Вячеслав Васильев - Смотрящий

— И то правда… — согласился со мной хозяин подземелья.

— Ты, кстати, больше нигде ещё завалы не разбирал?

— Да ковыряюсь потихоньку в одном из ходов… Интересно всё же знать, куда он ведет…

— И как, кирпичи все «чистые»?

— Да. Никакой маркировки. Откуда она вообще возьмётся в те времена?

— Не скажи. Вон, десятинную церковь в Киеве раскопали — там на кирпичах вроде украинские «вилы» были оттиснуты.

— Это которые герб?

— Они самые.

— Так ты хочешь сказать, что Украина в качестве герба взяла эмблему кирпичного завода?

—Гм… С этой стороны я к вопросу не подходил… А может, там князь жадный был. На всё свою эмблему ставил. Там, допустим, меч — «моё», телега — «моё», кубок золотой — «моё», кирпич — «моё»…

— И много археологи нашли мечей и золотых кубков с «вилами»?

— А хрен их знает… Может, нашли и не показывают… Монеты вроде бы находили… Так. Теперь мука… А то не из чего будет тебе хлебобулочные изделия выпекать. И масло придётся намазывать прямо на колбасу… …Всё, расставил? Хорошо. Продукты закончились. Теперь хозтовары. Переходим в следующую кладовку?

— Да, пойдём.

Следующая кладовка располагалась в комнатушке напротив. Тут я выгрузил из рюкзака мотки проводов, инструмент, электролампочки, чистящие средства, цемент в мешках по пять килограмм, туалетную бумагу… Перебрать такое количество разного добра — это не фунт изюма. А ведь была ещё и оружейная комната. Она располагалась в комнатенке, расположенной чуть подальше, чем остальные кладовые. Разномастные автоматы и винтовки стояли в пирамидах вдоль правой стены, а на стеллажах вдоль противоположной стены хранились патроны, ручные гранаты, выстрелы к подствольникам и ещё много всякой всячины. В оружейке я выгрузил из рюкзака, а Андрей рассовал по полкам большую кучу боеприпасов и несколько пистолетов. Вообще-то, в подземелье была ещё вторая «оружейная комната», но там просто было свалено в большую кучу различное оружие, в подобранное в Зоне. Оно ещё нуждалось в дефектовке и приведении в божеский вид. Но и оружейная комната была ещё не последним пунктом в погрузочно-разгрузочных работах. После неё мы прошли в кладовую, расположенную напротив склада хозтоваров. Кстати, дверь в эту кладовку оказалась более солидной, чем даже в оружейной комнате.

Тут на стеллажах вдоль стен стояло множество контейнеров, заполненных артефактами. Их надо было загрузить в рюкзак, предварительно выгрузив из него пустые контейнеры. Разговаривать не хотелось ещё с «хозяйственной» кладовки. Единственным желанием было поскорее закончить работу. Очевидно, такое же настроение было и у хозяина, поэтому он тоже молчал, пока разгрузка пустых контейнеров и загрузка полных наконец не закончились. Мы, не сговариваясь, вытерли пот со лба.

— Ну что, теперь по пивку? — спросил Андрей.

— Да. Действительно. Почему бы двум Благородным Донам не ударить по пивку? — с улыбкой согласился я. — Давай так. Я зашвырну рюкзак к себе в комнату, а ты пока тащи пиво. Кстати, я тебе там диски с новыми фильмами принёс, посмотришь на досуге.

— Ай, спасибо! А то тут позеленею скоро с тоски.

— Тебя никто тут жить не заставляет. Сам выбрал…

Когда я, снова закинув рюкзак в угол своей комнаты, вышел из своего «номера», Андрюха уже развалился на диване. На столике перед ним стояло четыре бутылки пива. Я окинул композицию скептическим взглядом. Андрей истолковал выражение моего лица по-своему, и поспешил меня успокоить.

— Будет мало — ещё принесу. Пока по две бутылочки, чтобы пиво не нагревалось.

Я тяжело опустился на диван.

— Да причём тут «мало»? Мне, может быть, через час-полтора в Зону топать. Так что этого, думаю, будет вполне достаточно. — Я покосился на «учителя Лика», и уточнил. — Для меня.

— Да ладно. — Хмыкнул Андрей. Водки ты не пьёшь, сигареты ты не куришь… А теперь ещё от пива отказываешься. Ничего с тобой не станется, если выпьешь пивка чуть побольше.

— Во-первых, водку я пью. Но не в Зоне. Есть более простые способы самоубийства. Во-вторых, сигареты я не курю, потому что табак любая животина, и любой монстр в том числе, чует издалека. И радостно бежит поинтересоваться, кто это там пришёл… Да и если бы кое-кто, не будем показывать пальцами, не закосил в своё время от армии, то этот кто-то бы знал, на каком расстоянии виден огонёк тлеющей сигареты ночью. А в-третьих, давай, мы сейчас хлебнём пивка, сколько влезет, а потом ты со мной пойдёшь наружу, если в том возникнет срочная необходимость.

Андрей, конечно, прекрасно понимал причины, по которым я не пью и не курю в Зоне. Просто одному ему здесь торчать было скучно, грустно, и одиноко. Поэтому и подкалывал меня при каждом моём визите. Но меру в подкалывании знал, поэтому сейчас сразу дал задний ход.

— Ладно, ладно… Не возмущайся. Ты же знаешь, тут тебя никто насильно пить не заставит. А наружу мне идти незачем. Это ведь ты у нас местный Рэмбо — гроза мутантов и бандюков, а я, так сказать, «мозговой центр». Мое дело контролировать ход операции, и, например, заклинания для тебя разрабатывать.

Я усмехнулся.

— Ладно, давай всё же промочим горло, а потом я тебе расскажу и про контроль, и про мозговой центр…

Я взял бутылку пива, открыл её, и сделал пару глотков прямо из горлышка.

— А бокалы для чего? — поморщился Андрей.

— Из бокалов пиво пьют нормальные люди. А вот грузчики, типа нас с тобой, пьют прямо из бутылок.

— Гм. А тебе нравится, когда, например, какой-нибудь дебил пьёт пиво из бутылки в маршрутке?

— Во-первых, не нравится. Хоть из бутылки, хоть из банки. Во-вторых, мы не в маршрутке. В третьих, я забыл уже, когда в маршрутке ездил последний раз. В четвертых, ладно, уговорил, — и я перелил остатки пива из своей бутылки в бокал. — Так хорошо?

— Вполне, — заверил меня Андрей.

— Уфф. В такие моменты я жалею, что «карман» подошёл именно мне, — заявил я, откинувшись на спинку дивана.

— А когда «переносишь» в нём полтонны артефактов за одну ходку, не жалеешь? — поинтересовался Андрей.

— Тогда нет. Но всё равно, хорошо бы, чтобы этот рюкзачок таскал кто-нибудь другой.

— Увы. Во-первых, другого «кармана» мы пока не нашли, а во-вторых, этот работает только с тобой. С другими не хочет. Да ты и сам знаешь…

— Да знаю… Давал его нашим «академикам» на исследования — конечно, в своём присутствии. А то разберут артефакт на кусочки, и скажут, что так и было… Говорят, что когда-нибудь можно будет сделать такую штуку для всех, но когда… А то я и сам этого не знаю. Вообще эти «избирательные», они же «персональные», артефакты… У этого работаю, у этого не работаю…