Ты и часа не протянешь, старик! — ухмыльнулся