Дмитрий Дмитрий - Клинок выковывается

Ушедшая для поимки телят сотня людей, охраняемая дружинниками, до сих пор не вернулась, но пока я особо не переживал, так как Рон был с ними.

«Жаль, Ур'такал пока ничего не рассказывает про свои поиски саботажников, — я мысленно вздохнул. — Всё время отвечает, что выдаст только готовую информацию. Хорошо, шаман вместе со знахаркой активно занялись строительством больницы, хоть это радует».

— Макс! — голос Тарака вывел меня из задумчивости, и я, положив заготовку бороны в горн для второго нагрева, повернулся к нему.

— Да, мастер?

— Зеленомордый тебя ищет, — гном махнул ручищей в сторону выхода, и, забрав у меня инструменты, встал к горну.

Я удивлённо пошёл к выходу. Чтобы Тарак заменил меня за работой, да ещё ради орка — наверно, скоро настанет конец света.

На улице меня действительно ждал Ур'такал. Едва увидев выражение его лица, а также воинственно сжатую в могучих лапах огромную дубину, я сразу же стащил с себя фартук и бросился к нему.

Орк быстрым шагом двинулся в сторону моего дома, я поспешил за ним.

— У нас проблемы, — проговорил он на ходу. — Выяснилось, что имеются не разрозненные акты саботажа, а целенаправленные действия нескольких групп людей и гномов, устраивающих неприятности, причём независимо друг от друга.

— В смысле? — я кинул на него удивлённый взгляд. — Как люди и гномы могли договориться между собой, чтобы пакостить?

— Ты меня плохо расслышал? — орк едва слышно фыркнул. — Они не знают о других группах и гадят независимо, хотя, конечно, видя, что ущерб причиняется не только от их действий, догадываются, что они не одни.

— Очень интересно, кто же стоит за этим всем?

— Это мы и идём узнать, — орк скользнул к одному из домов. — У одной из групп время отчёта перед их нанимателем. Нужно захватить их до того, как они выпустят голубя.

Я с уважением посмотрел на орка, который совсем недавно говорил, что не справится с работой по поиску шпионов.

В дом мы проникли без проблем, задвижка была им заранее подпилена, поэтому вошли мы вообще без шума. Быстро осмотрев две комнаты, орк показал пальцем наверх. Лестница на чердак обнаружилась в углу комнаты, за ширмой, она была спущена, а люк открыт.

Орк прижал палец к губам, затем отдал мне дубину, и с ловкостью белки вскарабкался наверх. Не успел я поставить ногу на лестницу, как наверху раздался шум борьбы и приглушённый стон, быстро затихший.

Поднявшись, я высунул голову в люк и огляделся. Возле окна, согнувшись, стоял орк, засовывая в клетку голубя, а на полу лежало тело. Я поднялся наверх и, пригнув голову, чтобы не удариться о балки, подошёл ближе.

— Девушка?! — вырвалось у меня, когда я понял, что лежащее на полу тело принадлежит женщине. — Всё страньше и страньше становится.

— Едва успели, — орк оскалился, — чуть было не выпустила голубя.

— Ну, давай посмотрим, чего тут написано, — я подошёл к клетке и, осторожно открыв её, аккуратно сжал ладонью голубя, к лапке которого был привязан маленький кожаный мешочек.

Отвязав его, я засунул птицу обратно к пяти её сотоварищам, достал из мешочка записку и развернул её. На бумажке мелким почерком, безо всякой системы были выписаны буквы шаморского алфавита.

Я взглянул на орка.

— Конспирация, — я показал ему записку, — шифр, блин.

— Будем пытать, — буднично ответил орк. — Ты пока займись ею, а я прихвачу десяток гномов и арестую остальных из этой группы.

— Хорошо, буду ждать тебя здесь, — я подошёл к девушке и на всякий случай связал её.

Орк юркнул в люк и я остался один. Я снова поизучал записку, окончательно убедившись в том, что без ключа её не прочитать.

«Может, ключ у неё? Надо бы обыскать», — подумал я, глядя на девушку, по-прежнему лежавшую без сознания. Карманов на длинном сарафане не было, поэтому пришлось обыскивать корсет и нижнее бельё. Ничего не найдя, я вернулся к окну.

Прелести девушки меня, конечно, возбудили, но не до такой степени, чтобы я забыл о деле. «Если записки шифруют, значит, не простая группа, нанятая недовольным человеком или гномом», — задумался я, глядя на девушку, которая была довольно привлекательной, а уж после того, как я её ещё и обыскал — так очень даже ничего.

Девушка застонала, открыла глаза и попыталась пошевелиться, но связанные за спиной руки и стянутые лодыжки позволили ей только перекатиться на левый бок. Наши взгляды скрестились.

— По какому праву вы меня связали? — её возмущённый голос вывел меня из задумчивости. — Кто вам такое позволил? Вернутся родители и вам не поздоровится!

— Знаешь, мне бы твоя наглость даже понравилась, но вот обстоятельства не позволяют, — я нисколько не обольщался на её счёт. — Поэтому предлагаю тебе прекратить это представление и сказать мне, где ключ от шифра.

— Ничего ни о каких ключах не знаю, меня просто попросили присмотреть за голубями, — ничуть не смутилась девица. — Я сидела, играла с ними, а тут ворвалось чудище и ударило меня.

Девушка захлопала ресницами и пустила слезу.

«Странно, ещё несколько месяцев назад только один вид плачущей девушки меня бы растрогал, — внезапно с абсолютно трезвым рассудком понял я. — Похоже, рабство оставило шрамы не только на теле».

— Знаешь, есть множество неприятных и унизительных способов заставить тебя говорить правду, — я упёрся рукой в стену и высунулся в окно, всё было спокойно. — Можешь мне поверить, я применю все из них, чтобы ты заговорила. — Я посмотрел на девушку и она вздрогнула. — Даже если в конце мне придется разговаривать с бормочущим куском бесформенного мяса.

— Я ничего не знаю, — повторила она, но без прежней уверенности в голосе, — я просто присматривала за голубями.

— Ты решила поиграть во взрослые игры со шпионами, — я говорил спокойно и вкрадчиво, — поэтому я буду относиться к тебе соответственно. Если для тебя преданность нанимателю значит больше, чем собственное красивое тело, то на другое отношение к тебе я и не настроен.

— Да, всю меня потрогал, — зло ответила она, прищурив глаза, похоже, уверенность начала понемногу её покидать. — Я чувствовала, с каким вожделением ты меня трогал.

Я засмеялся, её наивность меня поразила. Если я что и чувствовал, когда её обыскивал, то уж точно не похоть, хотя многое из ощупанного мне понравилось, тут уж против генов не попрёшь.

— Знаешь, по большому счёту мне всё равно, кто твой наниматель, — я прикрыл глаза. — Твоя группа нам уже известна, возьмём участников, ликвидируем, потом так же поступим со следующей. Просто есть у меня, видишь ли, немного здорового любопытства, интересно стало узнать, кому же я так не угодил?