Михаил Медведев - Контрольное вторжение
Если я зачем-нибудь понадоблюсь Человечеству, то достаточно одного звонка на мобильник, и я немедленно помчусь туда, куда скажут. А пока не позвали, имею полное право потратить одну ночь на себя. У меня есть очень-очень важное дело, и я не хочу отправляться на свидание со смертью, не покончив с ним.
В воздухе стоял запах остывающего камня и зелени, истомленной дневной жарой. Группа подростков оккупировала пару садовых скамеек и беспечно наслаждалась пивом. Время от времени окрестности оглашались неприлично громким смехом. Судя по всему, ребятам удалось обмануть бдительный торговый автомат и получить гораздо более крепкий алкоголь, чем им положен по возрасту. Теперь ненасытные юные хомо сапиенсы будут резвиться до тех пор, пока не упьются до состояния плохо стоящих на ногах хомо эректусов. Я оставил за спиной катящийся вниз по эволюционной лестнице молодняк и двинулся по темной аллее, петляя между небольшими едва журчащими фонтанами и смущая своим появлением немногочисленных влюбленных.
Беспорядочные и невнятные мысли вяло шевелились в недрах моего черепа. Судьба помиловала меня, а значит, я должен… Нет, я просто обязан… Кому обязан?
Я должен сказать… А ей это нужно? Чем больше я погружался в путаные размышления, тем короче становились мои шаги, тем медленнее я переставлял ноги. Зачем я иду к ней? Глупо испытывать какие-либо чувства к человеку, которому ты абсолютно безразличен. Пока не поздно, я должен забыть ее имя. Ее прекрасное имя. Тумана Сентябрь. Нет. Невозможно забыть. Уже больше года я был безнадежно влюблен, но, признавая свои нулевые шансы, держал себя в руках и ничем не выдавал свои чувства. Я твердо знал, что она станет моей. Потом. В будущем.
Я все хорошо рассчитал. Ожидаемая продолжительность жизни для меня и моих сверстников еще неделю назад прогнозировалась приблизительно в четыреста двадцать лет, а мне сейчас было чуть больше двадцати.
Так вот, я был уверен, что добьюсь ее, но не сейчас и даже не в ближайшие годы, а через пару-тройку веков.
Ведь хорошо известно, что самые крепкие пары не могут оставаться вместе дольше восьмидесяти лет, а средний срок одного супружества вообще не превышает и тридцати. В кого бы ни была влюблена Тумана сейчас, рано или поздно она станет моей. Исходя из этих соображений, я за ней не ухаживал. Просто старался почаще оказываться в одной компании с Туманой, радовался ее обществу, запоминал, что она говорила, на кого и как смотрела, собирал любую информацию в ожидании того счастливого часа, который обязательно когда-нибудь наступит. Сейчас я был не в ее вкусе, но вкусы со временем меняются. Я был готов ждать.
Но за последние сутки все очень сильно изменилось.
Впереди больше не было вечности, и в некоторые моменты мне казалось, что я уже не один раз умер. Бомбы разрушили не только дома и убили не только людей.
Они уничтожили наше бездумное счастье. Даже если завтра мы сметем врага и втопчем в землю его пепел, Человечество уже никогда не сможет быть таким же беззаботным, как прежде. Редкий оптимист рискнет распланировать свою жизнь на сотню лет вперед, когда столько напастей угрожает нашему хрупкому миру.
Космос чреват инопланетными вторжениями и вирусами, летящими сквозь пустоту на кометных хвостах.
В глубинах океанов, вероятно, прячутся морские чудовища, готовые выбраться на сушу и с аппетитом схарчить наши мозги, а под землей, несомненно, таятся страшные земляные червяки. Проклятье! Почему все так плохо, если еще вчера все было хорошо?
Улица Октябрьская сверкала огнями. Реклама, невзирая ни на что, вовсю двигала торговлю. Дело шло к полуночи. Вечный лимонадный праздник имени «Буратино» и «Тархуна», назойливое морализаторство шоколадок «Хрум» и идиотские шутки изготовителей мороженого «Льдинка», покинули рекламные экраны и стенды. Вместо жевательных резинок с бесконечно долгим вкусом, собачьего зубного крема и полезных для желудка быстрых завтраков с витаминами и настоящим синтетическим мясом начали появляться типично ночные логотипы. Пиво «Бизон», коктейль «Гвоздодер», бодрящий напиток «Втроем», ну и, конечно, одурманивающие сигареты «Полет», «Веник» и «Бамбук». Еще через пару часов на пустые улицы обрушится вал завуалированных предложений приобрести недорогие половые стимуляторы, посетить кибернетические публичные дома и даже поучаствовать в охоте на человекообразных биороботов. Что-нибудь вроде «мы гарантируем полное сходство с вашим начальником, вы сможете отрезать ему уши, вырвать сердце и надругаться над трупом. Из отрубленной головы вашей жертвы мы совершенно бесплатно изготовим уникальный сувенир для каминной полки». Порой наш мир выглядит не очень добродушно и способен даже вызывать отвращение, но я люблю его таким, какой он есть. Люблю за возможность быть тем, чем хочется, и не мешать при этом всем остальным.
Уличные кафе были заполнены посетителями. Испуганные горожане не могли оставаться дома наедине со своими страхами. Они искали и находили поддержку среди своих соседей по дому, по городу, по планете. Бросалось в глаза обилие примитивного ручного оружия.
На пластмассовых столах, между пивными кружками, поблескивали гранями охладителей автоматические лучеметы, ручные плазмометы архаичных моделей и даже древние пороховые пистолеты. Интересно, откуда столько барахла? В некоторых семьях в память о боевых заслугах предков иногда хранят что-нибудь смертоносное, но я никогда не думал, что этого оружия так много.
В одном месте к стене дома аккуратным рядком были прислонены два десятка труб портативных антигрозовых комплексов. Их даже оружием назвать сложно.
Хотя если бабахнуть из такой базуки по низколетящему спортивному планеру, то эффект может получиться достаточно разрушительный. Мужчины с эмблемами метеорологов бросали настороженные взгляды в небо и, соблюдая боевую дисциплину, пили исключительно лимонад «Колокольчик». Детский сад. Много ли смогут навоевать инженеры, врачи, учителя, рабочие, сантехники, водители автобусов и дворники? Люди весьма мирные, добрые, а зачастую и недалекие?
Я почесал свой коротко стриженный затылок и окинул придирчивым взглядом будущих соратников. Братьев, так сказать, по оружию. Так много ли они смогут навоевать? Это с какой стороны посмотреть. Население планеты находится в великолепной физической форме.
Стариков очень мало, а сейчас станет еще меньше. Многие носили «благородные седины» ради повышения авторитета. Некоторые стеснялись занимать солидные должности, обладая мальчишеской внешностью, и до последнего предела оттягивали процедуру омоложения или замены тела. Из-за войны в ближайшее время омолодятся все. В общем и целом, люди готовы к серьезным физическим испытаниям. На Земле очень популярен спорт, много экстремальных клубов. Итак, что мы имеем. Качественное пушечное мясо — это раз. Офицерский состав? Уж командиров-то у нас до дури, только вот умеющих воевать нет совсем. Это минус. Сколько у нас оружия? Мало. Планета очень давно не воевала всерьез. И все же сколько? Можно прикинуть. Позабыв о любовном томлении, я присел за свободный столик под зонтиком с надписью «Абжорка!». Ко мне немедленно подкатился робот-официант. Очень старый, с потускневшим корпусом и разнотипными видеодатчиками на пластиковом лице, покрытом мелкими трещинами.