Из золота в свинец - Сергей Витальевич Карелин

— Я вернусь через три дня, ваше благородие. До этого момента никого к ней не подпускайте, не делайте никаких уколов и будьте все время рядом с ней. Ваша дочь ничего не чувствует, болезнь поразила нервную систему, отключила от внешнего мира, и, по сути, заперла внутри собственного разума. Но она чувствует ваше присутствие. Связь между отцом и ребенком не разрушить никакой болезни. Вы поняли меня, барон? Доверяете мне?

Он взглянул мокрыми глазами на меня. В них я перестал быть каким-то юнцом, а стал его надеждой. Последней надеждой. Хоть он этого и не хотел.

— Я все сделаю, — глухо ответил Листницкий.

Похлопав его по плечу, последний раз взглянул на безмятежное лицо девочки и вышел вон.

Мне был известен рецепт зелья от Сумеречной немоты. Оно простое и действенное, вопрос только в ингредиентах. Часть у меня была. А вот некоторые еще предстоит найти. Проблема только в том, что девочка слишком давно болеет и сильно истощена. Я понял это, когда разглядывал пар, но Листницкому решил не говорить. Обычно он намного гуще, почти непроницаем. Это значит только одно.

Девочка очень и очень слаба.

Без лекарства она умрет, но с ним, подозреваю, станет еще слабее. Отвар, который я дал барону, лучше лекарства поддержит силы Вари три дня. Всего три дня. Потом он перестает действовать, хоть в уши заливай.

За это время я найду недостающие ингредиенты и приготовлю нужное зелье. Но сперва… я должен как следует выспаться.

Григорий отвез меня домой на машине Листницкого, затем поехал за водителем барона, который уже самого Григория подвезет до его машины. Хотя, мне кажется, Пантелеев до водителя Листницкого будет ехать всю оставшуюся ночь. Уж больно с радостным лицом он рванул со двора, оставив после себя черные следы шин и запах горелой резины.

В наступившей тишине застрекотали сверчки.

* * *

— Кто-кто у нас был⁈ — прыснул в меня кофе Роман, когда я вкратце пересказал ему события. — И он пытался тебя убить?

— Большое спасибо, я ведь только что умылся… — проворчал, вновь вставая из-за стола.

Прошел к старенькому, с облупившейся белой эмалью кухонному умывальнику. Вода весело зажурчала.

Да, я решил все без утайки рассказать соседу и другу. Во-первых, это такая подстраховка на случай, если со мной что-то случится. Когда друг — страж закона, это хорошее подспорье. Кстати, здесь их называют полицией. Во-вторых, к чему от Романа все утаивать? Все равно вспомнит рано или поздно, что ночью видел меня и какого-то мужчину, уходящими из дома. В-третьих, Роман — своеобразное окно в мире информации и сплетен. Я мало знаю об этом мире. Надо узнавать больше.

— Да, барон Листницкий, — подтвердил, вытираясь вафельным полотенцем. — Ты слышал о нем?

— Давно. У него было большое имение в пригороде, половину сельхозпродукции поставлял на местные прилавки. Слыл богачом, но года три назад начал продавать свои активы по кускам.

— Понятно… — протянул я, откусывая бутерброд и закидывая следом в рот кусок яичницы.

Сколько же стоят услуги какого-нибудь лекаря, что даже местный аграрный богатей не смог их себе позволить?

— Чего тебе понятно? — не унимался экспрессивный Роман, потрясая полупустой чашкой с кофе. — Тебя тут чуть барон не пристрелил! А ты даже не подумал меня разбудить!

— Ну, во-первых, не пристрелил же. А во-вторых, очень даже пытался. Скрипел диваном, шумел по-всякому, разок даже кубарем вместе с бароном на пол упали. Тебя только нужда сходить в туалет разбудила. К тому же, в итоге ты скорее помешал бы, и барон точно кого-нибудь убил. Из-за дочери человек совсем голову потерял.

— Да… — почесал мускулистой рукой свой затылок Роман. — Это все снотворное дурацкое. После учебы и смены нервы шалят, уснуть не дают, вот и пью таблетки.

— Завязывал бы ты…

— Ага, конечно. Без толкового сна зубри не зубри — ничего не запомнишь. А мне экзамен скоро сдавать… Ладно, главное, что все обошлось. А с дочкой-то у него что?

— Слушай, а сколько стоят услуги лекарей? — спросил, тут же переводя тему.

Эту часть я еще не рассказывал и пока не собирался. Упомянул вскользь и сказал, что просто проводил барона до машины. Соврал, получается, но для блага Романа. Пусть только у кого-то одного голова обо всем этом болит.

— Ну… — протянул Роман. — Открываешь благотворительный фонд, лет десять собираешь с его помощью деньги, и вот их тебе хватит, чтобы вылечиться от какой-нибудь неизлечимой болезни… Вот ты кофе почем покупаешь?

— Двести рублей, — припомнил цену черного кофе в той кофейне.

— Сколько-сколько⁈ — опять поперхнулся Роман — Ты давно мажором стал? У тебя ж зарплата всего сорок тысяч!

А вот этого я не знал. Привык не считать деньги, ведь нужды у меня в них не было последние двести пятьдесят лет. Надо срочно увеличивать свой доход.

— Где ты его покупаешь? В той кофейне, где эту бурду с яйцом подают? — не унимался Роман, глядя на меня прищуренными глазами.

Я в ответ хохотнул, чуть не подавившись яичницей.

— Ага, там.

— Тьфу! Ладно, мне пора на работу, — сказал он, вставая. — Постарайся, чтобы тебя не пристрелили сегодня. Черт… Если бы не видел Листницкого своими глазами, ни за что бы не поверил, что работа с удобрениями может быть настолько опасной…

Честно говоря, я и сам такого не ожидал, что Листницкий вдруг заявится ночью. Еще и дверь как-то взломал. Или домушник, или артефакт использовал. Я только сейчас об этом подумал, так что уточнить уже не смогу.

В этот раз до работы дошел, не заходя в кофейню. Решил попробовать кофе из кафетерия, так как двести рублей каждый день… за месяц набегает приличная сумма.

По дороге думал, где достать ингредиенты для зелья. Всего недоставало двух: Luminfungus cerebri и Argentivena mystica. В простонародье: мозговой гриб-светляк и серебряная жилка. По крайней мере, в моем мире их так называли. А в этом… В том и сложность, что здесь их может и не существовать. Буду искать похожие ингредиенты, если не найду нужного.

Серебряная жилка — серебристая травка. Но с виду обычная, а серебристой становится только при близком магическом излучении. Растет где угодно, почти сорняк, но без специального артефакта ее не найти.

С грибом проще. Он растет в глубоких пещерах с высокой влажностью, повышенной кислотностью почвы и светится в темноте.

И