Роман Лагутин - Запретный отсров

Что касается Бернарда, он не очень обрадовался на счет взрывчатки, появившейся в руке Оливера. Вулканолог вновь принялся трындеть и настаивать на том, что взорвать обсидиановый пол будет большой ошибкой. В конце концов, грозный взгляд Владимира заставил вулканолога успокоиться и смериться с тем, что замысел будет исполнен в любом случае, хочет он этого или нет.

Через небольшой промежуток времени взрывчатка была благополучно установлена в центральной части термального грота. Много было споров по поводу того, сколько необходимо установить времени на отсчетном таймере. Три часа, показалось соратникам, более чем достаточно.

Взрывчатка представляла собой монолитный блок с электронными часами.

Большие красные цифры высвечивались на табло. Когда Оливер выставлял необходимое время, что-то зашуршало над головой, рука мужчины дрогнула, и он нажал кнопку активации в тот момент, когда на дисплее часов высвечивалось только шестьдесят минут.

— Черт! — сплюнув, выругался Оливер. — У нас в запасе только шестьдесят минут.

— Думаешь, этого будет достаточно? — осведомилась Элизабет.

— Не знаю, но все равно уже ничего нельзя изменить. — Оливер нервно потыкал зеленую клавишу. — Кнопка сброса не работает.

— Хорошо, что это не шестьдесят секунд, — громко проговорил Владимир. Его слова подействовали на соратников в какой-то мере успокоительно. — Пойдемте, нам нужно идти.

Давно пора! — пропыхтел Бернард, проходя перед Владимиром. Русский устремился следом за ним.

Проходя мимо Моррисона, Оливер еще раз напоследок осмотрел термальную вулканическую камеру.

— Вся эта пещера, — проговорил он, входя в темноту тоннеля, — напоминает мне человеческий организм. Вошли мы через рот. Прошли по пищеводу в желудок, я имею в виду алмазный грот. Затем провалились ниже — в кишечник. Запах тут соответствующий. Теперь следуем по нему дальше, надеюсь, к выходу.

— Исходя из твоей теории, — насмешливо заключил Владимир. — Когда будем в прямом кишечнике — выйдем из задницы!

Синие собратья расступились, пропуская вперед своего альфа-паука. Он медленно подошел к провалу, созданному людьми в центре алмазного грота, и остановился.

Из почти круглого, достаточно большого отверстия исходило магматическое тепло и светло-красный лавовый свет. Альфа-паук, страшась жара и кристаллизующего света, попятился назад. Заняв наиболее безопасную позицию, он принялся изучать своими чувствительными ворсистыми рецепторами происходящую внизу обстановку.

В следующую секунду альфа-паук яростно запищал, осознав, что людей внизу уже нет. Оставленный ими неприметный монолитный предмет, восьмипалый монстр не заметил. Слишком уж сильно он заволновался на счет двуногих разумных созданий, незаметно ускользнувших из вида.

Один из ближайших собратьев приблизился к альфа-пауку.

«Что нам дальше следует делать?» — беззвучно обратился он к весьма крупному предводителю. Прочие пауки тоже в своем паучьем мозгу слышали этот вопрос. Те, кто до этого был чем-то отвлечен, мигом отреагировав, повернулись к восьминогому главе.

«Останьтесь здесь, братья, я сам поймаю оставшихся. — Он указал передним придатком на кристаллизованных собратьев. — Впредь нельзя допускать подобного. — Затем повел кончиком стекловидной лапки в направлении окровавленных людей, посаженных рядом друг с другом. Дэвид и Норман прибывали в бессознательном состоянии, их уже нельзя было вернуть к жизни. — Дождитесь рождения наших новых братьев».

«Слушаемся тебя!» — единовременно беззвучно произнесли все пауки.

Покинув своих собратьев, альфа-паук, просеменив по единственному тоннелю, вышел в грот — с двумя мертвецами. Его голубоватое неоновое сияние частично озарило погруженную в кромешную темноту значительную пещерную комнату. Когда-то тут тоже были коконы с Частицами, но когда закончились алмазы, все они переместились в последний тупиковый грот.

«Какой выбрать путь?» — замерев на месте, озадачился восьминогий монстр. Паук, приподняв передние придатки, сперва прощупал колебания исходящие из дальнего тоннеля, находящегося в другом конце грота. Не обнаружив ничего подозрительного, он повернулся к туннелю напротив. Кончики его стекловидных лапок дрогнули, когда он почувствовал вдалеке, немного ниже своего уровня, перемещающиеся, живые, двуногие организмы. Паучье сознание словно бы перенеслось в то место, где сейчас проходили люди.

Определившись с правильным направлением, альфа-паук, перебирая восемью лапками и издавая характерные его поступи ритмичные постукивания, отправился в дорогу — наперерез к заплутавшим путникам.

Бернард всегда был горд своей профессией вулканолога. Он с самого детства мечтал о путешествиях и пещерных исследованиях. Все это свершилось в его жизни, и всегда он мог найти множественные пути к выходу. Но только теперь он разочаровался в себе, осознав, что без специальных навигационных устройств или вспомогательных ориентиров его знания практически ничего не стоят.

— Сдается мне, что отсюда мы так и не сможем найти выход, — разочарованно подметила Элизабет, опустив взгляд в темно-серый каменный пол. Даже если нам в ближайшее время удастся найти знакомый перекресток, потребуется еще масса дополнительного времени, чтобы отыскать выход из пещеры. Я права?

Бернард, не оборачиваясь, только согласно хмыкнул. Моррисон на ходу снял свой рюкзак и вытащил плитку молочного шоколада.

— Вот, возьми, — сказал он Элизабет. — Шоколад — самое лучшее успокоительное средство. Он способствует выработке эндорфинов.

Владимир тоже посмотрел на Элизабет. Ее усталый вид говорил сам за себя.

Долгие мучительные скитания по закоулкам пещеры не пошли на пользу ее внешней привлекательности. Но, несмотря на это, она все равно выглядела весьма аппетитно.

— Лично у меня гормон радости и хорошего настроения вырабатывается не за счет шоколадок, а посредством спиртосодержащей жидкости, употребляемой внутрь. Желательно в больших количествах! — Владимир помедлил, изучив физиономии уставившихся на него сподвижников. — Шутка. Небось вы считаете: в России только и делают, что пьют спиртное, да тренируют медведей играть веселые мелодии на балалайках?!