Андрей Быстров - Если останемся живы...

— Хорошо. Я официально конфискую этот документ.

Шарп извлек из кармана плотный конверт, с величайшими предосторожностями сложил бланк и поместил внутрь. Руни попытался протестовать.

— Но сэр, если мистер Флэндри…

— Мистер Флэндри не станет жаловаться, — объяснил детектив. — Он умер.

Мимо ошарашенного продавца Шарп прошел к выходу из комнаты, размашисто прошагал через зал и покинул магазин. Усаживаясь в джип, он ликовал.

План сработал, у него теперь были отпечатки фальшивого Флэндри. Пора наведаться в полицейское управление Бирмингема.

Внутри здания царил застоявшийся конторский запах, замешанный на табачном дыме, гул голосов из разгороженных фанерой клетушек поднимался к закопченному потолку, по коридорам сновали полицейские, посетители и секретари с папками в руках. Шарп остановил проходившего сержанта и осведомился о местопребывании начальника. Тот молча качнул головой в сторону обитой клеенкой двери без таблички в конце коридора. Шарп вошел в тесную приемную в момент, когда из кабинета вырвались двое раскрасневшихся полицейских, очевидно, после разноса. Детектив улыбнулся девушке за пишущей машинкой и проследовал в кабинет.

За столом громоздился огромных размеров мужчина в расстегнутой у ворота форменной рубашке.

В одной руке он держал зажженную сигарету — судя по куче окурков в пепельнице, далеко не первую за день, — а другой разгонял дым.

— Хоть топор вешай, — поморщился Шарп и представился.

— Билли Фултон, хозяин борделя, — отрекомендовался мужчина за столом. — Какими судьбами, детектив?

Шарп вынул конверт и уселся на шатающийся стул.

— Гоняюсь за одним парнем, сэр. Он натворил кое-что в Сент-Питерсберге, но похоже, это ваш подопечный.

— Да? — громыхнул Фултон и ткнул окурком в пепельницу, отчего прочие окурки взметнулись фонтанчиком. — Давай подробнее.

— Приметы героя таковы, — сказал Шарп. — Выше среднего роста, спортивного телосложения, коротко стриженные темные волосы, прямой нос, ямочка на подбородке. Два месяца назад был одет в джинсы, водолазку и коричневую замшевую куртку.

Ездил на мотоцикле «Ямаха» дорогой модели. На вид лет двадцать пять.

Начальник полиции в раздумье наморщил лоб.

— У нас есть заводской номер мотоцикла, приобретенного им на вымышленное имя, — добавил Шарп, — но с этим слишком много возни. Есть и кое-что получше. Отпечатки пальцев.

— И ты молчал? — рявкнул Фултон. — Да это раз плюнуть… Если наш, конечно.

Детектив протянул Фултону конверт.

— Там лежит бумага, — пояснил он, — на которой два вида отпечатков. Один принадлежит продавцу из магазина «Ямаха», а второй — тому типу.

Может, есть еще какие, но вряд ли. На уголках должны остаться мои.

Фултон повертел конверт в руках.

— Ладно, сейчас отправлю в лабораторию. А ты зайди часика через два, о'кей?

В полицейское управление Шарп, пообедав, вернулся на двадцать минут раньше назначенного срока. Фултон встретил его хитрым прищуром.

— Ну? — нетерпеливо выдохнул Терн.

— Вот тебе и «ну», — передразнил Фултон. — Непростую птичку вы зацепили, детектив. Давай сделку, а? Ты мне расскажешь, что он натворил, а я тебе преподнесу его на блюдечке… Ну-ну, шучу, — засмеялся он, глядя в вытянувшееся лицо Шарпа. — Хочешь прикарманить награду? Ну и молодец. Так вот, слушай. — Шарп инстинктивно наклонился к начальнику полиции. — Зовут его Марвин Ситон.

Двадцать семь лет, работал коммивояжером, но скорее всего это так, для прикрытия… Мы задерживали его дважды — в девяносто первом и девяносто четвертом. Первый раз — по подозрению в убийстве президента торгово-промышленной корпорации.

Отпустили — не за что было зацепиться. Второй раз его подозревали в причастности к убийству известного мафиози. И опять доказательств никаких.

Живет не по средствам, шикарная квартира на Сентрел-сквер. Винни Пуху ясно, что этот Ситон — наемный убийца. Но, — Фултон мирно развел руками, — где мокро, там скользко, а где скользко, там не ухватишь. Мы бы все вздохнули с облегчением, если бы вам удалось его прищучить…

— Дышите с облегчением, — великодушно разрешил Шарп. — Девяносто девять из ста за то, что он убит.

Фултон вытаращил глаза.

— Да ну? — свирепо заорал он. — Что ж ты мне голову морочишь?!

— Да я не уверен, — смиренно признался Шарп. — Под его мотоциклом рванула бомба, да так, что от него и ошметьев не осталось. Не доказано, что на мотоцикле ехал именно он, но, учитывая вашу информацию, это почти наверняка…

— Свои грохнули, — успокаиваясь, констатировал Фултон.

— И еще одно, сэр, — попросил Шарп.

— Что еще? Кресло начальника полиции?

— Пока только адрес Ситона.

— Хочешь покопаться в его квартире? А ордер на обыск?

Увидев смущенную гримасу детектива, Фултон махнул рукой:

— Валяй, копайся, мне-то что. Сентрал-сквер, восемь, квартира три. Только ничего ты там не найдешь. Думаешь, мы не копались? Осторожный, сволочь.

— Благодарю вас, сэр, — искренне произнес Шарп. — Когда у вас возникнет надобность в сведениях из Сент-Питерсберга, знайте, что…

— Да ладно уж, — буркнул Фултон. — Привет Уиндэму.

Фултон явно преуменьшил, когда сказал, что Ситон живет не по средствам. Здесь требовалось более сильное выражение. Тед Шарп попал в квартиру очень богатого человека. Выставочная итальянская мебель, аппаратура класса «Хайэнд», неприметная внешне, но безумно дорогая. В шкафу обнаружился шикарный набор костюмов, а в спальне висели даже картины — подлинники, насколько мог оценить Шарп.

Не торопясь, детектив начал тщательный обыск, стараясь не упустить ни одной мелочи. Под паркетом он нашел два тайника — к его разочарованию, оба пустые. Нигде не было ни оружия, ни документов. Чем ближе подходил Шарп к завершению обыска, тем больше удивлялся. Наконец, обшарив ящики старинного бюро, он сел в кресло, закурил и непонимающе потряс головой.

В этой квартире заключалось нечто странное, и эта странность была не в том, что разыскал Шарп, а в том, чего он не разыскал. Здесь не было денег — совсем, ни одного доллара, ни одного цента К тому же любой живой человек неизбежно обзаводится всевозможными аксессуарами, имеющими отношение к его личности. Записными книжками, например. Ясно, что киллер не стал бы записывать в них профессиональную информацию, даже шифром — но телефоны знакомых девушек он мог туда записать! И масса иных деталей и предметов окружает человека в его доме. Квитанции на квартирную плату, медицинский страховой полис, просто обрывки газет с памятными заметками, да мало ли что.