Сэнди Митчелл - Последний рубеж

Это было первое разумное предложение от нее, которое я услышал с тех пор, как мы расселись. Я лениво откинулся на стуле, уверенный, что выгляжу совершенно беззаботно, и что это наиболее сильно проймет ее. И будь я проклят, если последнее слово останется за таким неопытным щенком, как она.

— Хорошо, — сказал я, — но у меня не было намерения убивать вас.

Или для начала вызывать ее на дуэль, но ей не нужно было знать об этом.

— Просто выбить некоторую грубость.

Ее лицо вспыхнуло, и полковник 1-го Нускуамского обменялась быстрым, потрясенным взглядом с замом, за тем, почти сразу последовали две спешно подавленные ухмылки. Казалось, что юная Форрес не тратила время, чтобы произвести сильное впечатление на свой новый полк.

— Так что случилось с орками? — спросила Кастин, вернув нас к разговору с большим тактом, чем могли выжать из себя сидящие за столом люди.

— Хороший вопрос, — сказал я, плавно возвращая свое внимание к первостепенным проблемам, — если они не атакуют нас, то должно быть собирают действительно большой рейд против хорошо защищенной цели, или просто мигрируют в другой регион, надеясь, что там будет проще.

— И в какой, по вашим догадкам, комиссар? — спросила полковник нускуамцев, явно обращаясь ко мне. Что, учитывая, что я воевал с зеленокожими значительно больше, чем кто-либо еще из присутствующих в помещении, было очевидным. Но до того как я успел ответить, вклинилась Форрес, несомненно решив, что если вопрос исходил от командира полка, к которому она была приписана, то спрашивают именно ее совета.

— Они явно убегают, — сказала она, как будто в этом вопросе не было ни малейшего сомнения, — у зеленокожих никогда не хватит духу затягивать войну с хорошо вооруженным противником.

— Наоборот, — вставил я, удивленный скорее ее скороспелостью, чем раздраженный тем, что меня прервали, — орки живут битвой. Они отступят только если понесут тяжелые потери, но только для того чтобы перегруппироваться; что, учитывая природу этого вида, может занять некоторое время, пока они не разберутся с новой неофициальной иерархией. Если они избегают наши патрули, вместо того чтобы атаковать их и изматывают некоторые заставы, то они почти определенно собираются где-то в Хребтовой Гряде, готовясь к полномасштабному вторжению в Пустоши.

— Тогда мы должны укрепить боеготовность нашей обороны, — решительно сказала Клотильда, что в предстоящие недели спасет бесчисленные жизни, хотя вряд ли на манер, о котором она думала в тот момент.

Я согласно кивнул.

— Это благоразумно, — согласился я, — особенно в предгорье и на подступах к Примаделвингу.

Это самый ценный приз на планете и если зеленокожие соберутся с достаточными силами, они кинутся на него, словно потрошитель, чувствующий кровь.

— Они никогда не осмелятся атаковать нас здесь, — усмехнулась Форрес, — мы слишком хорошо защищены.

— Во время вторжения это их не останавливало, — сказал я, вспоминая отчаянную защиту, которую нам пришлось соорудить против, по-видимому, неостановимого вала существ и насколько ужасающе близко они подобрались, чтобы наводнить город, перед тем как их откинули в последнюю минуту.

— На этой планете, кажется, больше не осталось такого количества зеленокожих, — сказала Клотильда, и я впервые осознал, что она, возможно, сидела именно здесь, когда эти варварские существа осаждали ее столицу[56], взволнованно присматривая за состоянием войны.

— За это мы все должны благодарить Императора, — согласился я.

— Ненавижу спрашивать очевидное, — снова влезла Форрес, — но если отступили, потому что сопротивление в Подветренных Пустошах слишком сильное, куда с наибольшей вероятностью они пойдут?

— Очень хороший вопрос, — сказал я, к ее явному удивлению и вызвал детальную карту горной гряды, — перед тем как погода испортилась, самое больше скопление которое мы смогли обнаружить с орбитальной разведки здесь, здесь и здесь.

Когда Юрген дернул управление на тщательно инкрустированной контрольной кафедре, вспыхнули зеленые иконки, отмечая их позиции.

— Если они возвращаются в старые лагеря, наиболее вероятный путь миграции через горы лежит через эти проходы, что подвергает риску западные края перехода Бифрост. Особенно городки вдоль Сумеречной Расселины и мануфактории в Замерзшем Ущелье.

— Пары рот должно быть достаточно, чтобы запереть их в горах, если они попытаются прорваться этим путем, — рискованно предложила Кастин, — по крайней мере, пока не пребудет подкрепление. Я предлагаю нускуамцам развернуться здесь, поскольку они знают местную территорию намного лучше, чем мы.

— Мы не собираемся оставаться в стороне, — возразила полковник нускуамцев, — мои солдаты сочтут это пятном позора на их боевых способностях.

— Ради Трона, — раздраженно и быстро ответила Кастин, — никто не подразумевал ничего такого. Но, возможно, не помешает передислоцировать их, пока у вас еще осталось несколько.

Это, может быть, и было правдой, но едва ли тактично.

В конечном итоге компромисс был достигнут, который по существу сжался до того, чтобы впихнуть эту работу СПО, и совещание завершилось в атмосфере кипящего ехидства.

— Как ты думаешь, почему зеленокожие попрятались? — позже спросила меня Кастин, когда мы шли вдоль коридора к элегантной обеденной, которая теперь использовалась в качестве офицерской столовой. Я пожал плечами, чувствуя неуверенность, несмотря на меры, которые мы предприняли, чтобы сдержать их атаки. По моему опыту, врага легко недооценить и это неизменно смертельно.

— Я полагаю, мы вскоре выясним, — сказал я, мало осознавая, насколько ужасающий ответ мы получим.

После несколько напряженного знакомства, едва ли было удивительно, что два полка контактировали друг с другом как можно меньше, придерживаясь строго отведенных зон операций. Валхалльцы применяли свой опыт, полученный за вековую вендетту против орков, в то время как нускуамцы, несомненно, понукаемые Форрес, упорно тратили жизни и ресурсы, атакуя при каждой возможности. СПО, если уж на то пошло, было еще более безрассудно, каждый солдат решил заслужить место в Гвардии и явно был убежден, что отчаянные акты бравады единственный путь привлечь к себе столь желанное внимание, хотя привлекали они к себе, кажется, только плотный огонь.

— При таком курсе, у нас кончатся и те и другие, — с кислой миной прокомментировал я Кастин одним вечером, — как орки, так и нускуамцы.

— А это разве плохо? — пошутила она, обозревая доску для регицида между нами через облачка пара, поднимающиеся от ее кружки с танном, — Живан мог бы на некоторое время оставить нас на этой планете гарнизоном.