Майкл Стэкпол - Сумерки Кланов-2: Возрождение Завета

Сунь-Цзы навис над ней и протянул руку.

— Я весьма польщен вашим согласием принять мое приглашение.

Катрина коротко пожала его руку, потом сцепила руки на пояснице.

— А вы знаете причины, Канцлер, по которым я могла бы его не принять?

Он улыбнулся и жестом пригласил ее сесть в кресло с павлинами.

— Насколько я помню, вы были несколько раздражены моим завоеванием Борея.

— Завоеванием? — Катрина заставила себя улыбнуться, скрывая резкую вспышку гнева.

Сунь-Цзы предпринял шаги к захвату миров, которые она провозгласила частью своего Лиранского Альянса. Это провозглашение было сделано главным образом в пику ее брату, хотя Борей — это был приз, который она хотела бы удержать. Знаменитые кондотьеры, горцы Борея, сделали этот мир своей родиной, а возможность добавить их к своей армии — вещь очень неплохая.

— Насколько я помню, Канцлер, вы отдали этот мир горцам — мир, который они могли взять и удержать и без вашей Конфедерации. Ваша власть над ними номинальна.

— Да, почти как ваша власть над полковником Келлом и его Гончими.

Катрина села, положила ногу на ногу. Светло-серая юбка чуть приподнялась, открыв серые кожаные сапоги до колен.

— Если бы в жизни не было разочарований, она была бы скучна. Ваше посягательство на Борей было мне не по душе, но едва ли я стала бы считать его достаточным оправданием вражды между нами. На самом деле я чувствую себя у вас в долгу.

Нефритовые глаза Сунь-Цзы стали больше,

— У меня в долгу? И как же я этого добился?

— Мне было приятно ваше нападение на Моргана Келла на первом заседании. В долгосрочной перспективе присутствие Моргана будет полезным, но в тот момент оно было для меня оскорблением, организованным моим братом.

Канцлер кивнул:

— Виктор похож на рыбью кость в горле: мелочь, которую невозможно не замечать, и иногда она бывает смертельной.

— Вижу, вы уже составили о нем мнение, — вздохнула Катрина. — Но от него тоже бывает польза. Фокус в том, чтобы горло, в котором он застрял, не оказалось вашим. Сейчас я думаю, что им подавятся Кланы, — и на здоровье.

Сунь-Цзы нахмурился.

— Вы действительно думаете, что Виктор согласится возглавить экспедиционный корпус?

— Согласится? Он в этом видит смысл своей жизни. Зачем бы иначе он привез с собой Ивонну? Она здесь обучается в ходе работы, чтобы заменять правителя Федеративного Содружества, пока его не будет. — Катрина тихо засмеялась. — Трудной работой было бы удержать Виктора здесь. А если посмотреть в лицо фактам, то лучшей кандидатуры для командующего корпусом не найти.

— Вы так думаете?

— А кто? Вы? — Она засмеялась чуть сильнее. — Прецентор стар, Хохиро Курита — доблестный воин, но история его битв с Кланами не в его пользу. Кай не имеет политического веса, а остальные либо слишком стары, либо не умеют воевать. Нет, командовать будет Виктор. И что бы мы с вами ни делали, этого не изменить.

— Хорошо. — Сунь-Цзы серьезно кивнул, — Мне будет спокойней спать, если ваш брат будет где-то далеко биться с Кланами, а Кай будет с ним.

Катрина откинулась на спинку и посмотрела на Сунь-Цзы полуприщуренными глазами. Тот Сунь-Цзы, с которым ей приходилось иметь дело раньше, был чуть более неуравновешен, чем сидящий напротив человек. Его ненависть к Виктору и Каю была легендарной и порождала десятиминутные гневные тирады посреди самых обыденных разговоров.

Иррациональность — его щит. Зачем он его убрал сейчас, со мной?

— Канцлер, вы меня удивляете. Обычно упоминание моего брата или Кая вызывает у вас апоплексический приступ.

— Тигриные полосы, Архонтесса. Защитная окраска. Мое государство мало, и многие не обращают на него внимания, считая, что я унаследовал фамильное безумие. — Сунь-Цзы пожал плечами. — Если из-за этого меня недооценивают, то у меня есть преимущество перед другими.

— А зачем тогда показывать мне, что вы нас всех дурачите?

— Это рассчитанный риск. Многие принимают вас за легковесную светскую бабочку, которая правит лишь за счет личного обаяния, но я этому не верю.

ѕ Да?

— Да. Будь это правдой, мой дядя ни за что не стал бы на вас работать. А поскольку вы не предприняли серьезных усилий дестабилизировать мое государство, значит, у него нет на вас слишком сильного влияния, то есть у вас больше стали в хребте, чем я раньше думал. — Сунь-Цзы развел руками. — Так что маски носим мы оба, и это делает нас своего рода союзниками.

— Союзниками? Зачем мне считать вас союзником?

— У нас общие враги, Архонтесса. Скажем, ваш брат был бы рад отобрать и мое и ваше государство. Томас Марик тоже враг каждого из нас, и он стравливает нас друг с другом. Вам приходится волноваться, что его государство попадет в руки Изиды и мои. Я должен волноваться, что он на вас женится и произведет на свет наследника обоих ваших государств.

— Томас женится на мне? — Катрина рассмеялась коротким лающим смехом. — Боюсь, этого никогда не случится. Вас беспокоит не мой ребенок, а ребенок его наложницы. Вы знаете, что рано или поздно он появится на свет.

— Да, это будет проблема. — Сунь-Цзы поднял глаза на Катрину. — Конечно, мы могли бы заключить брак с вами, и тогда Томас оказался бы между двух огней.

Замечание Сунь-Цзы застало Катрину врасплох. Она было возмутилась, но подавила презрительный смех, которым ей хотелось ответить на это предложение. Катрина знала, что Сунь-Цзы ее совершенно не привлекает из-за многих лет предубеждения. Обычно отпрыски Максимилиана Ляо — за исключением Кэндис — с детства были безмозглыми чудовищами. Максимилиан пытался отобрать Федерацию Солнц у ее отца, и это уже достаточное основание для ненависти к нему и его потомству. Намекали даже, что Кэндис рождена женой Максимилиана, но все ее родство с Максимилианом этим и кончается. Это были попытки объяснить, почему ее можно иметь в союзниках.

Альянс Катрины и Сунь-Цзы создал бы существенный узел власти во Внутренней Сфере. Он бы дал возможность тут же утихомирить Направление Хаоса и усилить Лиранский Альянс, введя в него больше миров, чем было захвачено Кланами. Томаса Марика этот брак поставил бы в трудное положение, но на войну с противниками у него не хватило бы сил, и пришлось бы к ним приспособиться. Три государства фактически сольются в одно, и можно будет четко провести линию фронта между Катриной и ее братом.

— Наш с вами брак, Сунь-Цзы, принес бы некоторые преимущества, но я не убеждена, что сейчас для этого подходящее время. — Катрина улыбнулась. — В конце концов, вы же помолвлены с Изидой Марик.

— Конечно, и уже больше шести лет. — Сунь-Цзы прошипел этот срок, будто ядом плюнул. — Томас изменил своему слову назначить дату, и помолвка оказалась фальшивой. Свое государство он держит передо мной морковкой, но отгоняет меня палкой. Да, его поддержка моего удара в Полосу Сарна — это был вкус морковки, но на самом деле он никогда не собирался мне ее отдавать.