Александр Абердин - Стальной прогрессор

— Очень просто, Лера, — ответил Сергей, — ты сначала создашь седьмую темпоральную матрицу, а потом передашь мне все знания своего папаши, если он откажется это сделать.

Искина, мило беседуя с Лиурией, незаметно для ратианки возмущённо фыркнула и воскликнула:

— С чего ты это взял? Я не стану этого делать!

— Ой, да, куда ты денешься, — рассмеялся Сергей, — и не надо мне больше рассказывать сказки, что Дейн создал тебя двадцать восемь лет назад. Твоей земной матерью, а точнее просто донором, является Джулия Эванс, дорогуша, и от роду тебе всего два года. Поэтому запомни, Дейнуоб тебе никто и звать его никак, ты землянка, моя девочка и никуда тебе от этого не деться. Между прочим, хотя я и не знал в тот момент всех тонкостей, мне отчего-то пришла в голову мысль вложить в аналитический компьютер, который стал в итоге Вэйротангом, не только модуль саморазвития, но ещё и свою личностную матрицу, а он теперь будет вкладывать в тыковки своих деток свою личностную матрицу и ту, которую срисует с кого-то из ратианцев. Поэтому, Лера, пожив со мной бок о бок что-то около пяти тысяч лет в семи мирах, ты окончательно забудешь, что тебя когда-то создало это Дейнуобище, но я всё же надеюсь припахать ещё и его, причём в порядке компенсации за причинённые мне моральные страдания.

Лейруэл в ответ на какой-то вопрос Лиурии поцеловала ту в щёчку и настороженным голосом спросила:

— Это какие ещё моральные страдания он тебе причинил?

— Обыкновенный, Лерка, — насмешливо сказал Сергей, — это эйнерийское Дейнуобище дало мне в лице тебя самую красивую девушку, но при этом лишило меня биологического тела, как, впрочем, и её, и потому ты не можешь родить мне сына. Ты даже не представляешь себе, какой гнев накопится в моей душе за пять тысяч лет.

Искина удивлённо спросила:

— Сергей, неужели для тебя это так важно?

— Ещё как важно, — сердито сказал землянин, — я ведь всё-таки человек, а не искин. Поэтому к своим шести потомкам, а я почему-то уверен, что остальные пять аналитических компьютеров тоже станут не совсем обычными искинами, я буду относиться совсем не так, как к относился бы к своим сыновьям или дочерям, но при этом они всё равно будет для меня моими детьми, хотя это и не совсем так. Во всяком случае Веер на меня совершенно не похож ни по характеру, ни внешне, ни даже в эмоциональном плане. Я в отличие от него всё же куда более хладнокровный и рассудительный человек.

Этими словами он заставил Лейруэл фыркнуть:

— На счёт хладнокровия не спорю, Удав, в тебе действительно есть что-то от той рептилии, которая воспитывала Маугли, но под так называемой рассудительностью, на самом деле скрывается хитрость просто какого-то космического порядка. Ты ведь специально устроил разнос сначала своему сыну, потом этим бедным ратианцам, затем пошел на попятную и каялся так, что тебе уже не нужно было посыпать голову пеплом, но в конечном итоге взял и поставил перед ними задачу максимального уровня сложности, но так хитро, что они теперь воспринимают всё чуть ли не как свершившийся факт своей истории. Впрочем, Сергей, мне это нравится и кажется лишь потому, что я по характеру точно такая же авантюристка, как и Джулия Эванс. Наверное ты всё-таки прав. Если уже сейчас я склонна согласиться с тобой, то что будет через пять тысяч лет?

В королевском замке с самого раннего утра царило нервозное возбуждение, изрядно приправленное страхом и для этого имелись все основания. Если раньше страх терзал умы и души обитателей Семи Равнин, то теперь он поднялся по крутым склонам всех девяти Каменных Гребней и поднялся даже на их самые высокие вершины. Вот уже семь месяцев в к югу от Мелиндекарсинда — страны девяти Каменных Гребней и Семи равнин, за практически непроходимым Скалистым хребтом и пустыней Салхад, в вечнозелёном Нуридане полыхало зарево войны. Поначалу девять правителей, девять Небесных королей считали, что Мелиндекарсинду ничего не угрожает.

Как кочевники Салхада, так и обитатели величественных лесов Нуридана десятки, если сотни раз пытались вторгнуться на огромное высокогорное плато, чтобы завоевать его, но всякий раз небесные воины Мелиндекарсинда сбрасывали их отряды вниз с крутых склонов, утыкав их воинов стрелами. Теперь же дело обстояло иначе. Из-за моря, от берегов Лурадара, до которых долетали на своих могучих алдархах отважные мелиндеки, в Нуридан приплыло на многих сотнях кораблей огромное войско какого-то царя Булрата и в считанные месяцы завоевало эту большую и процветающую страну даже не смотря на то, что нуриданцы были отважными воинами. В Мелиндекарсинде даже и не знали, что на бескрайних просторах Лурадара с его множеством крошечных, постоянно враждующих нищих царств имеются такие воины, которые смогут победить нуриданцев и куда более опасных салхов, прирождённых воинов.

Тем не менее такие воины нашлись где-то далеко на западе и их предводитель, ещё довольно молодой царь Булрат, который стал теперь называть себя Великим, в считанные годы завоевал весь Лурадар, а теперь ещё и решил присоединить к своим и без того огромным владениям материк пусть и поменьше размером, но тоже немаленький, да к тому же ещё и очень богатый — Мешталад. Главным богатством Мешталада было железо, а самые богатые месторождения железной руды находились в Мелиндекарсинде. Обитатели плато уже несколько столетий умели не только выплавлять из руды железо, но и варить из него прекрасную сталь и ковать самое лучшее оружие и доспехи.

Лесов на высокогорном плато было немного, но на нём давно уже забыли, что такое древесный уголь, ведь помимо железной руды его обитатели добывали в Мелиндекарсинде ещё уголь и известняк, а потому не вырубали своих лесов. Имелись в их горах месторождения меди, а также золотые и серебряные россыпи. Боги, словно бы подшутили над всеми остальными обитателями Стегии, собрав большинство металлов в одном месте, на плато размером три на две с половиной тысячи километров, подняв его на высоту три с половиной километра. При этом Боги поселили на этом плато ещё и огромных летающих хищных алдархов и первые люди, поднявшиеся на это плато, сумели их приручить и теперь дикого алдарха уже было не сыскать.

Мелиндекарсинд с его узкими, скалистыми хребтами высотой в два, три километра, на которых имелось множество удобных уступов и зелёными равнинами с множеством озёр, заполненных рыбой, был идеальным местом жизни для алдархов. Дальше на север внизу лежали бескрайние леса, совершенно непригодные для них, а ещё дальше и вовсе начиналась тундра и хотя там алдархи могли охотиться на многих животных, те места были для них слишком холодными зимой. В пустыне они тоже не могли охотиться, как и в лесах Нуридана. Алдархи когда-то гнездились по берегам, но там их люди истребили ещё в глубокой древности. Невероятно ловкие и потому смертельно опасные в воздухи, на земле они были лёгкой добычей, хотя и имели не только большие размеры, но и огромную силу.