Кристин Раш - Новое восстание

…и с проклятиями вскочил на ноги, чуть было не уронив тарелку.

Синюшка, притащившая целую миску эксодиенской пасты, расхохоталась:

— Говорила я, что сначала нужно воспользоваться моим бальзамом.

— Очень смешно.

— Вон там есть палатка первой помощи, — она мотнула головой куда-то влево. — Можешь разжиться там какой-нибудь мазью.

— Знаешь, Синь, я ее самостоятельно буду накладывать, ладно?

Синь мило улыбнулась.

— Я бы предложила свои услуги…

Подошел Малыш с миской дымящегося ваербока.

— Все еще провозишь сердца, Синюшка?

Она качнула головой:

— Неинтересно. Опыт не меняет мужчину. Он все еще слишком добр для меня.

— А я считал, доброе сердце — достойное сердце, — удивился Малыш.

— Вероятно. Но это еще и романтическое и пылкое сердце. Все еще устраиваешь своей жене ужины при свечах, а, Соло?

— Конечно, — кивнул Хэн. — И награда того стоит.

Он подмигнул Синюшке и убыл в сторону медицинской палатки. Там трудился потрепанный жизнью дроид. Он безразлично осмотрел ранение и сообщил грузному человеку за конторкой:

— Ожог от бластера.

— Это я тебе и сам мог сказать, — проворчал Хэн.

— Нет, не мог, — возразил дроид. — Ты контрабандист. Чтобы ставить диагноз, необходимо специальное образование.

— Это точно, — согласился Хэн. — Слушай, а ты в прошлой жизни не служил в секретарях случаем?

— Абсолютно исключено.. Я — дроид ФИкс. Я никогда не был и не хотел быть роботом-секретарем. Это против моей программы.

— Очевидно, — Хэн направился к мужчине за конторкой.

Тот водрузил на прилавок бутылку с бальзамом.

— Пятьдесят кредиток.

— Похоже, тут большой спрос на мазь от ожогов. Пять кредиток.

Толстяк выудил из-под конторки бластер и прицелился в клиента.

— Хочешь, чтобы тебе действительно понадобилась эта мазь?

Хэн попятился:

— Ты чего? Заплачу я тебе…

— Пятьдесят кредиток за лекарство.

— И пятьдесят за диагноз, — торопливо добавил дроид.

— Не-а, ну уж нет, — заупрямился Хэн. — Я помню, как стреляет бластер. Для этого мне не нужен диагноз специалиста.

Дроид обратил блестящее металлическое лицо к толстяку.

— Никогда не срабатывает, — пожаловался он.

— Время покажет, — отозвался толстяк.

Хэн нахмурился, а потом ловко цапнул бутыль со стойки и нырнул в палатку за спиной толстяка, где щедро полил обожженное место бальзамом, стеная сквозь зубы от облегчения. Через пару минут он появился снова, почти ожидая, что толстяк потребует еще и плату за использование палатки. Но тот промолчал.

Хэн вернулся за стол. Чубакка расправился с вон-вон. Вернулись и другие контрабандисты. Кто-то из них сожрал гарнир из тарелки Хэна. Соло не стал возмущаться. Он вообще был очень нетребователен к гарнирам.

Он уселся — не без гордости посмотрев на Синюшку — и принялся за еду. Мясо было очень вкусным. Он давно уже не ел такого. А, может быть, дело было в атмосфере, влажном душном воздухе, голосах, кроющих друг друга на сотнях различных языков.

— Ты сказал, что прилетел сюда по приглашению Джаррила, верно? — сказал Малыш.

Хэн пожал плечами.

— Он сказал, что тут можно подзаработать.

— Мужу принцессы не нужны деньги, — сказала Синюшка.

— Нужны, если королевство на грани банкротства.

— Это было семнадцать лет назад, Соло, — сказал Зиен.

— Да ну? Похоже, ты не следишь за последними новостями.

Винни заворчала.

— Ладно, — сказал Хэн, — значит, ты слышал о взрыве на Корусканте.

— Но Зал Сената — это еще не все королевство, — сказал Малыш.

— Собираешься купить ей новый? — поинтересовался Зиен.

— Как ты купил Датомир? — спросила Синюшка, смеясь.

— Точное попадание. Тогда же все вышло.

— Да, — кивнула она. — Мне лучше всех известно, как тогда вышло.

Хэн отодвинул тарелку. Кормежка была отменной, но у него уже был полный трюм.

— Так зачем же ты здесь, Соло? — спросил Зиен. Хэн глянул на Чуи. Чубакка облизывал лапы, как будто разговор его не касался.

— После взрыва Джаррил исчез. Он успел проскочить щит Корусканта в последний момент. Плюс то, что он рассказал мне о легких деньгах, заставило меня поинтересоваться, не знает ли он чуть больше о нападении.

На дальнем конце стола Селусс вскочил с ногами на стул и сердито затрещал, выразительно потрясая бластером. Хэн положил руку на собственный пистолет. Лицо у него стало равнодушное.

— Синь, — ровным голосом сказал он, — я попросил тебя забрать у него оружие.

— Ему лучше знать…

— Забери.

— Хэн, он уже все понял…

— Забери.

Селусс заверещал громче. Чубакка протянул не глядя свободную лапу и ударил суллустианина по руке. Бластер описал в воздухе дугу, ударился о пол и отскочил прямо в лицо медицинскому дроиду. Дроид запищал. Селусс спрыгнул со стула и вознамерился побежать за улетевшим оружием. Пистолет Хэна словно по волшебству очутился у хозяина в руке.

— Я бы не стал этого делать, толстые щечки, — по-прежнему ровно сообщил Хэн в пространство. — Сядь на место медленно и спокойно.

— Хэн, он просто расстроен, — вмешалась Синюшка.

— Ожог все еще болит, — сказал Хэн; теперь он смотрел прямо на Селусса: — Садись.

Суллустианин послушался, словно нашкодившее дитя.

— А теперь, — заговорил Хэн, — в ходе разговора я могу высказать обидные вещи. И ты выслушаешь меня как взрослый и опровергнешь мои слова как взрослый. — Ему вдруг пришло в голову, что он говорит в точности тем же тоном, каким распекал своих детей, когда те срывались с поводка. — Если тебе не нравится такое соглашение, если ты собираешься защищать честь Джаррила не иначе как с оружием в руках, только намекни. Я тебя пристрелю, и мы с этим покончим.

— Хэн, он же твой старый друг, — напомнила Синь.

— Твой — может быть. Но не мой.

Селусс смотрел на него, надув губы.

— Я не доверяю этому хаму с тех пор, как он украл чертежи «Сокола».

Селусс с негодованием пискнул.

— Уточняю: с тех самых пор, как Ландо сказал мне, что этот хам украл чертежи «Сокола», — поправился Соло. — Детали не имеют значения, дружище. Ты нечист на руку, факт остается фактом.

— Мы же все такие, — сказала. Синь.

Чуи зарычал.

— Да ладно, — отмахнулась Синюшка, — грузи тем, кто поверит.

— Оставь его в покое, — Хэн наклонился вперед. — Я не хочу, чтобы Селусс опять выстрелил в меня. Если не можешь сдержаться, ты, спайсолюб, уходи прямо сейчас. Я не против.

Селусс поднялся и побрел к медицинской палатке.

— Без бластера, — добавил Хэн.

Селусс заворчал, обложил его по-черному, но ушел из пещеры.

— Едва ли ты сделал его счастливым, — заметил Зиен. — Он мог рассказать о Джарриле больше любого из нас.