Сергей Коротков - О возвращении забыть
— Хант, давай живо сюда свой "Печенег"! — крикнул Аперкорт, пыхтя с Копотем у ржавого люка. — Ха-ант?!
Пулемётчик швырнул грязный заклинивший пулемёт к ногам командира, а сам на автопилоте, машинально перезаряжая обойму АПС, шагнул в поток несущихся тел.
— Ха-а-ант!
Крик Аперкорта заглушила очередь из пистолета, разящая мутантов без разбору. Черное лицо Ханта, искаженное злорадством и диким азартом, от какой-то ярости и боли обнажило желтые зубы. Он на секунду стал похож на негра — весь в копоти и грязи, чёрной униформе, с толстыми кровавыми обкусанными губами.
Несколько тушек крыс и одного пса сбили пули, но в следующую секунду мчащаяся фургоном псевдоплоть с визгом и смачным шлепком снесла долговца с ног. Его тело тут же растоптали, разорвали и ударами швырнули дальше по тоннелю. Лай, визг, рык, вой, рёв — какофония обреченных на смерть зверей огласила бетонные своды подземного перехода.
Копоть потянул за ногу командира, ошалевшего от увиденного. Используя пулемёт как ломик-рычаг, они со скрежетом сорвали люк. Из проёма под ним вырвались клубы пыли и чёрной взвеси непонятного состава. Дохнуло тёплой вонью и смрадом. Боец отдёрнул командира, полезшего было вниз:
— Стой, командир!
Он вынул гранату, отогнул усик, сорвал кольцо и бросил в лаз. Прикрылся, отодвигая в сторону Аперкорта. Глухо, затем нарастающе зычно долбанул взрыв, выбросив облако дыма, искр и пыли.
— Теперь можно, — Копоть полез первым, перезарядив АКМ, — командир, на всяк случай давай сначала я!
— Лады. Понял. Да, — Аперкорт бормотал что-то несвязное, но уже начал приходить в себя, — иду, Копоть. Вперёд!
Задвинув за собой люк, долговцы стали карабкаться вниз по ржавым хилым скобам. И тут земля задрожала, загудела, гулом наполняя пустоты подземелья.
— Живей, Копоть! — крикнул сверху Аперкорт, почти наступая берцами на шлем напарника.
— Здесь… нет скобы…
Он не успел понять, что ответил Копоть. Сильный толчок сверху с ужасающим звуком сбил обоих. Но если боец внизу удержался на весу, то отсутствие очередной скобы и удар из пустоты тряхнули командира, отчего он сорвался и увлёк в падение обоих. Тела полетели вниз, обдирая кожу, ломая конечности, и глухо шмякнулись на дно колодца.
Через минуту началась Вспышка…
***— Народ, слушай сюда! — Кузбасс выпучил грудь колесом, но от этого живот не уменьшился. — Вспышка разрядилась, все самое страшное уже позади. Теперь, как вы все знаете, задача одна — терпеливо дождаться нейтрализации атмосферы вокруг нашего убежища и спокойно покинуть его! Утром мои ребята сделают вылазку и первые замеры. По их результатам посмотрим, когда можно на выход. Сейчас попрошу принять меры личной радиационной защиты, дабы подготовить организм к новой среде. Прошу старичков и бывалых помочь новичкам нужным словом… э-э… советом! Где находятся средства гигиены, туалеты и питьевая вода — все знают. Сохраняйте спокойствие и терпение. Отдыхайте, набирайтесь сил! Все согласны? Вопросов нет?
Толпа стоящих, сидящих и лежащих одобрительно заголосила.
— Можете переводить время на новый манер. Отчёт хронометра пошёл до Пятой Вспышки. Я пока свяжусь с соседями, узнаю, есть ли новости по Зоне. Да поможет вам Зона!
Народ вразнобой вполголоса загудел, снова располагаясь на отдых. Летучка прошла, и каждый мог позволить себе полсуток предаться несуетливой возне с личным скарбом, починке, беседам и моральным настроям.
К полусидящему спиной к холодной стене и с закрытыми глазами сталкеру, у ног которого ютился в позе лотоса мальчишка лет четырнадцати, подошла Герда. Она, ловко лавируя между тел и вызывая возгласы и обсуждения её второго размера и круглой попки, присела на корточки возле известных в Зоне отца и сына по прозвищу Полтора.
Пацан, обтачивая кончики арбалетных стрел надфилем, улыбнулся гостье и серьёзно продолжил занятие. Одежда обоих была обычной — тельняшки под легкими брезентовыми куртками с капюшонами, такие же тёплые штаны из плотной ткани, высокие ботинки, потрёпанные и облезлые уже не в одном походе. Два рюкзака рядом, мини-арбалет с магазином на десяток стрел, АК-74 с двумя рожками в изоленте, "Чейзер" в чехле и свёрток китайской палатки. Между колен мальца лежал недоеденный "Сникерс", рядом пара коробок-обойм для арбалета.
Мужчина, скрестив крепкие волосатые руки на груди, казалось, дремал. Шрам от уха по скуле к подбородку нисколько не обезображивал его вполне приятное славянское лицо, загорелое и обветренное. С лёгкой щетиной по овалу. Виски, как и у сына, выстрижены полосками под машинку.
Женщина протянула было руку, чтоб разбудить сталкера, но тот открыл глаза:
— Что хотела?
— А-а… — Герда аж опешила и дёрнулась, — вы сама любезность!
— Я знаю. Ты пришла, чтобы мне это сообщить? — сталкер прикрыл веки, показывая всем видом своё безразличие к гостье.
— Да-а, мне говорили, что вы такой холодный и равнодушный!
— Мне по барабану!
— Вы — Тагил, а это, — Герда взглянула на мальчика, — Вовчик! Правильно? Вы отец и сын и ваш позывной Полтора! Верно?
— Не верно. Ступай с Богом, женщина!
— Простите, Тагил, но я к вам пришла с…
— Не я к тебе пришёл, а ты! Так что незваный гость… сама знаешь!
— Господи! Тагил, раз уж перешли на "ты" с вашей милостью, будь любезен дослушать меня! — Герда начала распаляться, покрывшись бледностью и раздувая ноздри остренького носика, но поймала взгляд мальчика и его отрицательный жест головой.
Сталкер открыл глаза и отпрянул от стены. Ещё одна секунда — и, наверное, он бы бросил пару ласковых этой бабёнке, но инициативу перехватила она:
— Я заказчик с Большой земли! И много плачу за маленький турпоход! Ты готов выслушать условия и взяться за работу?
Тагил посмотрел на неё пронзительным взглядом, фильтруя слова и визуально прокачивая насквозь её мозг, затем подмигнул сыну, который тоже проявил интерес.
— Не здесь, Герда Батьковна! Некоторые в этом подвале ещё имеют недорезанные уши!
Она проследила за его взглядом. Два сталкера справа, а за ними трое головорезов из бандитского клана Басмача притихли, вслушиваясь в их разговор. Встрепенулись. Типа отвлеклись, занялись своими беседами.
Но слева загундосил что-то против силовик "Отваги":
— Чё-ё?! Ты кого тут имел в виду, брателло?
— Вот видишь, Герда, что я и говорил!
Тагил повернулся вполоборота к "отважному", и в полусумерках подвала мелькнула его кисть. Начавший вставать здоровячок ойкнул, получив всего лишь большим пальцем в область возле уха, и тучно повалился обратно на матрас. Сталкер поправил его руку и голову, укладывая "спать", но Герда увидела, что он ещё и надавил ему на сонку. Никто вокруг и не заметил ничего подозрительного, а если и да, то не придал тому значения.