Александр Лукьянов - Гремя огнем, сверкая блеском стали

— Слушаюсь! — браво ответил тот и въехал в топь.

Я опять включил рацию, чтобы всем подчинённым было слышно, и дал Владимиру обстоятельную характеристику. Впрочем, допустимую для девичьего слуха.

— А теперь рядовой Львов отважно устранит последствия проступка. То есть спрыгнет в трясину, прикрепит буксировочный трос к машинам Люды и Иры, чтобы те помогли выбраться.

После того, как танк выехал на сухое, я усадил Тигрицкого водителем, а Львова оставил на броне снаружи: — Чтобы кресло тиной не загадил.

Три километра остались позади, пройдем вон по тому просёлку ещё полтора и другим путем вернёмся на базу. На сегодня хватит.

— Ирина, — сказал я по рации, — видишь у обочины старушку с животным?

— Вижу. Давить или из автомата?

— Саму задавлю, садистка. Притормози и предложи подвезти.

— Зачем героям огня и стали бабка и коза?

— Затем, — терпеливо объяснил я, — что есть очень важный параметр. Называется – репутация среди местного населения. И вы у меня будете повышать её до седьмого пота. В том числе – помогая пожилым женщинам с мелким рогатым скотом. Выполняй, рядовой Пантерина.

— Есть.

— Командир дурного не прикажет, — встряла в радиодиалог Людмила.

— Подхалимаж зачтён, — благожелательно заметил я. Люда хихикнула.

Составители сюжетов в фэнтезийных играх охотно плагиатят сюжет древних мифов. Помните: герой встречает невзрачного но загадочного пожилого субъекта, от широты души помогает и в награду получает информацию о чём-то эдаком… ну, эпическом. Подозреваю, что у моего кумира в распоряжении не только те два капитана, которые помогают в охране Лунинграда. Отчего не предположить, что тут не поработал ещё один солдат невидимого фронта? Спёр у бабки козу, спрятал у дороги. Несчастная пошла искать рогатую любимицу аккурат во время нашего выезда. Словоохотливая старушенция довела Ирину до остервенения бесконечными рассказами о сельском быте, порушенном войной. И, между прочим, поведала, что надысь под Ольховку, вот те крест, понаехало железюг всяких, правда поменьше вашей, с одной стороны – серых, с другой, стало быть, – зелёных, потом с той стороны забабахало да задудонило, прям, чисто тебе гром с ясного неба, а как затихло, так гарью потянуло, да столь шибко что ажно в Сидорово почуяли, хоч Сидорово-то тута, а Ольховка-то, она где, далече, во-он тама.

Поросята сделали охотничью стойку. Я – тоже и попросил бабулечку ещё раз повторить фрагмент насчёт Ольховки. Вовка и Олег разразились воющими зевками, Ирка содрогнулась и шмыгнула в кабинку своего Rhein-LKW. А вот Люда задумчиво закусила губу – кажется, с этим приобретением младший лейтенант Лунин точно не ошибся.

Польщённая вниманием офицера бабка вторично протарахтела былину о грохоте под Ольховкой и по моей просьбе корявым пальцем указала направление. Я подарил ей сухой паёк, выслушал благословения и приглашения в родное Сидорово.

Репутация среди местного населения повышена на +2

— Усекла?

Медведева задумчиво покивала: — «Понаехало железюг». Там может быть куча битой техники.

— Умничка. В игре это называется кладом. Горючего у нас хватит. Боеприпасов, правда, всего один комплект, а при кладе могут быть сторожа, — озвучил я сомненья Нафига, Нефига и Пофига.

— То есть?

— Вполне могут остаться несколько уцелевших в междусобойчике танков, которые встретят пришельца бронебойным в лоб.

— Рискнём, командир? Подобьют – починю. А вы их – из пушки.

Ай да рядовой Медведева. Кажется, начинаю догадываться, кто будет начтыла базы «Лунинград».

— Ну, ремонтируешь пока медленно… Но попробуем.

Пересел на водительское место. Команду сворачивать налево интерны восприняли дисциплинированно и равнодушно. До сих пор не догадались? Слегка разочарован. За леском мелькнули развалины деревеньки, на карте названия нет, вероятно – та самая Ольховка. Перевалили за холмы.

— Дык, ни фига ж себе! — не выдержал Тигрицкий, высунувшись из передней орудийной башни.

— Спрячь макушку! — рявкнул я. — Вдруг снайпер рядом.

— Так Вовка вообще сидит снаружи на броне.

— Его не жалко, он грязный.

Воистину, ни фига ж себе. Прямо по классику:

Впрочем были и отличия с поправкой на игровую виртуальность начала двадцатого века:

Здешнее же битвы поле было загромождено подбитыми танками, которые, очевидно сошлись лоб в лоб. Кто это там изрёк, что «танки с танками не воюют»? Натуральная Прохоровка, июль сорок третьего.

Здесь тоже имелись отклонения от первоисточника. Вместо завалов богатырских аксессуаров имело место довольно много неподвижных «тридцатьчетвёрок», встретившихся в последнем бою со сводным отрядом «тигров» и Т-III.

Нет никаких вам солнц и ясной вышины, сплошная низкая облачность. Ох, как бы дождь не пошёл, а то ведь завязнем в русском бездорожье. Кажется, первое впечатление сгладилось, витязи перестали вкруг себя взирать грустными очами, пора было браться за дело. Поросята души моей монотонным хором забубнили:

— Люда, взгляни, нет ли мин. Вообще говоря, по сюжету не должно быть, да бережёного бог бережёт…

— Не-а, Всеслглебч, чисто! Но сколько железюг-то! Это ж Клондайк!

— Так ведь всё ж продать можно! — возопил рядовой Львов.

— И тут до жирафа, наконец, дошло, — вздохнула Люда. — Отпустил педаль тормоза? Въехал?

— Прекратить дискуссии. Львов, Пантерина, Тигрицкий – тьфу, вольер кошачьих какой-то – слушай команду. Пройтись по полю боя, обчистить трупы. Сапоги-шлемы можете оставить, до копеечного мародёрства опускаться не будем, а всё личное оружие, канистры, аптечки, кошельки, продовольствие и прочие ценности грузить в иринин кузов – тьфу на вас еще раз, совсем с ума свели – в кузов Rhein-LKW, конечно.