Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина

«Западные компании будут кушать с моей ладони», — подумал Жириновский. — «Для них сверхчистые полупроводники — это всё равно, что скачок на два техпроцесса вперёд, за какие-то там доллары, франки, фунты и марки. Эдакое нечестное конкурентное преимущество, которое можно купить за деньги. Наркотиками торговать не так выгодно, как сверхчистыми полупроводниками. Во всяком случае, покупатели будут всегда и никогда не соскочат».

Интересуйся он подобным заранее, разработка «Мира-2» началась бы в день его инаугурации — в тот день он бы подписал указ, который был подписан им только 14 декабря 1992 года.

Это решение проблемы технологического отставания, это подсаживание Запада на сверхчистую полупроводниковую иглу, это престиж страны, а также исторический вклад Жириновского.

«Это надо было сделать уже давно — параллельно с „Энергией-Бураном“, вашу мать!» — подумал он с гневом. — «Горбачёв! Подонок, мерзавец и предатель!»

В конце концов, при условии, что СССР бы сохранился каким-то чудом без участия в этом Жириновского, к этому бы пришли — «Мир-2» был бы построен, ведь всё планировалось. Отставание бы сократили, но и только.

Но теперь Владимиру мало этого сокращения отставания…

— Сколько мы планируем производственных модулей полупроводников на станции? — спросил он.

— Пока что, только один, — ответил Штерн. — Но проект предусматривает расширение количества модулей до восьми — при условии, что первый покажет ожидаемую продуктивность. Мы ожидаем годового производства 5,5 тонн сверхчистых полупроводников суммарно от всех восьми модулей.

Владимир задумался об этом и ему показалось мало.

«Мне нужно вдовое или втрое больше», — решил он про себя.

Но предельная вместимость станции крайне ограничена, поэтому придётся что-то «выкинуть»…

— Знаете, что⁈ — вскочив с кресла, спросил Жириновский. — К чёрту лунную программу! Сколько дополнительных производственных модулей мы сможем поставить на станцию, если уберём эту бесполезную ерунду⁈

*СССР, РСФСР, Подмосковье, Белеутово-7, дача Жириновского, 1 октября 1993 года*

Владимир посмотрел на заходящее Солнце, скрывшееся за розовато-серыми облаками, тяжело вздохнул и вновь взялся за пульт управления.

Танк Т-80УД-2, вернее, миниатюрная версия танка, обошедшаяся ему в 75 рублей и 30 копеек, оснащённая радиоуправлением и механизмом поворота башни, зарычал из встроенного динамика и поехал по дорожке из брусчатки.

Он проехал полтора десятка метров, на предел своей дальности, а затем Жириновский нажал на кнопку имитации выстрела.

Игорь, жарящий шашлыки у мангала, повернулся к отцу, а тот подал танк чуть вперёд и сразу же остановил его.

Сын кивнул и поставил на крышу танка блюдо с готовым шашлыком на шампурах.

Жириновский-старший развернул танк на месте и повёл его в обратный путь.

— До чего дошёл прогресс… — изрёк Геннадий Орлов, сидящий за столом напротив Владимира, и стряхнул пепел в урну справа от лавки.

— То ли ещё будет, — сказал на это Жириновский и поставил блюдо с шашлыком на стол. — Теперь надо за пивом сходить…

— Я схожу, — предложил Герман.

Герман Сергеевич Долматов — это старый знакомый Жириновского. Они примерно в одно время воевали в Афганистане, вместе вернулись в Москву, а затем Долматов стал завсегдатаем Дома воинов-интернационалистов, а оттуда попал в кооперативное движение.

В определённый период, он управлял региональным отделом Организации в Латвийской ССР, а затем заведовал всей Прибалтикой.

Но когда Прибалтика себя полностью исчерпала, Штерн посчитал необходимым направить Долматова в Афганистан, где он всё это время помогал наладить работу местной Организации.

Со своей задачей он справился, а теперь нужно решить, что с ним делать дальше.

— Не нужно, — дёрнув головой, ответил ему Владимир. — Сейчас сам схожу…

Он вновь развернул танк и съехал с брусчатки на траву.

Его планом было добраться до двери, ведущей на кухню, и обстрелять её, чтобы привлечь внимание жены, которая и передаст пиво из холодильника через танк.

Но Т-80УД-2 подвёл своего хозяина примерно через семь метров — судя по всему, окончательно села батарея.

— Да когда же они научатся делать нормальные батареи⁈ — раздражённо вопросил Жириновский у небес. — Товарищ гвардии старшина…

— Я быстро, — сказал тот, встав из-за стола.

Герман ушёл к дому, а Орлов потушил бычок об землю и бросил его в урну.

— Ты бы пепельницу здесь предусмотрел, что ли… — произнёс врио председателя КГБ.

— Да была, но разбилась, — ответил Жириновский, вилкой счищая мясо с шампура на тарелку. — То ли ветер снёс, то ли соседская кошка скинула — поди разберись теперь.

— Где-то я видел этого парня, — произнёс нахмурившийся Орлов.

— В Афгане, — убеждённо ответил ему Владимир. — Больше негде — он из десантников, служил в 103-й гвардейской. Ну, или в доме воинов — только ты же практически не захаживал.

— Возможно… — сказал Геннадий. — И что думаешь на его счёт?

— Да вот, думаю, что надо его в Таджикскую ССР отправить, — ответил Жириновский. — Нужен компетентный руководитель для республиканского координационного узла ГКО. Скоро будет начата интеграция афганской экономики в общесоюзную — через Таджикистан, конечно же. Будет хорошо, если в этом поучаствует человек, не понаслышке знающий, как всё устроено в ДРА.

«Интеграция» — это слишком громкое слово, чтобы обозначить то, что будет происходить, но в Совмине СССР этот процесс именуют именно интеграцией.

Реально же будет осуществлено присоединение отчётной системы Организации ДРА к общесоюзной системе, сугубо для того, чтобы ГКО лучше знала, что именно творится в афганской экономике.

В настоящий момент, у ГКО есть только примерное представление, а после «интеграции» будет ограниченное представление — Афганистан всё ещё проходит тяжёлый процесс цифровизации экономики.

Управление афганской экономикой осуществляется с помощью советских компьютеров, массово завозимых в рамках экономического обмена — Ватанджар мог бы закупать западные образцы, но тогда бы он был вынужден самостоятельно заниматься налаживанием всей структуры.

На такое президент Афганистана пойти не мог, поэтому согласился на советские решения, которые пусть и существенно отстают от западных аналогов, но имеют передовое, без шуток, программное обеспечение.

Советское программное обеспечение разрабатывается очень давно, при участии, суммарно, двух с лишним тысяч высококлассных программистов со всего Союза — возможно, сейчас это лучшее ПО для управления предприятиями.

Оно обладает потрясающей отказоустойчивостью и сравнительно богатым функционалом, а также низкими системными требованиями, что позволяет настроить его почти под любой компьютер, а также почти под любое производственное предприятие.

В этом аспекте Запад уже существенно отстаёт от СССР — решения ведущих компаний, вроде Microsoft или Corel Corporation, могут примерно 30–35 % от того, что уже сравнительно давно