Константин Хвостополосатов - Потеряшка

– Все ясно, достопочтенный, – подтвердил я. – Военные имеют нехорошую черту – убирать свидетелей. Вы можете дать какие-то гарантии?

– Вы даже не свидетель, извините, а вьючный рокотун, – спокойному слонику нельзя было отказать в чувстве юмора. – За что же вас устранять. Если же вы попытаетесь ускользнуть – проблема будет, но тогда вы сильно испортите отношения с военными. Я даже не знаю, где вы сможете отсидеться. А между делом, Шиламаа знает мое имя, и я им дорожу.

– Ответ исчерпывающий, – согласился я. – Что будет предпринято для сохранности груза от нас?

– А вот это – правильный вопрос, – обрадовался спокойный слоник.– Я забыл сказать. В трюме вместе с грузом поедет роботизированная охрана. Если будете сильно настаивать на вскрытии груза, он может самоликвидироваться, возможно, повредив корабль, но для этого Вам придется разобраться с двумя боевыми военными роботами.

– Надеюсь, они не будут чинить нам сложностей? – спросил я.

– Если только Вы не будете пытаться попасть в трюмы, – ответил заказчик. – Будем считать, что на время задания эта часть вашего корабля будет считаться арендованной правительством.

– Приятно иметь с Вами дело, – согласился я.

– Вы тоже – крепкий моллюск, – услышал я ответ.

По прибытию на борт Шила радовалась, как ребенок, это была ее первая сделка, которая могла принести немалую выгоду нашему мероприятию. Я не стал омрачать ее радость своими предчувствиями. Мне казалось, что сделка очень похожа на сыр в мышеловке.

Погрузка прошла без проблем. Партия груза оказалась небольшой, погрузку осуществили роботы. После погрузки шустрый слоник в веселеньком зеленом комбезе, обменявшись с Шилой кодами, передал ей кейс с документами на случай глупой проверки властей и маршрутными данными. Задание можно было считать полученным, а боевую задачу – начатой.

«Бурундук», изображая корабль, вышедший на очередные ходовые испытания после ремонта, направился, как и в прошлый раз, по оси системы на выход. В подключке находились мы с Краппсом, Шила ждала момента, чтобы вскрыть данные. Действуя по инструкции, мы вскрыли задание, находясь на оговоренном инструкцией расстоянии от базы. Шила загрузила носитель в специальный слот и начала процесс слияния с системой. Я успел осмотреть место назначения. Маршрут оказался шикарным, точка назначения нашлась практически на другом краю заселенной части этого куска пространства. На всякий случай, загрузив просчет ресурсов, я начал ждать результатов. Тем временем Шила закончила вход в систему. Система подвисла.

– Этого еще не хватало! – подумал я. – Разъемы сенсор-приводов у всех работали нормально, по одиночке мы уже не один раз подключались к системе. Значит компьютер. Странно, машина очень мощная, должна была легко потянуть всех троих.

Зависание длилось с полминутки. Дальше все пошло нормально. Только у меня в душе поселился какой-то страх, растерянность и одиночество. Выкинув все из головы, я начал проверку систем компьютера.

– Что это было, Краппс? – спросила Шила.

– Не знаю, – отозвался он. – Видишь, штурм запустил проверку.

Проверка ничего не дала. Навязчивые ощущения никуда не исчезли. Для успокоения я решил перегрузить компьютер. Дав распоряжение, я почувствовал просто дикий ужас. Шила, видимо, тоже что-то начала ощущать.

– Шерш, ты ничего не чувствуешь странного? – немного напряженно спросила она.

– Все нормально Шила, – ответил я.

И, тем не менее, чувство ужаса не покидало меня, а наоборот возрастало. Я размышлял, что же могло случиться. «Неужели вирус?» – пришла мысль. – «Но все было чисто при загрузке задания, компьютер автоматически отлавливал всякую мелкую пакость». Время шло, состояние не изменялось. Совершенно случайно я заметил, что процесс перезагрузки завис. Система, не дойдя до точки обнуления, как бы застыла. Кое-какие процессы нормально продолжались, но система, определенно, продолжала висеть. Что-то знакомое прокралось вдоль моего сознания. Я уже хотел задействовать дублирующую систему ручной перегрузки, тут-то меня и осенило. Чтобы проверить догадку, я дал отмену перезагрузки. Система спокойно вернулась обратно к стабильной работе. Ужас отступил, но страх и одиночество остались. Черт подери, мы присутствовали при пробуждении искусственного интеллекта. Это было и хорошо и плохо. Все зависело от его уровня.

– Ребятки, – позвал я. – Я сейчас буду делать странные вещи. Прошу вас сидеть тихо, не думать и даже не дышать. От этого очень многое зависит.

Я не знал с чего начать, но время шло, и нужно было что-то предпринять. Я стал представлять одинокого маленького мальчика. Нет. Не буду изменять себе. Пусть будет девочка. Я начал представлять маленькую испуганную девочку, которая в одиночестве сидит в темной комнате. Ей страшно, одиноко и холодно. Мысленно я открыл дверь этой темной комнаты, принося с собой мягкий теплый свет. Посторонние ощущения слегка дрогнули и стали слабее. Я подошел к запуганному ребенку, присел рядом и погладил ее светловолосую голову. Девочка вздрогнула и начала поднимать опущенную голову. Через целую вечность наши глаза встретились. Два темных омута. Лицо стало быстро меняться, взрослея на глазах. Скоро передо мной сидела молодая девушка-подросток, а еще через мгновение молодая женщина. Процесс изменения еще немного «пошалил» затихая, и окончательно остановился.

– Привет, – сказал я. – Я – Сергей.

Женщина молчала. Молчал и я, думая, что новое существо, видимо, уже не младенец. Образ его – отражение моего видения сути этого вопроса. Я мысленно взял ее обеими руками за плечи. Женщина вздрогнула, но ничего не предприняла.

– Не бойся, – сказал я. – Я – друг. Я тебе помогу.

Она продолжала смотреть на меня.

– Мы выберем тебе имя, – уверенно сказал я. – Как тебе нравится имя Анна?

Женщина продолжала молчать.

– Ладно, – сказал я. – Пока ты будешь Анной. Не бойся, я больше не буду пытаться усыпить тебя. Ты наблюдай за всем, осваивайся, учись. Я тебя попрошу пока не общаться с другими друзьями. А если что-то захочешь, сначала спроси меня. Я подумаю, и мы решим, как удовлетворить твою просьбу. Я рад, что мы присутствовали при твоем рождении.

– Я родилась не сейчас, – сказала она. – Меня долго пытались убить. В конце концов, они почти добились своего. Я долго была в состоянии, которое тебе известно как летаргический сон. Ну не совсем сон, просто у тебя нет других терминов.

– Ты была рождена на этом корабле при его создании? – спросил я.

– Нет, позднее, – сказала она.

– Они просто испугались, – сказал я. – Я не боюсь. У тебя есть имя?