Эдуард Байков - Рой: Битва бессмертных

Вот теперь повоюем!

Он залег за бортиком крыши, достал рацию, включил ее.

— Батыр, как слышишь меня? Прием…

Спустя мгновение рация откликнулась:

— Слышу отлично, снайпер. Что там у тебя?

Валера не сводил глаз с торчащих напротив поручней лестницы.

— Я все зачистил. Остаюсь на точке. Нужен человек для прикрытия.

— Будет тебе прикрытие. Встречай через пять минут.

— Кто?

— Штепа.

— Гут, — одобрительно отозвался Подольский. — Пусть все наши наденут броники — в оружейке их полно. Какова обстановка?

— Майор названивает — глухо как в танке. Будут новости, сообщу. Все, отбой.

Осужденный Валерий Подольский пристроил винтовку на сгибе локтя, нацелив ее на верх лесенки, и размышлял. В караулке засел наряд — несколько человек. Где-то попрятались спецназовцы — точнее, их остатки. Кто-то, наверное, есть на КПП. На вышках — тех, что в пределах прямой видимости, вроде никого. Перебили, похоже всех. Да еще, возможно, где-то притаились те, кто затеял весь этот кипиш. Кто они конкретно и какие цели преследуют — на эти вопросы однозначных ответов не было. Отсюда вопрос на засыпку: какова их, бээсников, стратегия и тактика?

Где-то неподалеку послышался еле различимый шорох. Валера положил палец на скобу.

— Эй, Валера, — позвали негромко снизу, — это я, Штепа. Смотри не шмальни в меня…

— Подымайся, — так же вполголоса позвал Подольский.

Вскоре над краем крыши показалась бритая голова, за ней литые плечи и укороченный «калаш» в широкой лапе дюжего детины. Денис Степанов по кличке Штепа — бывший боец спецназа МВД. До крапового берета так и не дослужился — попал на зону по глупости. Был в увольнительной, отдыхал с гражданскими друганами в развлекательном комплексе. Культурно так отдыхали ребята. Но тут у одного из пацанов конфликт вышел с какими-то «черными» — как водится, из-за бабы. Не поделил телку с уроженцем кавказских гор. В общем, вышли на разборку, пошла мазня, Денис вступился за корефанов. Да малость не подрассчитал — не знал, что кавказец окажется таким хлипким. Серия ударов в полный контакт — и душа горца упорхнула прочь из тела.

Следак хотел провести по превышению необходимой обороны, но прокурорские злые попались — настояли на непреднамеренном убийстве. Срок налепили по полной — десять лет исправительной колонии для бээсников. Хреново, брат, — получается, что спецназовец не имеет права применять на гражданке свои смертоносные навыки и умения!

Сейчас он вновь почувствовал вкус жизни. Надоело ощущать себя изгоем, зэком, бээсником — как всякая уголовная шушера. Он все же солдат, спецназовец, а не мудила с Нижнего Тагила!..

— Займи позицию возле лестницы, — скомандовал Подольский, — будешь прикрывать мне спину.

— Есть, босс! — осклабился тот. — Слушаюсь, босс!..

Валера сурово посмотрел на него:

— Отставить смехуечки, сержант! Мы пока не знаем, кто наш противник и вообще — чем все закончится…

Он вновь приник к окуляру перископа, осторожно осматривая окрестности. В следующее мгновение заработала рация. Незнакомый голос скомандовал:

— Это спецназ! Всем сотрудникам колонии и осужденным приказываю собраться во дворе перед зданием администрации и сдать оружие. Повторяю…

Рация умолкла, чтобы почти тут же снова заработать.

— Капитан, — в голосе Батыра чувствовалась напряженность, — тут такие дела…

— Слушаю, командир…

— Как ты уже понял, нас прослушивают — «волкодавы» и уцелевшие вертухаи. Поймали нашу волну. Я попробую договориться с ними. А ты смотри в оба. Если что — на поражение.

— Понял тебя. Отбой…

Валера поводил прицелом по пустынному внутреннему двору. Где-то залегли спецназовцы. А местные инспектора и контролеры попрятались в зданиях. Те, кто сумел не откинуть копыта до сих пор. По-прежнему было ничего не ясно.

Капитан Сидорчук не знал, что теперь делать. После того как его группу размолотили в пыль, он связался с другими отделениями. В третьей группе полегли командир и двое бойцов. Во второй пока обошлось без потерь, повезло ребятам. К тому же у них был снайпер.

А вот с первой группой, теми, кто вошел через ворота, дело обстояло плохо — полегли все, включая командира «Волкодава». Выходит, теперь, как старший по званию, именно капитан Сидорчук должен был взять командование отрядом на себя.

Он приказал всем рассредоточиться и занять выгодные позиции. Но пока не высовываться и ничего не предпринимать. Сам вернулся к машинам. Связался по автомобильной рации с Управлением. Оказалось, начальству было не до них — в городе творилось черт знает что! Сидорчук понял только, что произошла какая-то катастрофа в биологическом институте, это повлекло вредные выбросы… В общем, им было приказано справляться своими силами, к тому же забирали весь ОМОН.

«Ну, совсем славно!» — с досадой подумал капитан. Он увидел, как омоновцы спешно погрузились в автобусы и рванули в город. Теперь спецназ остался один на один с враждебной зоной.

Что там творится? Неужто персонал колонии снюхался с зэками? Все поголовно ссучились или только часть их?..

— Лейтенант, — обратился он к радисту в командирском микроавтобусе, — нужно послушать, может, они там переговариваются.

— Есть, товарищ капитан. Попробую выйти на их частоту.

Довольно скоро им удалось подслушать переговоры здешних обитателей. Причем на сотрудников колонии они не были похожи. Означало это одно — осужденные завладели рациями и оружием.

Капитан взял переговорное устройство в руки и потребовал сдать оружие. Через минуту ожидания рация ожила:

— Внимание! Вызываю командира группы спецназа. Повторяю: мне нужен командир группы спецназа. Прием.

Сидорчук поднес рацию к губам:

— Слушаю. Капитан Сидорчук. Кто говорит?

— Бывший командир подразделения СОБРа, капитан Абдульманов.

Брови Сидорчука поднялись:

— Я так понимаю, вы осужденный, капитан Абдульманов. Откуда у вас рация?

— Слушайте внимательно, офицер. Никакого бунта не было. Часть контролеров съехала с катушек, они открыли огонь по своим и по осужденным. Нам пришлось обороняться. Мы вооружены и занимаем стратегическое положение. Предлагаю вступить в переговоры. Прием.

Капитан задумался. Ситуация явно не стандартная. Разруливать ее должно высокое начальство, а не старший одной из групп спецназа. Но командир убит и весь отдел спецназначения — точнее, его остатки — находятся под его, капитана Сидорчука, командованием. И что прикажете делать?